Administrator

Administrator

Драматическая комедия на одного актёра в трёх действиях. Продолжительность 1 час, 15 минут.

 «Нереальный долбоклюй». 

Комедия. 2019г. Автор: Николай Лакутин.

Пьеса на 1 человека. Роли: 1 мужская. 

Действующие лица: 

ГАВРИЛА – Очень невезучий, но не теряющий оптимизма мужчина. Около 40 лет;

Описание:

На удивление невезучий, наивный, доверчивый до нельзя и ищущий чуда мужчина живёт в своём  маленьком мирке, не снимая «розовых очков». Он весьма своеобразен, если не сказать хуже, но это не мешает ему оставаться хорошим человеком, у которого оказывается есть чему поучиться успешным состоятельным людям. Что это за «фрукт»? Смотрите в короткой динамичной комедии с драматическими нотками "Нереальный долбоклюй" 

 

Пятница, 20 Сентября 2019 08:51

Как я её поймал на рафинад

  Как я её поймал на рафинад

Как я её поймал на рафинад

В городе N сегодня был особенно оживлённый день. Может потому что это был понедельник, и все, что накопилось за выходные жителями городка, нашло реализацию в первом рабочем дне недели. Может потому что луна проходила какую-то особенную фазу, и это сказалось на общих настроениях граждан. Но скорее всего, просто в этот день у Славы, рядового сотрудника компании, с самого утра не сложились отношения с начальством. И вступив по иронии судьбы за один день в несколько острых разговоров с коллегами, он получил-таки объявленное во всеуслышание:

- Ты уволен!!!

Забрав папку со своими документами и любимую кружку с импровизированной кухни, наш герой ненадолго задержался в обеденной зоне, едва скрывая хитро обиженное выражение лица, после чего не прощаясь с коллегами, покинул заведение.

На улице свистел ветер, совершенно бестактно заныривая под кофту, вызывая мелкую дрожь. Светофоры сменяли свои сигналы так скоро, что пешеходам приходилось бежать полосатую дистанцию наперегонки.

Резкий звук автомобильного клаксона заставил оторваться Славу от телефона, по которому он уже минут двадцать болтал с девушкой Ирой ни о чём.

- Глаза оторви от телефона, смотри куда прёшь, суицидник! – дополнил свой и без того весьма говорящий сигнал водитель Форда.

Осмотревшись по сторонам и осознав свою вину, внутренне послав водителя, всерьёз и надолго, Слава облегчённо вздохнул и прислонил трубку к уху:

- Алло? Ты ещё здесь? Да опять чуть не сбили. Ну, ты же знаешь этих водителей, летят, не смотрят на дорогу совершенно, вот и статистика такая страшная потом по сводкам ДТП с участием пешеходов. Так и норовят задавить. Да нет, милая, не переживай, что со мной может случиться?

В следующий момент Ирина услышала вырвавшийся Славин:

- Ать...

... после чего последовала пара коротких сигналов, и абонент перестал быть доступным.

Страшного на самом деле ничего не произошло. Парень всего на всего оступился. Трубка вылетела из его руки, и от удара об асфальт телефон разлетелся на части. Батарея отдельно, крышка отдельно, экран отразил занятный смайлик расползающимися трещинами. Любимая Славина кружка так же покинула сей бренный мир. В кейсе с некогда рабочей документацией, задевшем в резком полёте об фонарный столб теперь вместо кружки оказалась горстка стекла.

Яростно взмахнув руками и выразив мимикой безмолвный шквал нелицеприятных слов, наш герой принялся за сборку чуда техники. Однако все попытки включить смартфон увенчались неудачей.

- Да что же за день-то сегодня такой! С работы уволили, на дороге чуть не придавили, телефон помер, моя любимая кружка...

Повертев в руках бесполезную техническую игрушку, он машинально на выдохе пошлёпал губами. Ситуация была явно незапланированной.

- Ещё и есть охота как собаке... Но если я не перезвоню в ближайшее время Ирочке, то она с ума сойдёт, подумает, что что-нибудь случилось, - крутились мысли в голове.

Решение пришло само собой:

- Значит, я сейчас за новым телефоном, а потом в порядке очереди решим остальные вопросы.

Совершив ещё несколько пустых попыток наладить смартфон, Слава устремился в салон мобильной связи.

***

Холостяцкое жилище парня не отличалось изысканностью. Обстановка здесь была сродни офису. Кровать - полуторка, стол из Икеи, чайник по акции, один гранёный стакан на все случаи жизни. Но зато на кресле Слава не сэкономил. Это говорило о том, что в квартире именно кресло являлось основным местом обитания нашего героя. Но зато, в этой скромной халупе выделялась огромная подкова, которая венчала проём входной двери.

С коробочкой в руках, хозяин ступил на порог с возвышенным чувством предвкушения.

- Тааак! – пробегая по комнате, протянул он, планируя дальнейшие действия.

Чайник моментально оказался в положении «Вкл», кофта нашла свой приют на спинке кресла. Слава приступил к распаковыванию купленного новенького смартфона.

- Скорей-скорей Ирочке моей любименькой набрать..., - шепнул он, срывая неподатливую упаковку, но урчание желудка внесло в планы свои коррективы. Слава печально и в некоторой степени даже мучительно посмотрел куда-то вдаль.

- А, впрочем, нет! Скорей-скорей в доставку пиццы. Моей любименькой с ананасами. Боже как я её хочу.

Новый смартфон наконец увидел свет. Из кармана кофты Слава достал свой разбитый телефон, оперативно извлёк из него сим-карту и вставив её в новый аппарат, резюмировал:

- Мало заряда, ну ничего попробуем успеть.

По памяти со знанием дела набрал номер:

- Алло! Здравствуйте, мне... мне, пожалуйста, Гавайскую пиццу... Вячеслав.... Всё верно. Курица, ананасы, да. Да, положите. Хорошо. Адрес: Капчука 17 квартира 43. Сколько? Отлично, спасибо, жду.

Сбросив вызов, тут же последовал набор номера возлюбленной Ирины, но случиться этому, было не суждено. Телефон сел.

- Нет-нет... не сейчас... всего один звоночек..., - жалостливо пролепетал Слава. Но это не помогло, батарея обнулилась.

- Сдох... Вот что они на новых телефонах так мало заряда всегда кладут, делают... заряжают. А теперь пока он наберёт с нуля несколько процентов. Иришка там, наверное... Девочка моя, солнышко моё. Ну, сейчас-сейчас, чуть-чуть и я позвоню, успокою.

Телефон встал на зарядку, спешка отступила на второй план. Пришло время переодеться и заняться гигиеническими процедурами.

Вернулся в комнату наш герой переодетый, почти, штаны оставил те же и в этом был свой смысл, который мерк на фоне женских розовых тапочек с ушками, заботливо укрывающих ножки хозяина от неуютной прохлады пола.

В наполнении кипятка в стакан из закипевшего чайника прозорливый наблюдатель вряд ли бы усмотрел что-то необычное, но то что произошло потом, оказалось весьма и весьма нетипичным.

Чайный пакетик Слава достал не откуда-то из коробочки, а из кармана брюк, тех самых в которых пришёл с работы. На пол вывалилось ещё несколько пакетиков из того же кармана.

Довольно ухмыльнувшись, парень по-хозяйски окунул пакетик в стакан.

- Хех... спёр на работе напоследок. Стоп!

На мгновение он замер. А после этого достал из второго кармана пригоршню сахара рафинада. Один кусочек положил в стакан, другие обратно в карман.

- Вооооооот, с сахарком, - очень самодовольно произнёс он.

В дверь раздался звонок.

Потирая ладошки, в полнейшем предвкушении еды Слава открыл дверь, но тут же захлопнул, навалившись на неё всем телом!

- Горите в аду, чёртовы сектанты, и забудьте дорогу в этот двор! – прокричал он и прислушался. Шаги за дверью стихли.

- Ушли вроде. О..., Как же они мне надоели. То книжки свои суют, то какие-то брошюрки, то в квартиру ломятся без приглашения, а сами так глазюками и зыркают, где бы что стащить!

Из кармана на пол выпало несколько комков сахара.

Ситуация требовала пояснения, по крайней мере перед совестью, чтобы оправдаться хотя бы перед самим собой

- Нет, ну я-то другое дело! – улыбнувшись, отметил парень. - Я так сказать не ставлю это дело на поток. И потом, меня уволили без премиальных. Пришлось добирать чаем и сахаром. Всё по справедливости.

Звонок в дверь повторился.

Недобрый оскал хозяина квартиры устремился в сторону двери. Недолго думая Слава отыскал швабру и крепко замахнувшись, открыл дверь.

- Я тебе сейчас такого Бога покажу! – яростно выпалил он незваному гостю.

Но вопреки ожиданиям, в ответ последовал короткий пискливый девичий:

- АААААА...

Падение картонной коробки откликнулось характерным звуком по подъезду.

- Упс... - опуская швабру, выдал Слава.

В квартиру шагнула девушка.

С её головы затейливо свисал кусочек пиццы, по плечам более-менее равномерно разместились кусочки ананаса. Ошмётки плавленого сыра повисли на штанах, несколько пятен соуса приютились на носках кроссовок. В руке девушка держала поломанную упаковку от пиццы.

- Ну и видок..., - сдержанной брезгливостью отметил Слава, глядя на то, что так эффектно появилось в его дверях.

- На себя посмотри... те! – огрызнулась девица.

Слава оглядел себя, после чего быстро скинул тапки и отопнул их в сторону...

- Это ... в общем... – хотел он что-то объяснить, но передумал. - Так! Вы кто такая? Чего надобно?

- Доставка пиццы! – крайне возмущённо отчеканила гостья. - Что так не заметно?

Неловкая пауза протянулась по коридору.

- Вы курьер?

Слава пристально посмотрел в глаза исполнителю заказа.

- Это кажется мои ананасы... – опустив взгляд до плеч, отметил он. - А курица где?

- То есть всё остальное не смущает! – раздражённо прокричала девушка, - вот где-то курица не дошла до клиента, это трагедия, а всё остальное нормально и вполне в порядке вещей. Так вы находите?

- Да курица как раз какая-то дошла, а вот пицца...

Слава не успел закончить свою остроумно необдуманную мысль, поскольку коробка от пиццы стала часто и точно бить его по голове, будучи зафиксирована крепким хватом в руке курьера.

- Эээ! Алё-алё! Что за дела? – возразил пострадавший, подавшись назад, и выставил швабру в боевую позицию.

- Становится всё интересней, - качая головой, отступилась девушка, посматривая по сторонам в надежде найти достойный отпор в подручном инвентаре.

- Ворвалась тут, понимаешь, не бог весть кто, причиняет тяжкие увечья законопослушному гражданину. Где моя пицца? – закричал Слава, вложив в этот крик все страдания текущего дня.

- Тяжкие увечья ещё впереди! – не менее громогласно ответила девушка, - и за курицу и за костюм и за стресс и за моральный ущерб! А это только разминка. Что делать будем фехтовальщик?

Парень отбросил в сторону швабру и теперь уже более концептуально посмотрел на ситуацию, скинув значительную долю стресса.

- Первое что нужно сделать, я думаю..., надо успокоиться, - тихо ответил он. Он хотел сказать ещё что-то, но громкое урчание желудка вырвалось из его живота.

- Так, - быстро сориентировался он, - второе, что срочно нужно сделать, это...

Слава подошёл к курьеру и с невозмутимым видом снял кусочек пиццы с её головы, и тут же принялся его есть, запивая чаем, после чего по-хозяйски сел в кресло.

Подобно цепной реакции, прозвучало второе урчание желудка, но теперь уже принадлежащее курьеру.

Девушка посмотрела на свой живот, потом на Славу, потом руками ощупала голову, нашла ещё кусочек пиццы в капюшоне, и последовала примеру парня.

Кушали не спеша, переглядывались, сверля друг друга взглядами, не издавая не звука.

Покончив со своим кусочком, Слава встал с кресла и направился к выходу.

- Куда? – тревожно воскликнула девушка.

- Дверь закрыть. Пока сюда ещё кришнаиты не нагрянули или другие какие-нибудь нетипичные личности, - он посмотрел на Нину с издёвкой, и добавил, - второго пришествия Христа я за сегодня не перенесу.

И закрыл с хлопком дверь.

- Ну что же, процесс, так сказать налаживается. Христом быть как-то поприятней, чем курицей, - рассудительно отозвалась девушка. Она доела свой кусок и, посмотрев в сторону двери, заметила большую подкову над проёмом. Непроизвольная улыбка украсила её лицо.

- Что? - указав на подкову, спросила она, - на счастье повесил? Не думала, что кто-то на это ещё ведётся.

Слава кротко глянул на подкову, потом с укоризненной на курьера.

- Вешал на случай, чтобы злой дух не проник в квартиру, но как-то почему-то не сработало.

Девушка хмыкнула, подошла к столу и попила из того же стакана.

- Это вообще-то мой чай! – возмутился хозяин.

Курьер удивлённо оглянулась.

- Серьёзно? – спокойно ответила она и демонстративно сделала ещё несколько глотков.

Слава брезгливо скорчился.

- Ну и что? Чистоплюй что ли? Я что туда наплевала? Или я до этого брала в рот что-то непотребное?

На лице Славы отразилась ирония, но он не издал ни звука.

- Не поняла, что за молчание?

- Поди знай!

- Что?

- Да нет, я об этом вообще даже не думал...

- А..., ну вот и хорошо.

Девушка сделала ещё глоток.

- Но теперь думаю... - добавил хозяин, скрестив на груди руки.

- Так, знаешь, что... Давай это..., ближе к теме. Кто будет оплачивать заказ?

- Не знаю... во всяком случае, ни я.

- Заказывал пиццу кто? – спокойным тоном спросила курьер.

- Заказывал я! Но по факту я получил лишь маленький не стерильный кусочек с грязных волос, так что это ещё вы мне платить должны за понесённые риски, а не я вам!

- Это кто тут, что про риски говорит? Шваброй по башке кому чуть не попало?

- Чуть – не считается!

- Не считается? А одежду мою кто будет теперь стирать? Да и вообще, честно говоря, не слишком приятно, когда клиент вместо: здравствуйте, спасибо, пожалуйста, с порога стремиться нокаутировать курьера хозяйственным инвентарём. Что я вам такого сделала?

Слава замялся:

- Я думал, что там за порогом не вы.

- Думал? Ммм... Тогда может быть есть смысл извиниться перед девушкой? Для начала?

- Извините, - прозвучал неохотный ответ.

- Так, теперь по ситуации! Заказ доставлен без задержек?

- Без задержек.

- Качество продукции устроило?

- Я даже не знаю, как вам на это ответить. Вместо круга пиццы я получил один потасканный, причём в буквальном смысле, потасканный кусочек. Кроме того стресс, кроме того вы мне вон весь коридор загадили. Ворвались в квартиру и требуете ещё каких-то денег? Да я на вас жалобу накатаю, пусть вас премии лишат!

- А давайте-ка на секундочку представим, что это я вызвала вас на доставку пиццы. Вы доставили, жмёте на звонок, я открываю дверь с и порога приставляю вам ружьё к виску. Я не знаю, что там было бы с пиццей, но штанцы бы у вас цвет сменили наверняка.

- Я занимаюсь доставкой пиццы? Да вы в своём уме? Это ниже моего достоинства, я никогда не стал бы этим заниматься.

- Да какое там у вас может быть достоинство?

- Очень достойное достоинство, между прочим!

- Да я вообще не об этом. Что за люди эти мужики, все мысли об одном. Я об уважении, об отношении. Ну, перепутал ты, ну накосячил, так исправь ситуацию. Так нет же, мы даже извиниться не можем самостоятельно.

- Я вообще-то извинился. И не ТЫкайте мне.

- Да такое извините... лучше бы вообще молчал...ЛИ.

- Я и молчал.

Девушка покачала презренно головой.

- Перевелись настоящие мужики. Ведь были же люди. Женщина когда-то была возвышенным существом, предметом восхищения у мужского пола, а теперь... стараешься для вас, так вы и ноги ещё о нас же вытираете. Тьфу... Противно.

Плюнув на пол, доставщица пиццы развернулась и ушла, не забыв при этом эмоционально хлопнуть дверью.

Слава отреагировал на это довольно спокойно. Поднял с пола несколько кусочков ананаса, обдул их, съел. После чего брезгливо взял стакан и унёс его в мойку.

***

День близился к завершению, и хвалиться какими-то успехами сегодня было совершенно не к месту. Сплошные конфликты, сплошные потери, сплошные затраты...

Убрав по-хозяйски растасканные по коридору останки пиццы и вымыв тщательно стакан, Слава приготовился ко второму заходу чаепития и вынул из карманов заварку и сахар залил всё это дело кипятком.

- Так себе поел... – подумал он. - А кстати, я ведь могу сделать ещё один заказ, раз всё так не складно обошлось!

Парень набрал номер любимой пиццерии:

- Алло, девушка, здравствуйте ещё раз. Я заказывал пиццу, мне её так и не доставили можно ещё разок подать заявку? Всё верно Капчука 17 - 43. Гавайская. Да ничего бывает, жду.

Едва Слава скинул номер, тут же в голову пришла давно потерянная мысль:

- Ирочка! Девочка моя! Совсем забыл.

Но набрать номер Ирины, было вновь не суждено. Только страдалец пробежался пальцами по экрану и приставил смартфон к уху, звонок в дверь предательски заверещал. От неожиданности телефон был упущен из руки. Падение, грохот, несколько отдельно валяющихся частей, и незатейливые трещинки на экране нового устройства.

- ААААААААА... – пришёл в бешенство Слава, после чего с ненавистью посмотрел на дверь и добавил, - убью!

Варварски распахнулась дверь, занесённый кулак хозяина квартиры, подкреплённый фразой «Умри тварь!», не предвещал ничего хорошего тому, кто вновь нарушил его покой. В коридоре послышался шум, падение и всё обратилось в тишину.

С каменным лицом парень вернулся в квартиру. За ним с таким же выражением лица плелась знакомая до глубины души девушка. Кусочки пиццы традиционно украсили её изваяние, один треугольник возвышался на голове, остальное осталось на полу лестничной клетки, лишь по одежде курьера стекал плавленый, ещё горячий сыр.

Не сказав ни слова, она подошла к столу, взяла стакан со свежим заготовленным чаем и основательно промочила горло...

Слава, укоризненно посмотрев на неё, сел в кресло, проявив на лике печаль.

- Мне кажется, - произнесла девушка, - нам пора познакомиться. Потому что у нас, по-видимому, есть только два пути. Или быть врагами или попытаться стать друзьями. Рискну реализовать второй вариант.

Речь прозвучала неожиданно. Слава посмотрел на курьера с изумлением и одновременно с частичкой уважения. Потёр подбородок, что-то там себе сообразил, после чего встал с кресла, подошёл к девушке, снял с её головы кусочек пиццы, откусил, прожевал, посмотрел в упор, протянул руку, здороваясь по-мужски, и деловито произнёс:

- Слава!

- Нина... – неуверенно протянула руку девушка в ответ, - не скажу, что очень приятно, но... будем знакомы.

Закрыв входную дверь, с печалью оглядев кусочки разваленной пиццы на лестничной площадке, Слава с ехидной обратился к Нине:

- Чайку?

- Спасибо, я уже... – по-свойски ответила девушка, показав почти пустой стакан.

- Да я и вижу... – с упрёком прозвучало из уст хозяина.

- Что? Жаба душит? Я, между прочим, за тебя, Слава, оплатила прошлый заказ из своего кармана. И теперь, похоже, ещё и этот придётся оплачивать. Хожу в грязной одежде, воняю пиццей по твоей милости, ни помыться, нифига. Дома горячую воду отключили. А ты мне стаканчик чая зажал? Ээх...

Парень смутился, но быстро нашёл что ответить:

- Да ничего я не зажал. Просто ... Просто... Как-то всё это куце у нас получилось... Не такой уж я и жлоб, просто обстоятельства... знаешь? Хочешь? Я постираю твою одежду? Ведь на самом деле ты ни в чём не виновата. Я бы не стал утверждать, что я во всём этом виноват, но ...

- Да нет уж, спасибо. Я сама всё отмою. Только если можно, я ванной воспользуюсь?

- Конечно, пожалуйста.

- Горячая вода есть?

- У нас дали сегодня утром.

- Круто.

- Тебе бы голову помыть... – предложил Слава, и тут же осмыслив, что сказал, пояснил, - ну, в смысле после пиццы. Полотенце дать?

Это предложение Нина встретила с осторожностью, но за горячий душ она была готова сейчас простить многое. Не найдя в глазах парня никаких намёков на хитринку, девушка согласилась:

- Давай, коль не шутишь.

Слава сбегал до комода и вернулся с несколькими полотенцами в руках.

- Наверное, коротковаты будут, но... это всё что есть, - предложил он, - вот, возьми на выбор.

- Ладно, давай. Тапочки не одолжишь? Мне кажется, мне они больше подойдут, а ты одень лучше мужские.

Неловко улыбнувшись, Слава передал тапочке гостье.

- У меня других нет, - пояснил он, - вот, возьми. Купил себе женские, да женские, а кто их видит? Живу один. Просто они такие мягкие, нежные. Из мужских нет ничего подобного, всё из-под топора. А ты говоришь, что женщин ущемляют. Это мужиков ни во что не ставят. Вот... даже тапки для нас делают как для каких-то ущербных! А для вас, пожалуйста, всякие разные. На любой вкус и цвет.

Нина сняла свои кроссовки и залезла в тапочки.

- А и правда, слушай, мягонькие. Так приятно в них, словно укутывают тебя мягким одеялом. Такие какие-то детские чувства вспоминаются...

- Вооот! А я про что? Ванная там, - встретив понимание, взбодрился хозяин и указал в сторону ванной.

Нина выбрала полотенце, и направилась в душ. Слава же обзавёлся веником, совком, вновь смёл всё, что нападало с курьера. Собрал с пола телефон, попытался его включить, но ничего не вышло. Парень обречённо взмахнул рукой, откинув на кресло мобильное устройство.

- Удивительная штука жизнь... – подумал он. - Вот как так она умудряется делать, что никто не виноват, а морды у всех битые. Как она в две секунды из неприятелей делает друзей или даже ближе чем друзей... Занятно... Выстраивает такие хитросплетения, событийный ряд которых просто невозможно просчитать никаким умом. Я не знаю, зачем она это делает... Но мне кажется, что она очень хорошо знает это...

Парень прошёлся по комнате и остановился у окна, где провожая взглядом тяжёлый насыщенный день продолжил свои умозаключения:

- Взять, к примеру, Ирину, девушку которую я обхаживал последние несколько месяцев. У нас с ней дело не зашло дальше пожеланий доброго утра, спокойной ночи, нескольких созвонов в день и пары совместных походов в кино. Ведь мы с ней для чего-то встретились... так старались делать вид, что не безразличны друг другу, впрочем... я сейчас всё больше понимаю, что мы просто делали вид. Делали... да, именно делали вид, но не потому что хотели друг друга помучить, нет, а только потому, что мы оба одиноки. А признать себя одиноким очень трудно. Намного проще найти себе такого человека, который бы чувствовался... ощущался как кто-то не такой уж и чужой, который иногда бы делал робкие попытки убедить тебя в том... что ты кому-то нужен.

Жить, делая вид... Смешно и страшно. Глупо и сложно, но именно так живут очень многие. Так попробовал жить и я, но жизнь как будто сама препятствует этому. Она словно показывает своими сфабрикованными событиями: «Окстись! Что ты делаешь? Куда идёшь? Остановись! Открой глаза, увидь меня!!!»

А я несусь, сломя голову, по тропе своих убеждений и кротко глядя на все её тщётные попытки мне что-то донести, попросту не слышу, не вижу, да и толком даже не смотрю.

Парень задумчиво посмотрел в окно, но быстро вернувшись к моменту сейчас, включил чайник и унёс злосчастный стакан. Вернулся он из кухни с чайным сервизом. Разлив осторожно с трепетом в каждую чашку, по обыкновению полез в карманы за заваркой и сахаром, и как только всё необходимое погрузил в кипяток, услышал:

- Ты всегда носишь заварку и чай в карманах?

Перед Славой стояла нимфа. Девушка преобразилась до невозможного. Теперь это была ни какая-то мужеподобная серая мышка. В дверном проёме стояла шикарная девица в коротеньком полотенце и забавных тапочках с аккуратненькими сексуальными ножками, чудной фигуркой и распущенными мокрыми волосами. Она словно только сошла с обложки глянцевого журнала.

- Я... я... К...к..ак бы так объяснить, - растерялся парень. И сделав несколько робких попыток отвести от красотки взгляд, выдал:

- Обычно люди не носят заварку в карманах, это ты справедливо заметила... Как и сахар тоже... Это ты в самую суть... Да... Но... Но вот видишь ли какая штука... Я... ммм...

Нужно было срочно что-то соврать, чтобы не показать своей меркантильности, но вот ведь задача - врать не хотелось, как на зло.

- Я странный человек, - наконец объяснил Слава, - у меня свои странности. Ну, ношу я в кармане заварку и сахар. Очень удобно. Захотел сладенького, сразу раз.

Он тут же достал из кармана сахарок и демонстративно закинул его себе в рот.

- Ммм.. Вот. И порядок, - причмокнув губами, выкрутился бедолага.

Конечно, Нина поняла, что парень мудрит, но мучить его не стала, затянула потуже полотенце, и сменила тему:

- Я смотрю, у нас тут намечается сабантуйчик. Или зря губу раскатала? Не для меня?

- Нет. То есть да. Словом, всё правильно раскатала. Это для тебя... Для нас.

- Отлично.

Девушка подошла к столу, но не нашла куда сесть, ведь у стола стояло всего одно кресло.

- Могу ли я, на правах гостьи, занять сей чудный трон? – указав на кресло, спросила она.

- Пожалуйста, Нина, садись.

Парень не сводил взгляд глаз с девушки, но вот она села и взгляды пересеклись.

- Вот, так сказать, чем бог послал. Послал, правда, не сильно, но... – неловко начал Слава.

- Всё отлично, не заморачивайся. Ты стоя будешь пить?

Слава осмотрелся по сторонам, но присесть действительно было некуда.

- Да... я могу и стоя, ничего.

Девушка посмотрела на него играющим взглядом. Слава поймал на себе этот взгляд.

- Что? – не понимая, спросил он.

- Может... – нежно, игриво спросила девушка

- Да что?

Нина игриво пошлёпала себе по коленке.

- Ты... что, хочешь сказать...

- Садись...

Давно Слава не вставал в такой ступор. И всё-таки через несколько секунд ответил:

- Прикалываешься да?

- Да нет, я серьёзно. Но если не хочешь...

- Хочу! – недолго думая перебил хозяин.

- Меня? - странно, не понятно, то ли в шутку, то ли в серьёз, шепнула девушка.

- Да! То есть, нет... То есть да!!! Но...

Нина улыбнулась, встала, сделала шаг навстречу Славе, и скинула полотенце...

***

Утреннее солнце коснулось валяющегося на полу полотенца. Слава и Нина мило дремали в обнимку. Парень проснулся первым, приподнялся на кровати, почесал голову и улыбнувшись подумал:

- Это я лихо пиццу-то заказал... Два раза...

Он тихо и осторожно оделся, чтобы не разбудить девушку. Выложил из карманов последние кусочки сахара, последний пакетик заварки, всё это сложил на стол, тихонечко оттряхнул руки и решил:

- Всё-таки надо что-то на стол-то поставить, хоть позавтракать, а у меня в холодильнике шаром покати. Ну, ничего, сейчас быстренько до супермаркета сгоняю, чего-нибудь соображу на скорую руку и предстану перед Ниной как Аполлон, только ещё с яствами... кофе в постель, так сказать...

Предвкушая грядущие события в самом благоприятном свете, Слава на несколько секунд задумывается, нежно и любяще посмотрел на спящую девушку, после чего взял всё необходимое и покинул квартиру.

Нина проснулась от щелчка закрывающейся входной двери. Осмотревшись по сторонам, она поняла, что находится в квартире одна.

- Убёг. Я так и знала, что добром это всё не кончится. Эх, ладно, две пиццы будем считать - отработал, всё не зря.

Прикрывшись одеялом, девушка ушла в ванную, переоделась в свои почти сухие вещи. Бережно и аккуратно застелила кровать. Полотенце убрала с пола, и повесила на спинку кресла. Поправив волосы, уютно расположилась на полу в смятенной задумчивости.

- Хм... Так странно, – кружились мысли в голове. - Бывает такое, что жизнь тебе показывает человека с одной стороны, а ты чувствуешь его совсем другим. И ты уверенна, нет, ты знаешь... где-то внутренне знаешь, что он на самом деле совсем другой. И стоит только ненадолго в эту свою уверенность погрузиться, как она – жизнь, снова и снова начинает гнуть свою линию и показывать, как горько ты в очередной раз ошиблась. И всё бы вроде логично, и всё по местам и всё как надо, хоть и не надо бы такое надо, но... откуда-то же берётся это чувство внутреннего знания... Я часто думаю о том, что может просто это таким образом мы, девушки, выдаём желаемое за действительное? Ведь нам хочется видеть в мужчинах всё самое хорошее, доброе... Ведь хочется... Хочется верить, что мужчина, с которым тебя свела судьба, он не случайный прохожий, он кто-то кто возьмёт тебя за руку и проведёт по прекрасному, яркому, эмоциональному пути. Пусть ненадолго... пусть хоть на миг...

Нина вздохнула, ещё раз поправила волосы и поднялась с пола.

- А что такое миг? - вслух произнесла она, - всё как в той песне: «Есть только миг, между прошлым и будущим, именно он называется жизнь...»

С сочувствием, сожалением и добрыми воспоминаниями девушка окинула взглядом квартиру и незамедлительно ушла.

***

В восторженных чувствах Слава ступил на порог своей квартиры. Лицо его сияло, хоть и руки оттягивали два огромных пакета с продуктами. Он как-то даже не допустил мысль о том, что в квартире уже никого нет. И тот факт, что кровать заправлена и пустует, вовсе не привлёк его внимания. Негромко напевая что-то себе под нос, парень осторожно прошмыгнул на кухню, и через какое-то время вернулся в комнату с подносом, где на тарелочке красовалась фруктовая нарезка и парила чашечка кофе, а в блюдце лежали несколько круассанов.

Присев на край кровати, новоиспечённый Аполлон деликатно и пафосно повернулся к объекту ухаживания с подносом в руке, и только сейчас заметил все изменения с момента своего ухода.

Лицо его моментально изменилось, возвышенные чувства испарились в одну секунду, и солнечное утро в раз потускнело где-то глубоко внутри.

- Не понял... – искренне изумился он.

Обшарив квартиру и убедившись, что Нины нет, парень в отчаянии сел на пол обхватив голову руками.

В это время, мобильный телефон, воскреснув, зазвонил. На новом треснувшем экране высветилось имя: «Ирина». Но Слава не спешил брать трубку. Одни сутки круто изменили его жизнь. Он смотрел на звонящий телефон с совершенно иным пониманием, а звонки всё не прекращались.

В конце концов, парень сдался:

- Здравствуй, Ирина... Да нет, всё в порядке, телефон уронил просто, он сломался. Пока купил новый, пока то сё... Как у тебя дела? Ммм... Ясно. В кино?

Девушка не слишком печалилась о разлуке, она спешила поделиться новостями и для того чтобы всё рассказать как можно подробнее и не по телефону, предложила встретиться в кино.

- Ирин..., мне кажется, что нам не стоит больше тратить время друг на друга, ничего путного из этого до сих пор не вышло и не выйдет теперь уже, наверное...

В трубке послышалось молчание, и почувствовался неприятный холодок.

- С чего ты это взял? – тревожно спросила Ирина.

- С чего взял?

Слава не стал лукавить и объяснился как есть:

- Я встретил девушку, которая мне показала, что бывает всё иначе.

- Ты сейчас с ней? А я всё думала, почему от тебя не пришло пожелание спокойной ночи.

- Нет, я не с ней, с ней я, наверное, уже не встречусь больше никогда. Ты прости, Ир..., будь счастлива... прощай.

В трубке послышалась тишина, а потом... потом, наверное, что-то бы послышалось более информативное, но Слава не стал дожидаться и положил трубку.

Он встал с пола, надел свои любимые тапочки с ушками, расположился на кресле и, подчинившись обстоятельствам, собрался завтракать один. Дерзкий звонок в дверь раздался как раз в тот момент, когда поднос с угощениями неловко стоял на коленях, а чашечка кофе только-только коснулась губ.

Одно неосторожное движение под шумок и вот уже кофе на одежде, а поднос со всем содержимым на штанах и частично на полу.

- Нина..., вернулась... – не посмел дать волю гневу Слава, и бросился открывать дверь.

- Здравствуйте, вы верите в бога?

По ту сторону двери с блаженными улыбками стояли два незваных гостя.

- С каждым вашим визитом, - сдержанно ответил Слава, оттряхивая брюки, - моя вера заметно слабеет. Ребят, завязывайте а? Я из-за вас такую девушку...

Слава отрешённо махнул рукой и захлопнул дверь, перед носом сектантов. Не успел он собрать с пола угощения, как звонок в дверь вновь дал о себе знать.

- Нет, ну они издеваются, - нарастала агрессия. Слава держался, к двери не спешил, но звонок повторился.

Парень решил не отворять. Всё собрал с пола в поднос, унёс его на кухню и лёг в спальне на кровать, что-то себе насвистывая под не смолкающие звонки в дверь. И вот, наконец, звонки прекратились.

Стало интересно. Наш герой рысью подкрался к двери, послушал, нет ли шорохов на лестничной площадке. С интересом осторожно приоткрыл в двери маленькую щелочку, заглянул туда, и в следующий миг упал на пол от резкого крика:

- Аааа... сидишь партизан!

В распахнувшуюся дверь вошла Нина с целой коробкой пиццы в руках.

- Мы квиты, похоже. Не ушибся? Вставай, будем завтракать.

Слава улыбнулся. Встал с пола и с интересом произнёс:

- Я сегодня пиццу не заказывал...

- Знаю. Я подумала что... по иронии судьбы мне вчера так и не удалось доставить заказ в целости и сохранности. Оставила парня голодным. Хочу загладить вину.

Влюблённые глаза парня смущённо отвели взор в сторону.

- Ну что стоишь, - улыбнувшись, сказала девушка, закрыв за собой дверь, - ставь чайник и доставай из карманов рафинад...

Обложка книги разработана автором в дизайнерской программе и является интеллектуальной собственностью Николая Лакутина.

Официальный сайт автора http://lakutin-n.ru

 

 

 

Пятница, 20 Сентября 2019 08:46

Как я её поймал на рафинад

Мужчина и женщина... Сколько на эту тему написано книг, сколько старейшинами оставлено советов. А открытых вопросов по этому поводу до сих пор остаётся много... Очень много.

Я расскажу Вам сегодня о том, как совершил главную ошибку своей жизни. Эту глупую, замечательную, дерзкую, прекрасную нежную и восхитительную ошибку, за которую ныне каждый день благодарю жизнь!

 

Короткая комедия на два актёра в трёх действиях. Продолжительность 1 час

 «курьерША». 

Комедия. 2019г. Автор: Николай Лакутин.

Пьеса на 2 человека. Роли: 1 женская, 1 мужская. 

Действующие лица: 

НИНА – Курьер, доставщик пиццы. Около 25 лет;

СЛАВА – Незадачливый клиент. Около 25 лет.  

Описание:

Незадавшийся день меркантильного работника сулит ему одни проблемы. Он намерен решить их по мере необходимости. Первоочередной задачей становится вопрос устранения голодного состояния. Вызывает доставку пиццы на дом и появившийся в дверях курьер меняет всю его жизнь. Как? Смотрите в короткой динамичной комедии "КурьерША" 

 

Пятница, 06 Сентября 2019 06:36

Квест. Душа барабанщика 2

  Квест Душа барабанщика 2

 

Если низменной похоти станешь рабом —

Будешь в старости пуст, как покинутый дом.

Оглянись на себя и подумай о том,

Кто ты есть, где ты есть и — куда же потом?

Все события, организации и персонажи являются авторским вымыслом. Любые совпадения имён, фамилий и должностей персонажей с реальными именами живых или умерших людей, а также происходившими с кем-либо в жизни событиями — абсолютно случайны и совершенно непреднамеренны.

;)

Квест. Душа барабанщика. Часть 2

Город устал от суетной пятницы. Кто-то уже успел уехать на выходные в родовое гнездо, кто-то сидел в гостях, мечтая, чтобы это празднование очередного дня рождения не такого уж близкого друга поскорее закончился, кто-то сидел перед телевизором с бутылкой пива и был счастлив.

Виктория шла по парку, наслаждалась щебетанием птиц и тихо бормотала себе под нос стихи любимой поэтессы. Она и не заметила, как двое крепких ребят перегородили ей путь с обоих концов узкой тропы, и лишь услышала:

- Во имя великого дела!

В руке впередистоящего бойца мелькнуло лезвие ножа, который уже находился в метре от своей жертвы. Девушка лишь успела ахнуть, но тут же осеклась, осмотревшись вокруг. Дорога была свободна, на узкой тропе никого.

- Почудится же такое, - в голос сказала она, ещё раз осмотрелась по сторонам и, прибавив шаг, направилась домой.

***

Увидев исчезновение подельника, крепыш, что стоял позади Виктории юркнул в кусты, быстро смекнув что дело плохо. О произошедшем было доложено Тао, который в свою очередь отчитался перед Учителем:

- Всё шло по плану, но в роковой момент исполнитель словно растворился в воздухе, причём довольно стремительно. На звонки он не отвечает, не идёт даже контакт, где он и что на самом деле произошло – мы не знаем.

- Ты стал часто приносить мне дурные вести, Тао.

- Только события вокруг девчонки идут не по плану, причём второй раз, её словно кто-то оберегает, по остальным вопросам у меня полный порядок.

- Именно поэтому ты ещё жив.

- Вы знаете, Учитель, я верен вам и делаю всё, что в моих силах ради общего дела.

- Сядь пока.

Тао сел на резной стул. Варфоломей достал из картотеки папку с личным делом исчезнувшего сотрудника.

- Этого потеряли? – уточнил он у Тао.

- Да, это было его задание.

Варфоломей достал из личного дела фотографию исчезнувшего парня, над его фото провёл рукой, взял чистый лист бумаги, поставил на нём точку карандашом, но тут же оторвал гриф от полотна и с удивлением посмотрел на Тао.

- Он мёртв, да? – опасливо спросил помощник.

- Нет.

- Жив? Где он?

- Нет.

- Как? И ни жив и не мёртв? Что это значит, Учитель?

- Твоего парня нет... его просто нет ни среди живых, ни среди умерших. Я сам не понимаю, что это значит. Чувствуется какой-то слабый сигнал, но он присущ лишь наличию...

Варфоломей прервал себя, глянув на Тао, и пояснил иначе:

- В общем, когда человек ещё не родился.

- Это мог сделать Гедеон? Скорей всего это он присматривает за девчонкой.

- Нет, она ему не нужна. Это сделал кто-то другой, тот, кто имеет доступ к намного более величественной силе слоёв пространства... Иди, девчонку больше не трогай, пусть живёт.

- Но ведь она знает о нас?

- Она никому ничего не скажет, будь спокоен.

- Она видела Ваше лицо и теперь, наверняка, знает кто Вы на самом деле. Неужели...

- Чччч...., - подняв вверх указательный палец левой руки, прервал помощника Настоятель. Для каждого правила есть исключения, примем сегодня одно. Девчонку оставить в покое. Вопрос закрыт.

Тао поклонился и вышел.

***

Мужчины крепко выпивали на кухне. Рабочие будни отступили, теперь жена хозяина дома, сидя в дальней комнате, мечтала лишь о том, чтобы выходные поскорее прошли. Муж имел закоренелую привычку гулять с друзьями по выходным. Гуляние это заключалось в беспросветной пьянке, а выходные начинались с вечера пятницы. И в этот период, к буйной мужской компании лучше было не подходить.

- Ну, ты Михалыч, дал, - с ухмылкой на лице, восхищался Никифор, - разом полулитру раздавил. Силён!

- А-то! – гордо отвечал хозяин дома.

- И главное, пьём примерно одинаково все, а в понедельник огурцом только Михалыч! – поддерживал беседу Гаврила, - в чём секрет дружище? Поделись с друзьями. А-то пока раскачаешься, уже несколько выговоров схлопотать успеваешь.

- Давай, Михалыч, колись, в чём разгадка? – заинтригованно оперся на руку Никифор, пошатываясь из стороны в сторону.

- Да бросьте вы, мужики. Здоровый я просто по природе, вот и...

Договорить Михалычу не дал стук из подпола. Табуретка под Гаврилой, стоявшая на крышке люка заиграла.

- Не понял. Ты кого там держишь? – вставая с насиженного места, спросил собутыльник.

- Я сам ничего не понимаю. Не лазил туда уже месяца два.

- Откройте, чёрт бы вас побрал! – послышалось из подполья.

Гаврила посторонился, хозяин дома открыл люк.

- В сторону! – угрожая ножом, прокричал боец, поднимаясь из пыльного подпола. Глаза его бешено озирались по сторонам.

- Кто такие? Кто бросил меня в эту яму? Кто, я спрашиваю?

Хозяин дома, опешив от происходящего, смотрел с немым вопросом на визитёра. Собутыльники столпились за крепкой спиной Михалыча.

- Остынь, приятель, и повежливей с отцом-то, чай больше не увидитесь.... Мечтал увидеть своего создателя – принимай посылочку... - послышался размеренный голос откуда-то из пустоты, на который обернулись все присутствующие в кухне.

Жена Михалыча примчалась на шум и, обхватив косяк руками, замерла в исступлении, услышав странное заявление голоса из пустоты.

- Кто это сказал? - вглядываясь в пустоту, спросил Никифор.

Но ответа не последовало...

***

- Вот так как-то, - оттряхивая ладони, проговорил Тихон, вернувшись в парк из слоя минувшего в линейном исчислении тридцать лет назад, - пускай пообщаются, может ума наберутся оба.

Барабанщик проводил взглядом мелькающие каблучки Виктории, усмехнулся, глядя на дрожащие кусты в начале аллеи, и прошептал:

- Привет тебе, Варфоломей от меня, очередной. Не скучай, скоро свидимся...

За столом прокуренной кухни молча сидели Никифор, Гаврила, Михалыч, его жена и парень. Разлили по второй.

- Какого, позволю себе поинтересоваться, у вас висит календарь за 1989 год? Коллекционируете раритет? – обратив внимание на отрывной календарь, какие видел только в детстве, спросил боець, убрав нож с глаз, оценив миротворческую позицию окружения.

Местные перевели удивлённый взгляд на календарь, потом на парня.

- А какой, по-твоему, год должен быть на календаре? – осторожно спросил хозяин дома.

- Сейчас ведь 2019-й, вы не в курсе? – с ехидной спросил незваный гость, опрокинув стакан. Но встретив неподдельно изумлённые взгляды, снял ухмылку с лица.

- Гаврила, Никифор – вам пора, оставьте нас, - грубо сказала жена Михалыча. Такого тона собутыльники мужа прежде от смиренной хозяйки не слышали, но предпочли не выяснять деталей и быстро покинули избу.

- Тот голос..., - продолжила она, - который не одной мне показался, сказал, чтобы ты повежливей общался с отцом... Я пока не совсем понимаю и не сильно в это верю, но скажи, как зовут тебя?

- Может ещё паспорт предъявить? Что за допрос тут устраиваешь, мать. Посидели, пообщались и будет. Мне пора, - грубо ответил парень, встав из-за стола.

- Не Иваном? – умоляюще спросила женщина, глядя слезливыми глазами в глаза парню. От этих слов вздрогнул Михалыч, до сих пор сохранявший спокойствие.

- Допустим, и что? – проходя к выходу, ответил сквозь зубы боец. - Тоже мне ясновидящая. Сейчас на каждого человека можно без труда найти информацию. Бывайте, клоуны.

Парень вышел из дома. Жена села рядом с мужем, кротко переглянувшись.

- Ну и что это сейчас такое было? Откуда этот упырь взялся в нашем подполье? – частично протрезвев, выдал Михалыч.

Супруга лишь перевела растерянный взгляд на календарь. Через несколько минут дверь в доме открылась, в кухню вошёл тот самый гость из подпола. Он спросил примерным тоном:

- Где я?

- Я не совсем понимаю, как такое возможно, но я тебя узнала. Проходи, Иван Максимович, садись, - отрешённо, словно пребывая в прострации, ответила женщина.

- А откуда вам известно моё отчество?

- Будем знакомы... Максим, твой отец походу, - ответил мужчина, вставая из-за стола.

- Сейчас что действительно восемьдесят девятый год? – откусывая ломоть советской колбасы, спросил парень.

- Да, Вань, для нас это привычный и естественный ход времени. Расскажи о - том, как живёшь? – спросила мать.

- Чем занимаешься по жизни? – добавил отец.

- Да я..., - обдумывая как преподнести свою, мягко говоря, не совсем легальную деятельность, протянул Иван. Но потом сориентировался и перевёл тему разговора:

- Да какая деятельность и жизнь? Если вы и правда мои предки и я каким-то чудом перенёсся на тридцать лет назад, то уж лучше вы расскажите мне, как так получилось, что я не знаю своих родителей? Знаете, каково мне было без отца и матери все эти годы? Что чувствует ребёнок, смотрящий на семьи по телевизору и не знающий, что такое родительское тепло и поддержка? Ну, чего приуныли? Нет ответа?

- Максим Михайлович потупил взгляд.

- Я отвечу, - тихо сказала жена Ольга, - когда ты родился, наша жизнь изменилась, это естественный процесс, но мы оказались не готовы к этим изменениям. Постоянные крики, бессонные ночи, нервы, как следствие раздор. Максим не высыпался, утром шёл на работу с чугунной головой и в итоге поставил ультиматум: или я или это маленькое крикливое существо.

- Ты запомнила всё слово в слово..., - удивлённо отстранённо выдал мужчина.

- Я боялась твоего отца, больше жизни боялась, и было чего опасаться, - продолжала Ольга, прикрыв халатом синяк на предплечье, - поэтому подкинула тебя к вратам детского дома районного центра.

- Ты меня совсем не любила? – осёкшимся голосом спросил Иван.

- Любила, люблю и сейчас. Я отдавала ребёнка в детский дом лишь из одного соображения – здесь тебе будет безопасней, чем там, где сможет до тебя добраться отец.

- Так вот значит от кого у меня эта жилка агрессии и ярости. Ну что же, папа, считай, что бумеранг вернулся, теперь не обессудь...

Лицо Ивана выражало спокойствие, тон был тихим и вкрадчивым, но в глазах сверкали молнии. Он в один миг метнул нож из-за пазухи в сидящего напротив отца, но лезвие со звоном лязгнуло, воткнувшись в дерево. Иван обескуражено осознал, что сидит на земле, в том самом парке, из которого исчез. Напротив него стоял огромный ствол дерева, в котором из стороны в сторону часто покачивалась рукоять запущенного в отца ножа.

- Я сегодня уберёг тебя от двух неосторожных действий, больше оберегать тебя не стану, - послышался тот же голос, что звучал в родительской избе.

- Ты теперь знаешь, что по счетам приходится платить, это может произойти сразу, может через тридцать лет, как в твоём случае с отцом, может через восемьдесят – девяносто, в следующем воплощении или через воплощение.

Тихон подошёл к дереву, с лёгкостью вынув из него нож, и подал Ивану. Он продолжал:

- Это не карма, не плата за содеянное и не столько бумеранг, впрочем, на Земле это звучит вполне к месту. Это просто-напросто закон причиноследственных связей. Ты порождаешь действие, которое создаёт определённые последствия. Ты творец Иван, а не убийца, думай, что творишь, и тогда через тридцать лет в тебя никто не станет метать заточенные железяки. Вставай с земли, люди смотрят. Пока ещё твои руки чисты, но больше я на твоей развилке не появлюсь, выбирать будешь отныне сам, по какому пути идти.

Тихон подал руку парню, тот поднялся, не отказавшись от помощи.

- И тот и другой путь допустим, в этом месте, - Тихон развёл руками, - можно всё, но потом если что не обессудь.

Тихон улыбнулся.

- Я не знаю, кто ты, но спасибо что исполнил мечту. Не думал, что смогу когда-нибудь взглянуть в глаза отцу и матери, и уж тем более узнать, почему всё так сложилось.

- Это ещё не вся правда. То, что твоя судьба сложилась именно таким образом – в том отца не вини. Это всего лишь причиноследственные связи, результат твоего позапрошлого воплощения. В подробности вдаваться не будем, но скажу, что это только твой выбор.

- Глубоко копнул.

- Более чем. Ты не дурак, я знаю. Делай выбор так, чтобы не пришлось, потом жалеть... потом – это намного-намного позже..., и всё будет в порядке. Бывай.

Тихон протянул крепкую ладонь. Иван ответил неподдельным дружеским рукопожатием.

Незнакомец подмигнул и сделал несколько шагов за спину Ивана. Когда он обернулся, то сзади уже никого не было, лишь вдалеке гуляли влюблённые пары, а в киоске – палатке продавали воздушные шары.

***

Отсканировав в очередной раз пространство, Гедеон сел в кресло нового съёмного жилья.

- Силён, чёрт возьми. Вот уж действительно хоть целую страну выставляй против него и шансы, пожалуй, будут равны, - рассуждал он, изучая рисунок Варфоломея, набросанный своей же рукой.

- Люди поистине величественные создания. Планеты двигать способны, не то что..., а занимаются разной ерундой. Достойными делами конечно тоже, но... Так... Как же мне тебя одолеть. По силе я уступаю, я это чувствую, - продолжал он, - но у меня много помощников, верно?

До определённого момента не было понятно, кому адресован вопрос, но через несколько секунд на окно влетел ворон, он прислужливо кивнул головой. Цветки в горшках как по команде проделали похожие движения согласия кивком.

- Вот и славно. Значит, нам нужно заманить Варфоломея на ту территорию, где мы будем иметь преимущество и тогда я смогу сломать звено в этой вековой плесневелой цепи, окутавшей весь мир.

Ворон кивком головы и характерным криком показал Гедеону на крутящий пятаки авто. Красивый чёрный автомобиль со свистом задымлял задние колёса, крутясь почти на месте небольшой асфальтированной площадки в сотне метров от окна с вороном. В водителе Гедеон узнал Ваге.

Уже через мгновение квартира пустовала. Автомобиль покинул площадку и со страшным визгом взвился на оживлённую городскую трассу. На разных участках этой трассы преследуя водителя, то и дело появлялся и исчезал Гедеон. И вот машина, наконец, остановилась. Окно водительской двери было приоткрыто.

- Да? – ответил в разрывающуюся трубку мобильника Ваге.

Это звонил Тао.

- Чем занят? – спросил он.

- Тестирую нового коня, - поглаживая руль, ответил Ваге.

- Учитель просит тебя к себе, есть разговор.

- Что-то стряслось?

- Не знаю, он не говорит, но будь поосторожней, не в духе наш сэнсэй.

- Спасибо, Тао, учту. Через час буду.

Ваге положил трубку и вдруг заметил, как среднего размера паучок сбегает с его пиджака.

- Откуда же ты взялся, проходимец? В окно что ли задуло с ветки какой?

Ваге несколько раз хлопнул ладонью по пиджаку, но не попал, паучок проворно пробежался по рукаву и выпрыгнул в окно.

- Вот и славно, - отметил для себя Ваге и, закрыв окно, вжал в пол педаль акселератора.

Гедеон поднял с асфальта выпрыгнувшего паучка и посадил на ладонь.

- Ну что, дружочек, всё получилось? – обратился он к членистоногому, и что-то там себе прочитав в мимике паучка довольно улыбнулся, после чего отпустил букашку, бережно опустив его на ветку кустарника, с которой снял его минуту назад и вставил в своё ухо наушник.

Паучок удачно прикрепил «жучок», к пиджаку Ваге. Это был его излюбленный пиджак, он носил его «не снимая». Поникнуть в голову Ваге или Варфоломея было не так-то просто, это были своего рода непревзойдённые мастера по части трюков сознания, а вот тривиальные манёвры здесь давали слабину. Кто рискнёт играть с оккультным сообществом? Ведь найдя прослушку, такие ребята легко вычислят затейника операции и накажут по всей строгости. На это любитель паучков и сделал ставку и не прогадал.

- Привет, музыку случаешь? – раздался голос со спины. Обернувшись, Гедеон увидел Викторию.

- Вот наша встреча и повторилась, - улыбаясь, промолвила она, - а я знала, верила, что это случится.  

- Вика..., неожиданно, - убирая наушник из уха, сказал Гедеон.

- Не верю. Для тебя, по-моему, всё как на ладони и осознанно предрешено!

- Ты не сильно спешишь?

- Теперь уже нет, по всей видимости я уже успела и более того пришла точь-в-точь вовремя.

Глаза девушки сияли.

- Что же... похоже на то, - Гедеон осмотрелся кругом. Взгляд его зацепился за вывеску «мороженное».

- Съедим по эскимо? – предложил он.

- С удовольствием!

Когда ребята устроились поудобней на скамье уходящего в тихую улицу бульвара, Гедеон спросил, откусывая шоколадную глазурь:

- Как добралась?

- Ооо..., - крайне эмоционально выдала девушка, водитель с меня глаз не спускал пока ехали, я боялась, что он кого-нибудь собьёт. Такой общительный попался. Рассказал про свои успехи в бизнесе и про катер, на котором катается каждые выходные, кстати пригласил с собой. И он, конечно же, оказался не женат и всё прямо как в сказке.

- Всё верно, всё как в сказке. В сказках ведь всё заканчивается всегда хорошо, так что пусть твоя сказка тоже сложится, соответствуя жанру.

- Знаешь, у меня такое чувство, что я долго-долго спала в хрустальном гробу, как та спящая царевна у семи богатырей. И вот наконец-то проснулась.

- И королевич Елисей поди уже поцеловал?

- Пока ещё нет, но я очень надеюсь, что он всё же это сделает, - девушка немного смутилась. – По крайней мере, от «глубокого сна» он меня пробудил и за это я ему очень благодарна.

- Мороженное тает, ешь, – улыбнулся Гедеон глядя на восторженную пассию, которая совсем забыла о таящем мороженном в руке.

Виктория без особого интереса распаковала эскимо, сделала несколько укусов, потом вдруг попросила:

- В прошлый раз, когда мы шли по дороге, и я безмолвно цитировала стихи, ты без труда прочёл мои мысли...

Девушка замолчала, не закончив мысль.

- Хочешь, чтобы я рассказал о счастье?

Виктория улыбнулась:

- Зачем спрашиваешь, ты ведь уже знаешь ответ...

- Вокруг счастья ходит много разговоров, но вообще, счастье — это термин, который объясняет сам себя. Возможно, это местная народная этимология, но счастье - берёт истоки в слове - сейчас. Счастье - это когда ты целиком в сейчас, а не где-то еще. Если отбросить физическую боль, все наши страдания сфабрикованы умом из мыслей о прошлом и будущем. И там всегда будет достаточно материала, чтобы сделать нас несчастными, потому что в будущем - смерть, а в прошлом - все то, что сделало ее неизбежной. 

Несчастье - не сейчас - это состояние ума, констатирующего, что жизнь не удалась вчера и вряд ли удастся завтра. Если забыть про это, оказаться там, где ты есть - это и есть счастье, которое практически всегда доступно. Приведу пример, который в твоей жизни уже имел место быть много раз, он есть и будет всегда.

- Любопытно!

- Последняя твоя значимая покупка, принёсшая тебе кусочек счастья и удовлетворения.

- Да, не так давно я купила себе новый смартфон.

- Помнишь это чувство? Как ты о нём мечтала, как хотела себе его купить и вот ты держишь его в руках, а продавец оформляет документы твоей совершённой покупки.

- Я была не седьмом небе. Это глупо, да?

- Дело не в том, глупо это или разумно. Когда желание человека исполняется, то на очень небольшой промежуток времени он чувствует себя счастливым. Иногда на несколько минут, иногда на доли секунды. Но это не важно, важно то, что если внимательно всмотреться в это состояние, поймать себя в этом состоянии и проанализировать его природу, то легко понять, что счастье доставляет не сам объект. В этот момент отсутствует желание, тревоги, самое главное – отсутствуют мысли. Цель достигнута и пока ум не перестроился на другую цель, на какой-то миг в сознании образуется пустота. Отсекается всё лишнее, остаёшься только «ты», Тот, кто Ты есть на самом деле. Именно это состояние пустоты и даёт человеку счастье.

- Хм... – хмыкнула Виктория, откусив мороженное ещё пару раз.

- Возьмём хотя бы сегодняшнюю нашу встречу, - продолжил Гедеон и тут же ощутил на себе пристальный взгляд девушки. – Ты жаждала встречи со мной и эта встреча произошла. Произошла спонтанно, ты не успела подготовиться к тому, что это произойдёт, момент достижения цели я очень хорошо рассмотрел в твоих глазах двадцать минут назад. В этот миг ты была абсолютно счастлива, я прав?

- Я счастлива и сейчас тоже.

- Сейчас ты счастлива, но томишься ожиданием очередной цели поставленной умом. Тебе хорошо, но не на 100%, счастливое состояние с каждой минутой всё больше и больше подавляет страстное желание...

- Стоп! Остановись! Прошу! Не надо.

Девушка закрыла лицо руками.

- В твоём желании нет ничего постыдного, милая Виктория...

- Называй меня, пожалуйста...

- Вика.

- Да. А ещё лучше...

- Викусик, как называл тебя когда-то мальчик из параллельного класса.

- Ты всё обо мне знаешь, да?

- Извини.

- Как странно общаться с человеком, который читает мои мысли вперёд того, как я сама успеваю их для себя сформировать. Тебе, наверное, со мной совсем не интересно... Да?

- Напротив, Викусик.

Девушка расслабленно улыбнулась.

- Сейчас я вижу перед собой совершенно другую девушку, в отличие от той, что встретил на пороге того дома. Ты чиста, свежа, открыта, искренна и честна. Честна в первую очередь перед собой, а это дорогого стоит. Ты всегда была в двух шагах от счастья, просто не всегда могла его идентифицировать.

Виктория доела мороженное, выбросила в урну упаковку, протёрла платочком губы и серьёзно посмотрев на Гедеона сказала:

- Я узнала о тех делишках, которые Варфоломей проворачивает со своими учениками. Они практикуют свои достижения на обычных ни в чём неповинных людях. Те и не знают, что становятся объектами тестирования. Орден лихо распоряжается жизнями горожан. Вероятно, за это со мной и решили проститься.

- Милая Виктория, люди для ордена – это мусор. Эксперименты над людьми ведутся, увы, давно, без их ведома и совсем не в рамках города, это происходит в масштабах мира. Отсюда эпидемии, необъяснимая смертность молодых, невиданные прежде реакции организмов на биологические достижения орденов и их подопечных, приписывающих себя к расе избранных.

- Но ведь они и в самом деле избранные кем-то? Ведь со стороны в такое общество не попадёшь? Я знаю, что внутри ордена есть какое-то сакральное знание, которое даёт его участникам силу, не вписывающуюся в рамки воображения простых людей.

- Да, это так, но лишь отчасти.

- Что это значит?

- Долго объяснять, да и не готова ты ещё...

- Всё это конечно не слишком радужно, но я благодарна судьбе, что у меня в жизни всё произошло именно так. Ведь на границе смерти я встретила... новую жизнь.

- Новую жизнь... забавная трактовка. Жизнь та же, просто ты её открыла для себя совсем в другом ракурсе, в новом качестве, это пожалуй, ближе к истине, а для того, чтобы открыть себя, и как следствие всё вокруг себя в новом качестве, в старом нужно умереть. Так что всё в порядке, я искренне радуюсь твоим достижениям, ты сейчас совсем другая...

- Хорошо, - согласилась девушка, - пусть так. Расскажешь, как тебе удалось покинуть орден? Ведь насколько я поняла, выхода из него нет. Я лишь приблизилась к нему и меня тут же попытались ликвидировать, а ты был внутри него, а сейчас вне его пределов. И ты жив и полон сил. Как так получилось?

- Ты точно хочешь это знать? Для чего?

- Это не только праздное любопытство, не думай. Просто... ты мне очень-очень интересен, нужно ли это говорить человеку, читающему мысли наперёд.

Виктория смутилась, но всё же направила открытый чистый взгляд в глаза Гедеону. Тот одобрительно кивнул.

- Хорошо, я расскажу, но не здесь.

Гедеон протянул руку Виктории, и когда она почувствовала свои пальцы в объятиях крепкой мужской руки, то не успела опомниться, как уже сидела на диване внутри квартиры.

- Мы не допили чай, помнишь? Я думаю, самое время это исправить, - отпустив девушку, сказал Гедеон и пошёл на кухню ставить чайник.

***

 

После устроенной встречи Ивана с родителями, Тихон не спешил в свой скромный угол, ведь там его никто не ждал. На свете существует множество путей, но не все из них предполагают наличие семьи. Этот выбор был для Тихона сознательный, как и для каждого живущего и когда-либо жившего человека. Он шёл по оживлённому проспекту, наслаждался состоянием влюблённых пар, сочувствовал встречным разбитым сердцам и наблюдал за тем, как сильно искалечены людские формы жизни.

- Тела ныне живущих людей никуда не годятся, - заключил он, проведя сравнительный анализ огромного количества людей в различных городах, - что с Вами сделали, братья...

- Я бы не стал так формулировать вопрос, каждый человек легко может исцелиться в любой момент, - послышалось внутри головы Тихона.

Он огляделся вокруг и, улыбнувшись, у себя же в голове ответил:

- Визитёры последнее время меня приятно балуют вниманием. Предстань, Астор, пройдёмся по бренной Земле, поговорим на местном...

- Я уже здесь, - приятным мелодичным голосом пролилось тихое эхо, и в следующий миг прямо из пустоты возник неприметный образ человека идущего по другой стороне улицы.

- Не подойдёшь поближе? – негромко спросил Тихон, не поворачивая головы в сторону визитёра.

- Ты же знаешь... нельзя.

- В нашем мире правила действуют безупречно.

- Они безупречно действуют во всей вселенной, Земля не исключение. Здесь просто слишком много проекций, но правила игры всё те же.

- Да... да... Скажи, сердечный друг, ты ведь без труда можешь установить мир на Земле в один миг. Почему же этого не сделаешь? Мир захлёбывается в невежестве, ты лучше меня знаешь, как разрозненное сознание людей сказывается на том, что вне Земли, нет никого, кому было бы от этого хорошо, даже тем, кто убеждён в обратном. Чего же ты ждёшь? Приведи в мгновение ока Землю в гармонию обратно.

- Я не могу этого сделать.

- Не можешь? Как же так, ведь для тебя это элементарно?

- Это элементарно, возможности такие есть и у меня и у всех Вас. Сказав, что я не могу, я имею ввиду иное. Я попросту не имею права так поступать. Потому что нарушу свободу воли тех, кто желает разрушать.

- Горстка людей стремятся к разрозненности, формируют определённое мышление населения, то которое нужно им, а не людям. В результате гибнет всё и вся, а ты говоришь о том, что не имеешь права навести порядок, поскольку есть желающие убивать, грабить, властвовать, всячески проявлять и приумножать деструктивное поведение?

- Именно так.

- Тогда, позволь спросить тебя, в чём смысл твоей силы? В чём смысл твоего дара и тех возможностей, которыми ты обладаешь, если ими нельзя воспользоваться?

- Нет того что можно и нет того, что нельзя. Вопрос лишь в том, как я распоряжусь своими возможностями. Как я поступлю. Этот вопрос стоит и перед каждым из Вас на протяжении всей жизни, каждый день и каждый миг. Как поступить, о чём подумать, какой выбор принять. Увы, выбор большинства привёл к тому, что я наблюдаю сейчас на Вашей планете, но это их священный выбор.

- Зачем же ты пришёл сюда, брат? Зачем дал мне сиюминутную надежду на то, что всё ещё может быть?

- Она всегда была с тобой. Я пришёл сюда для того, чтобы сделать свой выбор. Каждый из Вас приходил с той же целью. Ответить на простой вопрос: Что я есть?

- Хорошо, ты ответил на свой вопрос, проверил в очередной раз себя и преданность истинным ценностям, вселенскому закону и порядку. Но скажи, что произойдёт с тобой, если ты разок оступишься и этим спасёшь целую цивилизацию? Наведёшь порядок далеко за пределами планеты в ближайших слоях атмосферы одним элементарным действием, которое не велит тебе совершать внутренний канон?

- Ты напрасно думаешь, что я этого не делал. Делал. Ошибался, как и каждый из Вас и каждый из людей. В угоду благородства узкого сознания, я приносил тем самым больший вред всей системе.

- Может быть система не безупречна, раз благие намерения в ней приводят к таким последствиям?

- Ты рассуждаешь так только потому, что видишь лишь малую часть общей картины мироздания. Поверь, Тихон, даже ты видишь очень малую часть картины, и я её вижу тоже не во всей красе. Плюс легко меняется на минус, а минус на плюс по мере того, как начинаешь смотреть шире. Все мы функционируем в одном порядке, в одной универсальной системе, которую человеческий мозг способен познать, но не мозг Землянина, по крайней мере не на этом этапе.

- Другого этапа для них уже может и не быть!

- Это правда. Но это не вся правда.

- Что ты имеешь ввиду?

- Вспышки на Солнце устраивал не кто-то. Это сделали люди! В тот момент, когда определённая часть людей вышла из единства, намереваясь жить исключительно для себя, а не для всего и каждого элемента системы. В этот миг произошла первая вспышка в этой и многих других солнечных системах. Именно в этот момент планеты перестроились на другие орбиты, некоторые полностью были ликвидированы. Данная система, где сейчас гостишь ты, потеряв единство, мгновенно пришла в хаос и тут же перестроилась под новые условия. Планеты стали вращаться с разной скоростью, разрозненность тут же проявилась во всём, но только на данном участке, назовём это так. С тех пор вспышки на Солнце происходят постоянно, но не так явно. Сегодня люди принимают это за норму. Но так было не всегда.

- Почему же планета до сих пор живёт? Почему механизм не включил иммунитет и не очистился от болезни?

- Потому что планета постоянно подстраивается под людей. И планета и вся звёздная система. Она адаптивная. У этой системы нет таких реалий и понятий, что хорошо и что плохо, она не оценивает результаты людской деятельности. Она лишь подстраивается и проявляет в материи всё то, что творят её обитатели. А человек не может делать лишь одно – он не может не творить. Каждая мысль, каждое слово, каждое действие... всё это в массе определяет то, что Ты ныне наблюдаешь вокруг себя. Всё просто.

- Да уж, просто, что и говорить. Так значит, ты когда-то уже оступался?

- Да.

- И что произошло?

Я навёл порядок на многих планетах, привёл в гармонию их звёздные системы, их участки. Но так продлилось недолго. Закон соблюдается на всех уровнях. Влияние извне – никогда не решает проблему. Только временно помогает, а точнее, создаёт иллюзию помощи даже на моём уровне. В итоге довольно быстро, несколько миллионов лет и всё, всё вернулось на круги своя. Я же познал опыт.

- Но как сделать так, чтобы каждый человек на Земле, каждое человекоподобное существо на других планета пришло к единству вопреки своим эгоистичным целям? Я с сожалением смотрю на них и думаю, реально ли это?

- Что есть реальность... возможно ли это? – да возможно, более того, я точно знаю, что так и будет. Более того, это знаешь и ты. Это знает каждый. Но внутри, тем глубже, чем яростнее человек вязнет в невежестве.

- Каждый внутри знает итог всего, - кивнув, согласился Тихон.

- Человек и есть всё, - продолжал Визитёр. Ты никогда не думал о том, откуда повелось выражение: «Всё будет хорошо»? Это очень ущемленное выражение на языке слов тем более на языке современного землянина не важно, какой национальности, но суть оно передаёт до сих пор. Каждый из людей знает, что в итоге всё встанет на круги своя. Когда каждый из них получит тот телесный опыт, за которым пришёл сюда, всё вновь вернётся к единству.

- Пожалуй...

- Так было уже не один раз... так будет и продолжаться. Всё уже существует сейчас в данный момент, на всех уровнях на всех слоях, тебе это хорошо известно, Тихон. Я и подобные мне существа это просто видят. Нет необходимости предполагать и загадывать, когда ты точно знаешь, что уже есть.

- Спасибо что заглянул, Астор.

Образ улыбнулся, поклонился и исчез.

***

- Стало быть, Викусик, - так прикажешь называть, - войдя в комнату с наполненными чашками, обратился Гедеон.

- Мне так нравится.

- Добро.

- Зелёный подойдёт? – протягивая одну из чашек, предложил гостеприимный хозяин.

- Мой любимый...

- Я в курсе.

- Я про чай! – одёрнула себя девушка.

- Об этом тоже.

Их взгляды хитро соприкоснулись, но тут же сменили тему каждый в своей голове. Первым заговорил Гедеон:

- Итак, ты хочешь знать, как мне удалось покинуть орден?

- Ты расскажешь? – забыв обо всём на свете, спросила девушка молящими глазами.

- Тебе, пожалуй, расскажу.

Он устроился поудобней в кресле, посмотрел на заинтригованные все во внимании глаза гостьи и произнёс.

- Случай!

После этого он замолчал.

Девушка некоторое время пребывала в ожидании, потом в исступлении, потом спросила:

- Случай? И это всё что ты можешь мне сказать? Хм. В общем-то, было наивно надеяться на что-то большее, я понимаю.

Гедеон с полной серьёзностью смотрел на Викторию, которая тоже откинулась в кресле и с долей сожаления смотрела на люстру. Вдруг её взгляд изменился. Она замерла на месте, и лишь её глаза говорили о том, что что-то происходит. Девушка увидела образы, она как будто смотрела кино, но только где-то внутри себя. Она очень чётко увидела Варфоломея, который раздавал распоряжения своим приближённым, некоторые лица ей были знакомы. Потом увидела мятеж среди послушников. Часть учеников сгруппировалась около ворот, которые тщательно осматривались вооружённой охраной совсем не дилетантского уровня.

Виктория ясно услышала в своей голове крики:

- Разойтись!

Потом последовала очередь выстрелов. Несколько послушников пали, но охрана после этого полегла полностью вся. Что именно произошло – было непонятно. Один из парней ринулся к воротам, в этом бойком пареньке Виктория узнала Гедеона. За ним поспешили остальные мятежники, но в этот момент на балконе высокого здания показался Варфоломей. Он выставил вперёд правую руку и послушники упали, едва не добежав до ворот всего каких-то несколько метров. Несколько трепыханий, и дети перестали шевелиться. К воротам вышел Тао. Он проверил каждого из мятежников, потом громко сказал:

- Эти живы, один..., и показал руками крест. Этот крест относился к тому, кто был ближе всех к вратам, там лежал Гедеон.

Затем Виктория увидела, как на старой рохле два монаха везут Гедеона по лесной дороге. Парень накрыт тряпками, на телеге так же лежит деревянный крест, пара лопат и котомка с продуктами и питьём.

- Давно мы этим не занимались, Петро..., обратился один к другому.

- Не говори, я уже подумал, что и не придётся. Как-то всё тихо – мирно обходилось последние годы, ан нет.

- Что с теми ребятами не знаешь?

- Которых откачали?

- Ну да.

- Знаю. Варфоломей им зачистил память и немного подкорректировал амбиции, отныне они и думать забудут о чём-то таком, правда уже на первую линию их, конечно, никто не возьмёт, но всё равно пригодятся. У нас ведь и грязной работы полно.

- Вот я и думаю, Петро, не от того ли мы с тобой сейчас тащим эту телегу, что когда-то...

- Ччч..., - прервал его напарник. На всё воля Божья. Раз так сложилось, значит, так тому и быть.

Виктория увидела, как два монаха сваливают тело парня в свежевскопанную яму, как один из них берёт лопату и начинает закидывать тело землёй и в следующий миг глаза Гедеона открываются.

- Смотри! – слышит она в сознании голос Петро.

- Не добили парня, видно, придётся уж нам.

После этого картинка в глазах Виктории куда-то делась, но вскоре возобновилась. И она увидела, что в яме теперь лежит не Гедеон, а два монаха, а парень, оттряхнув одежду, уходит лесной тропой, прихватив с телеги котомку с хлебом и водой.

Девушка ахнула, словно отойдя от гипноза, а Гедеон дал некоторое пояснение:

- Тех, кто погибал внутри ордена, не принято было хоронить в его стенах. Случаи такие были не частыми, но на отдалённом пустыре было небольшое кладбище. Когда я уходил, то насчитал около тридцати могилок. Это очень не много, на фоне общего потока и течения лет ведения деятельности данной организации. В тот день я поклялся вернуться и положить конец тому, что творилось внутри оккультных стен.

- Честно говоря, не очень поняла, что произошло. Ты умер или нет?

- Если бы во мне была жизнь, Тао это бы не пропустил. Стало быть, я действительно умер, но позже я узнал о том, что земля даёт жизнь не только растениям. Моя особенность в том, что связь с миром животных и растений у меня не такая как у большинства людей. Земля дала жизнь и мне, как только я коснулся её, погрузившись в могилу. Так я провёл много лет в далёких лесах, кочуя по тайге, обретая силу, знания и опыт. Варфоломей искал меня, я это хорошо чувствовал, но лес прикрывал, создавал помехи, защищал. И вот я объявился в городе, новая сильная энергетика не обошла внимания Учителя, твоего бывшего партнёра. Он прислал на разведку помощника...

- А те монахи... Ты их...

- Я позволю себе не ответить на этот вопрос, Викусик. Ты видела лишь то, что должна была видеть. Я оставлю этот момент без пояснений.

Девушка задумалась, потом осмотрелась по сторонам, отодвинула подальше чашку, взяла сумку и, встав, сказала:

- Не называй меня больше так, пожалуйста. Пусть это обращение останется в моей памяти связанное с тем одноклассником. Мне пора!

Гедеон встал, поставил свою чашку на стол, взял за руку девушку, и в следующий миг она оказалась на том же месте, откуда исчезла. Гедеона рядом не было...

***

Роскошный чёрный авто въехал на территорию острога, Варфоломей пристально смотрел через стекло приёмной на лоснящееся лицо Ваге. Последние новости подчинённых его не радовали.

- Что так сияешь, милый друг, - спросил Настоятель своего ученика, одетого как всегда с иголочки, как только тот переступил порог кабинета.

Ваге поднял руку на уровне груди и раскрыл кулак. На ладони показался маленький флакон, тщательно упакованный несколькими системами герметизации.

- Да неужели, не прошло и полгода, - сурово воскликнул Варфоломей.

- Наши коллеги из лаборатории просили принести свои извинения за задержку, но обещали, что результатом Вы останетесь довольны, поскольку он превзошёл все ожидания.

- Ну что же, пойдём, протестируем первый опытный образец.

В кузов рабочего пикапа Ваге закинул старое проржавевшее колесо от сломанной телеги. Варфоломей сел на пассажирское сидение и приказал отъехать на пятнадцать километров от острога. На пустыре, Ваге остановил джип.

- Здесь, я думаю, будет лучше всего, - обратился он к Настоятелю.

- Да, место подходящее, а сами вон оттуда будем наблюдать, - согласился Варфоломей, указав пальцем на возвышенность.

Ваге вынул из багажника ржавый обод с потрёпанной резиной. Варфоломей достал из кармана флакон.

- Осторожно, Учитель, чтобы на руку ни одной капли, а то...

Ваге тут же замолк, увидев во взгляде Настоятеля суровый ответ.

Варфоломей капнул несколько капель на резину, а так же на ржавый диск колеса. Достал мобильный телефон, сел в машину и как можно более аккуратно упаковав флакон, спросил там кого-то:

- Ну что? Есть реакция?

- Рвутся как никогда, уходите подальше от этого места, местные псы прибудут раньше, - прозвучал голос в трубке.

- Хорошо. Выпускай! – скомандовал Варфоломей. Ваге отогнал машину на дальнюю возвышенность.

Птицы стаями стали слетаться на пустырь. Рой насекомых так же отовсюду ринулся к политому зельем колесу. Гул и частый стук клювов донёсся до машины наблюдателей.

Через четверть часа на дороге показалась первая стая собак. За ними бежали ещё несколько псов.

- Это не наши, - тихо произнёс Ваге.

- Вижу, - ответил Учитель.

Собаки с разных сторон неслись к ржавому ободу и набросились на него с таким рвением, словно после недельной голодовки им под нос поставили жареного быка. Псы в два счёта разорвали затвердевшие куски резины и, отбирая друг у друга, грызли её, остальные скрежетали зубами металл, наперебой прорываясь к ржавому диску. Через какое-то время на дороге появилась элитная свора собак.

- Вот это уже наши, - довольно проговорил Варфоломей. Они с рыком набросились на остатки погрызенного ржавого металла и разошлись по сторонам лишь только после того, как проглотили последний болт. Даже несколько волков было замечено среди остервенелой брызжущей слюной своры. Наконец, на пустыре стало тихо.

Ваге подъехал к пыльному истоптанному месту. Никаких останков ржавого колеса не было, лишь пыль, да пятна крови от дерущихся за добычу зубастых бойцов, окропили окрестность. Он выглянул в окно, и довольно произнёс:

- Никого уже не удивить введением данных механизмов в область пищепрома. Если бы люди знали, что они покупают в магазинах, лишь отчасти напоминающее сыры, колбасы, мясо, птицу и рыбу, не говоря о молочной продукции и менее востребованных товарах, они бы стали обходить гипермаркеты стороной. Но мы пошли дальше. Мы изобрели вещество, делающее обоняние доминирующим над зрением. Оно подавляет и зрение и осязание. Запах становится сигналом для руководства к действию. Мы посмотрели, что они сделали с прорезиненным кордом и металлом. А если капнуть таким веществом на человека?

- Дааа, - довольно протянул Настоятель, - даже метал сожрали не жалея клыков, результат действительно превзошёл все ожидания... Завтра я уезжаю на место силы, пришёл срок. Тао едет со мной, старшим на пару дней оставляю тебя. Справишься?

- Не в первый раз, Учитель, всё будет в порядке.

- Ну да. Лаборантам выпиши премию по своему усмотрению, молодцы, порадовали. Поехали домой.

Джип, заревев мотором, оставил пустырь.

- Вот значит как, - вынимая из уха наушник, прищуривая глаз, подвёл итог Гедеон.

***

Тихон шёл по улице и воспроизводил в голове диалог с Ваге:

- Тихон, мне нужна твоя помощь.

- Тебе лично или ордену?

- Задача поставлена орденом, но мой интерес в этом тоже есть.

- Ты же знаешь, Ваге, я не помогаю оккультным сообществам, ни одному из них.

- Знаю, но я так же знаю, что из ордена нет выхода. Кто не с нами, тот против нас.

- Ты пришёл для того, чтобы напомнить мне об этом? Варфоломей решил, что я выполню его просьбу, испугавшись возмездия, как это у вас принято называть.

- Тихон... ты ведь не глупый человек. Я нашёл тебя, и они найдут. Может всё-таки не стоит ругаться с теми, кто дал тебе всё?

- У вас появился достойный соперник, и вы решили столкнуть лбами тех, кто опасен для ордена. Узнаю методы Варфоломея. Что же..., ты передал, я услышал.

- Ваге от имени своего Настоятеля хотел просить меня об устранении Гедеона, - рассуждал про себя барабанщик, - не думал, что ему удастся покинуть орден, впрочем я помню, что он был очень способным учеником. Занятно, что он оказался здесь в этот самый момент. Исай просто так в гости не наведается и так кардинально планы не меняет. Значит, грядёт что-то серьёзное, раз мы тут все в одной кучке собрались.

- Постой-ка любезный! – отвлёк Тихона от дум скрипучий голос старца.

Барабанщик повернулся на голос. На скамейке сидел какой-то старик. Из-под его шляпы с широкими полями виднелись седые пряди волос. Голова была наклонена вперёд, так что лица не было видно, но голос старика показался знакомым.

- Присядь-ка, я тебя надолго не задержу, - проскрипел всё тот же отдалённо знакомый голос.

Тихон не стал всматриваться в лицо, прячущееся за полями шляпы. Старик вежливо продолжил:

- Может быть, мой вопрос покажется странным, всё-таки на днях я разменял сотню, да и зрением стал слабоват... однако я видел такую походку лишь у одного человека...

Барабанщик повернулся, старик поднял голову, и глаза соседей по скамье сощурились в доброй улыбке, признав друг друга.

- И всё-таки я не ошибся. Дмитрий, это ведь ты...

Барабанщик молча смотрел на старика, приятельски положив ему руку на плечо.

- Я давно живу, многое повидал и поэтому уже ничему не удивляюсь. Но всё-таки... Как такое возможно? Мы ведь одногодки, но над тобой, похоже, время не властно. Где твоя седина, где морщины? Ты что всё-таки нашёл эликсир молодости? Ты стал даже моложе чем в момент нашей последней встречи, да и выглядел ты несколько иначе, впрочем, некоторые черты лица очень похожи. Да вот походка... эта самая походка, как умеет ходить мало кто из людей. А теперь ещё и эти глаза. Дима, это ведь ты, я знаю.

- Сколько лет прошло, Ярослав, с того момента, как мы в последний раз пожали друг другу руку, - ответил барабанщик.

- Пятьдесят – это уж точно.

- Пятьдесят восемь. Всё верно, я был тогда Дмитрием, твоим самым верным другом.

- Твоя утрата стала для меня первой серьёзной потерей в жизни. Куда ты пропал? Я так понял, что ты куда-то спешно уехал, но почему? И что значит, я был тогда Дмитрием? Ты сделал новый паспорт?

- Прости, Ярослав, я не могу тебе всего сказать. Рад был встретить тебя, а сейчас мне нужно идти.

Барабанщик улыбнулся, встал и пошёл своей дорогой.

- В какой аптеке ты приобрёл эликсир молодости? Я бы тоже не прочь ещё лет хоть двадцать пять потоптать этот городишко..., - донеслись до Тихона скрипучие слабеющие звуки.

Старик улыбнулся и вновь опустил голову.

- Да, - думал Тихон, - вот так встреча. Узнал, соколиный глаз. Он всегда обращал внимание на те мелочи, которые не видел никто другой. Годы меняют тело, но суть человека остаётся прежней. Молодец, Ярослав, ещё держится. Кстати о стариках. Варфоломей завтра направится на своё излюбленное место силы, там он и проведёт последний ритуал по активизации энергетических тел. Пора бы и мне там побывать. Вот где всё и обсудим...

***

 

После последней встречи с Гедеоном, Виктория пребывала в смешанных чувствах. Она и раньше понимала, что этот человек достаточно необычный, но последние сведения, которые она получила от объекта своего внимания последних дней, заставили задуматься о многом. Он вдруг как-то просто и легко развеял миф о своей мягкости и пушистости, так неосознанно сформировавшейся в воображении девушки. И совершенно не смутился от того.

- Знать уровень доверия у него ко мне действительно высок. Может быть даже выше, чем я того заслуживаю, - рассуждала она, - но ведь он убивал! Те охранники, эти два монаха. Кто он? Ликвидатор или добродетель? Гедеон – Гедеон, я не знаю, как к тебе относиться. Никак не относиться просто не могу и не хочу, но любить убийцу... Стоп. Он сказал, что я видела только то, что должна была видеть. А я не видела, чтобы он кого-то убил. Вот опять психанула не подумав. Как всегда хорошая мысля – опосля. Надо бы с ним ещё хоть разочек встретиться, кое-что уточнить...

Виктория шлёпнула себя ладонью по лбу. А когда рука открыла лицо, то солнце осветило нежную любящую улыбку, какую может подарить этому миру лишь влюблённая девушка...

 

***

 

Варфоломей передал дела Ваге. Тао собрал вещи и ждал Настоятеля у ворот. Машина заготовлена не была. Два рюкзака вещей, ни продуктов, ни воды, никаких вообще запасов. Даже деньги на дорогу не были припасены.

Варфоломей спустился с крыльца, осмотрел окрестности и, подойдя к Тао, спросил:

- Готов?

- Да, Учитель.

Настоятель вынул из кармана флакон привезённый Ваге.

- Тьфу, чёрт, забыл выложить, ну возвращаться не будем. В путь.

Мужчины подняли рюкзаки и ступили за ворота. Дверь с лязгом захлопнулась, и путники очутились в дивном лесу, куда не ступает нога человека. Густая поросль крепко раскинула свои сети по обеим сторонам широкой горной реки, что шумела неистовой силой. Вверх к истоку реки вёл заросший мхом курумник.

- Воздух здесь такой густой, даже голова кругом идёт, - опуская от удовольствия веки, произнёс Тао.

- Это что... сейчас поднимемся на самый верх, вот там кругом пойдёт не только голова, но и всё тело..., - самодовольно ответил Варфоломей.

Тао попытался забраться на первый камень, стоящий на пути к вершине, но все попытки оказались тщётными.

- Что-то я не пойму, - промолвил он, - как же мы поднимемся, Учитель?

Варфоломей непривычно добро улыбнулся. Такой улыбки на лике Настоятеля Тао прежде не видел никогда.

- Ты сегодня здесь первый раз, - спокойно молвил Варфоломей, - смотри же...

Настоятель посмотрел куда-то вдаль отрешённым взглядом и осторожно шагнул вперёд. Под ногой его ничего не оказалось, но он встал на воздух, словно на ступень. Вторая нога оторвалась от земли и ступила на следующую незримую ступень из воздуха. Ещё несколько шагов и Учитель оказался над бурлящей хлещущей горной рекой.

- Ступай за мной, - спокойно проговорил Варфоломей, продолжая своё восхождение.

Тао не верил своим глазам, но ослушаться Настоятеля просто не мог. Он ступил куда-то туда, куда наступил Учитель и тоже завис в воздухе. Шаг, другой третий и два тела зависло над рекой.

- Ничего не бойся, вперёд, - тихо добавил Варфоломей и направился по незримой дороге вверх по течению.

Странным для Тао было не только всё то, что окружало его и происходило прямо сейчас под его ногами. Рюкзаки с вещами – они стали невесомыми, вероятно такими же невесомыми, как и тела левитирующих путников.

Идти пришлось долго. Но в конце пути, у самого начала формирования ручья набирающего силу льющейся могучей реки Тао ждал очередной сюрприз. На месте разлива ключа стоял красивый каменный храм.

Трудно было поверить в то, что кто-то когда-то здесь смог его построить. Подступов и дорог к этому месту попросту не было. В радиусе многих десятков в то и сотен километров не было ничего, что могло бы способствовать строительству такого монументального сооружения. Храм был построен совсем не так, какие радуют глаз прихожан ныне в разных городах страны и мира. Стены тут были высечены из громадного цельного камня, проёмы высоченные, высота главного свода достигала порядком пятнадцати метров.

- Неужели это возвёл человек? – изумился Тао сев на корточки с дальней дороги.

- В некотором роде, - сказал Варфоломей.

- Бодхисатвы? Я прав, Учитель?

- Они. И их приближённые.

- Это же просто Божественно. Как? Когда? Откуда?

- Да..., да... много вопросов, но ответ прост. Им под силу не только это, - невозмутимо ответил Варфоломей, присаживаясь рядом.

- Хотел бы я встретиться с Бодхисатвой или хотя бы его учеником, - обречённо протянул Тао.

Варфоломей осторожно глянул на него и тут же отвёл взгляд в другую сторону.

- Твоё желание давно исполнено, Тао, - послышался властный голос.

Прямо перед путниками стоял Гедеон. Выглядел он как-то непривычно. Он вообще не был похож на человека, скорее напоминал сгусток колоссальной избыточно заряженной энергии. Руки и ноги его словно расходились в несколько тел, всё вибрировало перед глазами. По напуганным глазам Учителя Тао понял, что его старый знакомый Гедеон обладает действительно могущественной силой, сложно было описать это чувство, но всё внутри говорило о том, что здесь хозяин царь и Бог именно Гедеон.

Варфоломей невольно потрогал свой шрам на щеке, он не сводил глаз с Гедеона.

- Мятежник! Как ты посмел явиться сюда в святое место истока? – грозно проговорил Настоятель.

- Чем же я, по-твоему, опорочил это место? - спокойно ответил Гедеон. От этого спокойствия наполненного силой по спине Тао пробежали мурашки, он встал, пытаясь совладать с внутренним ознобом.

- Ты предал своего учителя! Ты предал Орден! Учение! Предал Себя. Здесь не место предателям, уходи. Я не хочу тебя здесь убивать.

- Серьёзно? А что же ты мне не предоставил выбор в прошлый раз, когда убил меня у ворот? Я бы с удовольствием тогда ушёл.

- Уходи! – яростно закричал Варфоломей, поднимаясь с места. В глазах его сверкнула ярость. Небо в раз потемнело.

- Не здесь! – послышался голос с третьей стороны. Он принадлежал Исаю.

- Ты ещё кто такой? – обратился Варфоломей. Никто из присутствующих не знал в лицо наблюдателя.

Ответа не последовало, но сменилось всё вокруг. В таежной местности на широкой поляне стояло трое, Варфоломей, Тао и Гедеон.

- Ну что же, хорошо. В этот раз я тебя додавлю, - поднимая обе руки ладонями вперёд, произнёс Варфоломей.

Гедеон успел подмигнуть старому приятелю и с улыбкой произнёс:

- Неси веник, старина, зубы любят счёт.

В следующий миг Тао отбросило волной на несколько метров, эпицентр невидимой волны пришёлся на Гедеона. Он не стал закрываться, убегать или прятаться, спокойно принял удар на себя, и даже не шелохнулся.

Варфоломея это явно разочаровало, тогда он сжал ладони в кулаки.

- Э... нет, брат, ни в этот раз, - проговорил Гедеон. И в тот же миг два дерева стоящих на приличном расстоянии от поляны наклонились и впились своими ветвями в руки Настоятеля, пропустив свои плети сквозь пальцы рук и разжали кулаки. Из-под земли вырвались корни и спутали ему ноги. Хранителя Ордена растянули, словно на верёвках по рукам и ногам не давая ему свести вместе и двух пальцев. И всё-таки Варфоломей был далеко не дилетантом, сознание его оставалось свободным. Он прищурился, глянул на свой карман, а потом резко перенёс взгляд на Гедеона и широко раздвинул орбиты. Флакон из кармана моментально пронёсся по воздуху и, с хлопком разорвавшись на мелкие частички, облил содержимым былого мятежника.

- Теперь посмотрим, как твои лесные друзья сослужат тебе службу, - довольно протянул Настоятель, болтающийся на растянутых ветвях прикованный по ногам корнями.

Стаи воронов сорвались с ветвей и с криком устремились на Гедеона. Вой десятков волков пронёсся где-то неподалёку, совсем недалеко проревел медведь – шатун. Мухи, пауки и другие лесные жители стали сползаться со всех сторон к Гедеону.

Тао достал из кармана какой-то электрический прибор и направил его в сторону неприятеля.

- Браво, Тао, - радовался Варфоломей, - а то ещё чего доброго улизнёт через портал. Бог бы с ним, да зелье жалко. Другого такого пока нет.

Развязка близилась к концу, первые добравшиеся аборигены леса уже стали кромсать тело Гедеона клювами, и зубами. Пара волков пронеслось мимо Тао, и впились зубами в плечи пахучей добычи.

Звери со всех сторон рванули к Гедеону. Вокруг его тела мелькало несколько лисьих хвостов, рёв медведя заставил в очередной раз вздрогнуть Тао. Двух дюймовые когти хозяина леса впились в тело терзаемого зверьми парня, но он при этом сохранял спокойствие и нежно глядел в глаза Варфоломею, который одёргивал руки и не понимал, почему ветви и корни до сих пор его держат.

- Хороший ход, дружище... очень хороший ход. Знаешь, когда дерево точит червь, или рубит дровосек – оно не жалится. Чувствует, но не кричит от боли. Я сейчас так его понимаю..., - миротворческим голосом произнёс Гедеон.

В глазах Тао мелькнула жалость. Он опустил прибор и в следующий миг десятки Гедеонов окружили поляну, а того первого звери так и продолжили терзать, совершенно не обращая внимания на то, что происходит вокруг.

Гедеон не стал им мешать, каждый из которых спокойно наблюдал за тем, как доедают первое тело. Тао опустив руки, стоял как прокажённый, Варфоломей перестал дёргать руками и ногами в попытках освободиться, он понял, что проиграл этот бой и больше ничего не в силах предпринять.

Когда лесные жители закончили своё дело и стали расходиться, один из Гедеонов стоящих на поляне властно и громко сказал:

- Постойте друзья, не спешите расходиться, у меня есть для Вас ещё один подарок.

Говоривший перенёс взгляд на Варфоломея. Звери синхронно перевели фокус на растянутого лесом пленника. У волков появился привычный оскал. Медведь первый ринулся в сторону Настоятеля, в глазах которого метался ужас.

Но тут когтистого зверя кто-то откинул в сторону, словно это был не медведь, а плюшевый медвежонок. Звери замерли, чувствуя на арене кого-то ещё.

Перед всеми собравшимися проявился барабанщик.

- Уф, еле вас отыскал, - сказал он с позитивной улыбкой, - Потапыч, извини, ничего личного. Ребяточки, дорогие, всех прошу минутку внимания.

Он звонко щёлкнул пальцами и путы отпустили Варфоломея, правда не так нежно, как того можно было ожидать. Настоятель и хранитель ордена плюхнулся задом о землю.

- Негоже так с учеником Бодхисатвы обращаться, - укоризненно сквозь шутку обратился Тихон к Гедеону, который моментально собрался в одно тело, то самое, к которому обратился барабанщик.

- Да-да, Тао, Варфоломей ученик Бодхисатвы, - продолжал Тихон. - Я хочу рассказать Вам один короткий стих, который передал через своего ученика ученик Бодхисатвы. Послушайте, пожалуйста:

Вчера на площади базарной видел я,

Как глину вязкую горшечник мял ногами.

С него усердья пот катился в три ручья.

И этот мертвый прах незримыми устами,

Казалось мне, шептал: «Я ближним был твоим!

Стыдись! Не будь так груб и так неумолим!»

- Понимаете, что Вам, друзья мои сердечные, пытались донести великие учителя? Понимаете, вижу по глазам. Вот и чудненько. Так какого же позвольте полюбопытствовать, вы тут творите?

Звери не расходились, словно понимая каждое слово оратора, некоторые даже кивали головами.

- Ну, хотел он тебя убить, - обратился Тихон к Гедеону, ну убил даже уже разочек. Так что теперь отдавать его на съеденье этим милым зубастикам? Кстати хорошо выглядишь, молодец. Природа есть природа. Омолаживает.

- Ты тоже, - ответил тот несколько сконфужено, - а что прикажешь с ним делать? В ягодицы расцеловать?

- Вариант, - подняв палец вверх поддержал барабанщик, - всё же получше идея, чем убивать почтенного жителя планеты.

- Откуда такое сердоболие, не ты ли мне оставил перед своим отходом этот шрам? – сидя на земле и указывая на лицо обратился к Тихону Варфоломей.

- Нет ни я.

- Да что ты? А кто же тогда?

- Твои недобрые намерения в отношении меня. Я никому не причиняю боли уже достаточно давно. А вот мои кураторы, они решают вопросы путём наименьших затрат, но я их об этом не просил. Так что, прими извинения от меня, если угодно, всё-таки силу против меня применил ты, по тебе же она и ударила. Так что тут я думаю без обид.

Варфоломей пожевал губу, посмотрел на Гедеона, совершенно без злобы, потом перевёл взгляд на Тао и сказал ему:

- Да, друг мой, действительно меня обучал Бодхисатва. Но на определённом этапе наши пути разошлись. Я принял ту позицию, что если ты что-то знаешь и умеешь, то это не должно лежать в тебе томным грузом под семью печатями. Я долго скитался по свету, подбирая крохи оставленные богачами. Когда я получил те знания что передал тебе..., - Варфоломей повернулся к Гедеону, - тебе, - потом повернулся к Тихону, - и тебе, то решил что пора бы навести в своей жизни порядок, потому что если этого не сделаю я, то этого не сделает никто. Никто из вас не нужен этой стране, этому государству. Вы жалкие создания, которые родились для того, чтобы всю жизнь корпеть под станками и машинами и в конце жизни получить по квоте могилку в дальнем углу кладбища среди берёз. Такую политику в отношении людей ведут власти, но не я. Я дал вам свободу, дал силу, дал знания. Дал возможность управлять этими жалкими кучками глупцов в галстуках, возомнивших из себя элиту человеческого общества. Я основал свой орден, нашёл единомышленников и в результате в качестве благодарности получил от тебя этот шрам.

Варфоломей глянул на Барабанщика.

- От тебя – мятеж.

Он перевёл взгляд на Гедеона.

- Чего вы от меня ждали? Что я буду бездействовать? Я не мог вас отпустить с теми знаниями, которыми наделил. Эти знания слишком опасны, чтобы они оставались без жёсткого контроля. До сих пор гарантом этого контроля выступал я.

- Ты истребил сотни детей, не подходящих для миссии ордена, - недобро перебил Гедеон.

- Истребил? Нет... Но освободил – да. Ты знаешь, что это за порошок, который я давал всем тем, кто попадал в наш острог по воле случая? Это очень приятная мягкая смерть, совершенный переход из третьего измерения в мир родного дома. Судьба прекрасно знала, что ждёт того, кого я не приму. Зачем ответьте мне, она присылала к нам тех, кто был досрочно передан Свету? Разберитесь сначала с тем, кто программирует судьбу, а потом предъявляйте. Что же касается мятежей. Да, я подавлял неконтролируемые вспышки внутри ордена, а кто, ответьте, поступал иначе? Что было бы, если бы я этого не делал?

Меня не устраивала та система, при которой живёт большинство людей, в ней я себя не видел. Мне оставалось лишь жить отшельничеством, так же как и большинство Учителей. Тихо мирно коротать свой век, не высовываться и оставлять письмена на камнях или тайным шифрованием среди людской молвы, надеясь, что где-то там через многие поколения эти ручейки знаний сойдутся в одну реку и воскреснет великое учение мастеров. Этот путь меня не устроил. Поэтому я создал свою систему, я собирал уникальных детей, Вас, которых выбросили на помойку, Вы никому не были нужны, даже своим родителям, а я принял вас и сделал своими учениками, своими детьми. Как же больно было осознать, что мои лучшие ученики меня предали.

- Я никого не предавал! – отозвался Гедеон. - Я точно так же как и ты в своё время пошёл своим собственным путём.

- И этот путь привёл тебя к тому, чтобы убить своего учителя. Очень мило, - ответил Варфоломей.

- Если бы я хотел тебя убить, то сделал бы это сразу, без прелюдий. Я надеялся поговорить на равных, ни как сэнсэй и блоха, а как два что-то знающих и чего-то стоящих человека. Я слабо надеялся на то, что ты станешь со мной говорить, понимал, что попытаешься убить и если бы я не освоил технику размножения, то ты бы уничтожил меня и во второй раз. Так что не надо тут строить из себя жертву обстоятельств, - ответил Гедеон.

- В чём же ты разглядел моё предательство, почтенный? – обратился к Варфоломею Тихон.

- Ты оставил своего учителя, показал пример другим, как можно и нужно поступать с теми, кто принял тебя и обучил, - с обидой ответил Настоятель, - столько злобы во мне ни взрастил ни один человек, сколько одарили меня ей вы. Мои надежды и опоры, мои самые достойные ученики из всех которые когда либо проходили через орден. Сначала я вас искал, а потом отпустил, как отпускают своих детей во взрослую жизнь, пусть даже предавших отца. И что в итоге? Вы говорите, что пошли своим путём? Своей дорогой? И где вы оказались? Городской и таёжный отшельник?

Вы живёте в нищете обитаете где-то на задворках, а обладаете такой силой. Таким знанием. Почему? Для чего Вам всё это, если получать от всего этого материальные блага вы сами себе запретили. Сдержанная позиция? Хорошо, но сколько можно было бы сотворить, имея вашу власть? Сколько мы могли бы сделать вместе...

Барабанщик внимательно выслушал Учителя и дал ответ:

- Можно лететь в самолёте первым классом, а можно в эконом классе. Не важно, с пафосом или нет, маршрут будет проделан один и тот же. Пункт назначения один. И ещё! Когда самолёт начинает падать, первый класс утрачивает свои привилегии. Все в один миг становятся равны перед ликом смерти. Так вот «Наш самолёт» уже накренился.

- А ты планировал пожить на Земле ещё лет эдак так пятьсот. Не так ли? – добавил Гедеон.

- Планировал, до сегодняшней нашей встречи, - ответил Настоятель.

- Нам не нужна твоя смерть, как и чья-либо другая. Нам бы спасти «самолёт». Верно? – Тихон глянул на Гедеона. Тот одобрительно кивнул в ответ.

- Мои высшие иерархи и единомышленники не тревожатся о положении Земли, значит она в безопасности, - был дан ответ учителя.

- Это не совсем так, - вновь сказал барабанщик. - Они не тревожатся о людях и низших звеньях своей системы, то есть о тебе, поэтому не предают огласке вопрос истинного положения дел планеты. Себе-то они уже присмотрели место нового пребывания, те что в теле, уже всё отстроили и оборудовали, а такие как ты... Если бы не Хранители... Словом, я не обещаю тебе ещё пятьсот лет жизни и это не угроза.

- Хорошо, пусть единомышленники играют в свои игры, но иерархи...

Гедеон перебил Варфоломея:

- Твои иерархи оставили тебя тогда, когда мои друзья, - мятежник посмотрел на уходящие стаи волков, - готовы были дать отпор.

- Только в отличии от компаньонов- предателей и иерархов пустивших в размен, мы с Гедеоном вернулись, - улыбаясь вымолвил барабанщик, - знать мы и в правду твои лучшие ученики...

Гедеон подошёл к Варфоломею и протянул ему руку.

- Исай! – крикнул Барабанщик, - верни Настоятеля и Тао к храму. Для активизации поля Меркаба моему учителю осталась последняя инициация, мы не вправе мешать его духовному развитию...

Исай появился из воздуха, улыбнулся и исчез вместе с Тао и Варфоломеем.

Гедеон признательно посмотрел на Тихона.

- Спасибо что не дал совершить расправу. Всю жизнь себя сдерживал от подобных явлений, мои руки чисты..., и вот сорвался.

- Ты всё сделал правильно, Гедеон. Я рад тебя встретить. Прошло столько лет. Есть о чём поговорить. Не так ли?

Гедеон улыбнулся и ответил вопросом:

- Ко мне на зелёный чай?

 

Конец второй части

Добра Вам и Света!!!

Николай Лакутин

Во второй части книги были приведены стихи творца: Омара Хайяма

Обложка книги разработана автором в дизайнерской программе и является интеллектуальной собственностью Николая Лакутина.

Официальный сайт автора http://lakutin-n.ru

 

 

 

 

Пятница, 06 Сентября 2019 06:29

Квест. Душа барабанщика 2

Если низменной похоти станешь рабом —

Будешь в старости пуст, как покинутый дом.

Оглянись на себя и подумай о том,

Кто ты есть, где ты есть и — куда же потом?

 

Пятница, 09 Августа 2019 10:08

Квест. Душа барабанщика

Вчера на площади базарной видел я,

Как глину вязкую горшечник мял ногами.

С него усердья пот катился в три ручья.

И этот мертвый прах незримыми устами,

Казалось мне, шептал: «Я ближним был твоим!

Стыдись! Не будь так груб и так неумолим!»

 

Пятница, 09 Августа 2019 10:03

Квест. Душа барабанщика

  Квест. Душа барабанщика

 

 

Вчера на площади базарной видел я,

 

Как глину вязкую горшечник мял ногами.

 

С него усердья пот катился в три ручья.

 

И этот мертвый прах незримыми устами,

 

Казалось мне, шептал: «Я ближним был твоим!

 

Стыдись! Не будь так груб и так неумолим!»

 

 

 

Все события, организации и персонажи являются авторским вымыслом. Любые совпадения имён, фамилий и должностей персонажей с реальными именами живых или умерших людей, а также происходившими с кем-либо в жизни событиями — абсолютно случайны и совершенно непреднамеренны.

 

Квест. Душа барабанщика

 

В зоопарке царил небывалый ажиотаж. Звери повыползали из вольеров с приходом тепла, люди соскучились за долгую зиму по прячущимся в норах представителям фауны. По рядам неспешно шёл высокий парень. Люди интуитивно расходились сами того не замечая освобождая перед ним дорогу, а звери увидев его разбегались по своим норам и будкам. Лев забился в угол, когда странный гражданин остановился у его вольера.

 

- Славная собачка, - довольно улыбнувшись, сказал он, и проследовал к выходу...

 

- Ну-ну... – отметил для себя другой не менее рослый человек в тёмных очках, наблюдая за происходящим, после чего сделал несколько записей в блокнот и затерялся в толпе...

 

Пленительные ритмы раздавались с главной площади города. Они полностью овладевали вниманием всех тех, кто слышал их даже издалека. Народ стремительно скапливался вокруг одинокого барабанщика слившегося в едином танце тела и пространства с ритмами, вылетающими из-под его палочек. Эти ритмы звучали настолько захватывающие и насыщенно, словно обладая какой-то дьявольской соблазнительной силой, с которой невозможно бороться, против которой невозможно устоять. Людей вокруг барабанщика становилось всё больше, авто останавливались у обочин, на балконах зданий расположенных в зоне слышимости толкались компании. Открытые рты, восхищённые взгляды и эти обгоняющие друг друга выбросы энергии, которые нещадно раздавал пространству молодой парень - виртуоз...

 

И вдруг в один миг всё вокруг стало тихо. Барабанщик резко оборвал композицию, не доиграв её до конца. Не сразу стали раздаваться раздосадованные возгласы, публика жаждала продолжения. Барабанщик сидел, не шевелясь, замерев в неловкой позе с палочками в руках. Постепенно он стал делать едва заметные глазу движения, словно выпутываясь изнутри из сковывающей паутины. Его движения были тягучими, в некотором роде желеобразные. Он, наконец, опустил руки, плавно разогнул спину и, с трудом повернув голову в нормальное положение, громко произнёс, закрыв глаза:

 

- Ещё раз так сделаешь, засуну тебе эти палочки, сам знаешь куда. И сделаю вот так!

 

Барабанщик выбил стремительную дробь, после чего обернулся.

 

- Здравствуй, Тихон. Извини, не думал, что ты ещё поддаёшься на эти трюки, - сказал человек в тёмных очках.

 

- Для того чтобы так играть, надо быть открытым, а когда я открыт - я уязвим. Поговорим не здесь, - ответил парень – виртуоз. Он кивнул стоящему рядом фургончику и, оставив инструмент, пошёл с ожидающим его человеком. Фургончик подъехал к расступающейся толпе, два человека начали стремительно убирать оборудование в машину. Толпа стала расходиться, припарковавшиеся автомобили продолжили свой путь.

 

- Зачем пришёл? – сидя в салоне роскошного автомобиля, спросил барабанщик.

 

Человек, сидящий за рулём, снял тёмные очки, положил их на панель приборов и выключил зажигание. Вокруг машины царила туманная пустота. Это место называлось бухтой. Здесь редко появлялись случайные люди, поскольку местность была достаточно отдалённым от города, и гласной только «для своих».

 

- Взял вот себе нового коня, - похлопав по рулю, сказал водитель.

 

Барабанщик молчал, ждал ответа, устремив свой взгляд в окно.

 

- Тихон, мне нужна твоя помощь.

 

- Тебе лично или ордену? – уточнил парень, не отрывая взгляда от окна.

 

- Задача поставлена орденом, но мой интерес в этом тоже есть.

 

Барабанщик хмыкнул многозначительно и вышел из машины. Водитель тоже покинул салон и направился за парнем.

 

- Ты же знаешь, Ваге, я не помогаю оккультным сообществам, ни одному из них, - спокойно проговорил парень, не оборачиваясь, зная, что водитель идёт за ним.

 

- Знаю, но я так же знаю, что из ордена нет выхода. Кто не с нами, тот против нас.

 

- Ты пришёл для того, чтобы напомнить мне об этом? Варфоломей решил, что я выполню его просьбу, испугавшись возмездия, как это у вас принято называть.

 

- Тихон... ты ведь не глупый человек. Я нашёл тебя, и они найдут. Может всё-таки не стоит ругаться с теми, кто дал тебе всё?

 

Барабанщик обернулся и пристально посмотрел в глаза оппоненту. Этот взгляд нёс в себе большую силу и не меньшую опасность.

 

- Я только передаю, - миротворчески подняв руки, пояснил Ваге.

 

- У вас появился достойный соперник, и вы решили столкнуть лбами тех, кто опасен для ордена. Узнаю методы Варфоломея. Что же..., ты передал, я услышал.

 

- Передашь что-нибудь в ответ? – спросил в спину уходящему барабанщику Ваге.

 

Барабанщик вновь обернулся.

 

- В ответ... Смотри, - указал он на авто, проведя по нему указательным пальцем сверху вниз, а потом сомкнул указательный палец с большим и разъединил их.

 

Машина распалась на две равные половины, словно распиленная невидимым лазером вдоль корпуса.

 

- Передай, что Тихон всё ещё в форме, не надо со мной играть. Я люблю мир, я строю мир... но воевать я умею лучше всех!

 

Барабанщик повернулся и ушёл.

 

- Нафиг спросил? - досадно произнёс Ваге, заглядывая внутрь распластанного корпуса машины...

 

Он достал из салона свои тёмные очки, одел их, улыбнулся и растворился в воздухе.

 

***

 

Гедеон вернулся из зоопарка на съёмную квартиру в прекрасном расположении духа. Пятнадцать лет обучения в уединении не прошли зря. Он наверняка разучился бы говорить, если бы не освоил технику знания, позволяющую разговаривать на любом языке мира без обучения его традиционными методами. Язык животных, птиц и растений стал для мужчины родным. Поход в зоопарк был своеобразной проверкой. Проходя мимо клеток, он слышал клики животных, распознавал их, переводил, некоторым тихо отвечал, не привлекая внимания общественности. Интуитивно внушал им кратковременное чувство опасности, так, чтобы этого не почувствовали люди. Все эксперименты увенчались удачей. Гедеон сделал вид, что не заметил на себе взгляд человека из ордена, на самом же деле он специально заявил о себе, чтобы внести определённые волнения в свиту Варфоломея, человека с которым его свела судьба без малого двадцать лет назад.

 

В те далёкие годы детей сирот со всей страны распределяли среди детских домов. Дети не знали, по чьей воле и негласному распоряжению среди всех заведений подобного типа проводилось входное тестирование. Преподаватели оценивали результаты по готовому шаблону, не вдаваясь в подробности, итоги передавали руководству. А те уже в свою очередь отбирали интересующих их личностей, из вновь прибывших, и перенаправляли их в спецблок. Заведение, именуемое спецблоком, имело формальный статус учреждения по воспитанию детей с ограниченными возможностями. На самом деле сюда свозились дети со всей страны отнюдь не ущербные. Тесты, проводимые в детских домах, позволяли выявить тот незначительный процент детей, которые обладали особым типом мышления. Они не были отстающими, это были особенные дети, врождённые способности и возможности которых значительно превосходили даже многих взрослых представителей рода человеческого. Орден Чёрной руки занимался тем, что отслеживал таких детей и с самых ранних лет брал их под контроль заданной идеологии. В этом оккультном сообществе детям давались знания не доступные для большинства людей. Древние манускрипты, сокрытые жрецами, предназначенные для передачи знаний каждому человеку, пришедшему в этот мир через глав кланов, вождей, отцов семейств, были выкрадены и вывезены из столиц древних центров культуры, передавая эти манускрипты строго среди своих последователей внутреннего круга посвящённых из поколения в поколение. Таким образом ни одно из государств современного мира так и не нашло записей, о которых говорилось ни в одном пророчестве. Жалкие крупицы тех зёрен знаний удавалось найти археологическим экспедициям, но целостной картины восприятия истинного положения дел ни у кого не было. Орден Чёрной руки был одним из последователей давно идущей расы, созданной жречеством, живущей среди людей подобно государству в государстве, влияние которых давно поменялось местами. Основателем данного ордена был выходец из внутреннего круга доверенных семей - Варфоломей. С каждым привезённым в орден ребёнком из детского дома этот человек встречался лично лишь один раз, в первый же день прибытия. Этому человеку было достаточно лишь взглянуть на ребёнка, чтобы увидеть его принадлежность к особому типу людей. Таким образом, совершался второй этап отбора детей, чтобы отсеять тех, кто выдал соответствующий результат в тестах по ошибке, случайности или невнимательности. Но тех, кого отбраковывал Варфоломей, обратно в детские дома никто не увозил. Этих детей попросту ликвидировали самым простым, относительно гуманным образом. Их уводили в отдельный блок, где голодным измученным дорогой детям был предоставлен обед. А через час после обеда дети засыпали и не просыпались уже никогда. Они не чувствовали боли и какого-либо дискомфорта, яд содержащийся в еде был создан по старинным технологиям, знания которые так же были сокрыты. Изначально он был создан для добровольного ухода человека из жизни, поскольку древняя культура основателей мира сего предусматривала право человека на физическую смерть. Это мог сделать кто угодно и когда угодно. Хоть ребёнок, хоть старик. И никто не препятствовал решению индивида, поскольку люди знали, что физическая жизнь на Земле – это лишь малая часть всего путешествия сущности человека. Этот яд быстро проникал в организм, не обладал никаким вкусом, сочетаясь с любой едой, и останавливал деятельность всех внутренних органов в короткий срок без каких- либо видимых и чувственных последствий. Через двадцать четыре часа после принятия данного яда, тело начинало светиться ярким белым светом. Концентрация света насыщалась до тех пор, пока тело полностью не скрывалось в этом свете, после чего свечение прекращалось, смыкаясь в точке и исчезая вместе с телом. Поэтому захоронений до хищения данного знания жрецами не было. С сокрытием данной технологии «возвращения домой», появился такой бизнес как погребальные процедуры. Он очень быстро набрал обороты и прочно закрепился за сильными мира сего. Эта динамика сохранилась до сегодняшнего дня во всём мире.

 

Варфоломей, пользуясь данным рецептом, легко решал вопрос устранения «бракованных» детей. Никто, увидевший лик хозяина ордена не мог уйти из сообщества просто так. Люди, вступившие в него, либо становились преданными служителями ордена и исполнителями воли Учителя - настоятеля, либо получали свою дозу заветного порошка.

 

Гедеон был привезён в орден из детского дома, так же как и Ваге, Тихон поступил на обучение двумя годами раньше, но он уже не был ребёнком, ему исполнилось семнадцать в день, когда он пересёк границу спецблока. Все они прошли второй этап проверки, и поступили в расположение оккультного сообщества, где активно развивали свои врожденные способности, получая дозированные исконные знания предков. Полными сведениями сокрытых жречеством манускриптов не располагал даже Варфоломей, он был далеко не в первых рядах приближённых к первому кругу, хранителей силы знания. Структура, порождённая много тысяч лет назад, разрослось по территории всей Земли, и контролировала все структуры и процессы. Варфоломей был одним из низших слоёв данной структуры, поэтому имел лишь ограниченный доступ к архиву, но и этих знаний хватало для того, чтобы противостоять в одиночку небольшой стране. Варфоломея боялись все подчинённые, но не из-за яда, который был всегда при нём. Он имел такую внутреннюю силу, что каждый выходец сообщества, обладая особой чувствительностью, понимал и очень хорошо осознавал, на что способен этот человек.

 

За всю историю ордена было всего несколько попыток расторгнуть отношения с ним со стороны приверженцев. Но все они закончились показательно трагически. Все, кроме одного, положившего надежду на спасение избранным в ордены детям. Таким человеком стал Тихон. Перед своим уходом он оставил настоятелю шрам на пол лица. Послушники поговаривали, что такой шрам рука человека оставить не способна, что отпечаток на лице Варфоломея – это наказ высших иерархов, которые курируют каждого, кто ступил на путь силы знания. А это в свою очередь говорило о том, что Тихон перерос Учителя. Впрочем, это были лишь разговоры.

 

- Как же тебе удалось выйти из клана? – рассуждал про себя Гедеон, вспоминая первопроходца в данном вопросе - Тихона.

 

Парень взял в съём ветхий домишко, на окраине города. Он мог вполне позволить себе снять и достойную квартиру и даже княжеский особняк, но предпочитал скромный образ жизни. Прибытие его в город было связано с тем, чтобы обладая новым знанием, силой и отточенным мастерством положить конец Ордену Чёрной Руки. И этот шаг был только началом в его очерченной миссии.

 

Гедеон лежал на полу посреди пола, сопоставлял факты прожитых событий в период пребывания в ордене, готовил план по ликвидации Настоятеля - Варфоломея и сожалел о том, что его встреча с Тихоном так и не состоялась.

 

От дум его отвлёк стук в дверь.

 

- Зоя? Дома? Открой! У меня поезд через два часа, мне тут передать тебе нужно...

 

Гедеон открыл дверь и увидел на пороге изумлённую девушку.

 

- Простите, - не сразу сказала она, - а вы кто?

 

- Вы, наверное, к Зое Петровне? – уточнил парень.

 

- Да, я Таня, её племянница, а вы...

 

- А я здесь снимаю, Гедеон.

 

Парень приветливо кивнул.

 

- А... Так значит, она всё же сдала своё жилище... А где же она теперь? Вы не знаете, как мне её найти?

 

- Хозяйка сказала что ей нужно на две недели куда-то уехать, обещала навестить по приезду, посмотреть как тут да что, а до того момента соседям велела приглядывать. Вон они ходят, шпионы, - парень с долей юмора кивнул в сторону двух вытаращенных в их сторону бабулек.

 

Девушка обернулась и хихикнула:

 

- Да, здесь как в деревне. На каждом шагу глаз да глаз. И новости разлетаются мгновенно.

 

- Вы что-то хотели передать?

 

- Мать гостинцы передала для сестры, я в город по делам приезжала, вот успела к тётке только сейчас заскочить. Только как же я теперь...

 

- Давайте ваши посылки, если не боитесь, я передам, - любезно предложил Гедеон.

 

- А чего бояться? – бойко ответила девушка, - тут варенье четыре банки. Всё поди не съедите, а хоть бы и так, не обратно же их везти! И так целый день с этими банками таскалась, уже плечо отваливается.

 

- Зайдите, отдышитесь часок, я чай поставлю, до вокзала здесь не далеко, успеете минут за тридцать – сорок, так что час у вас есть точно в запасе.

 

Парень открыл пошире дверь и сделал гостеприимный жест приглашающий войти.

 

Девушка отвесила реверанс, и ни страшась, ни грамма, юркнула в избу, с облегчением скинув сумку с плеча.

 

- Как ты сказал, тебя зовут? Гедеон?

 

- Мы уже на «ты»? Ничего, я не против. Всё верно, меня зовут именно так.

 

- Необычное имя. Редкое я бы сказала.

 

Девушка не скрывала своей симпатии, более того, она всячески показывала свой интерес к парню. Её мимика и жесты говорили о том, что она не прочь провести бы этот час не за распитием чая, а заняться чем-нибудь поинтереснее.

 

В ход пошли расстёгнутые верхние пуговички блузки, томный взгляд и вульгарная поза на диване.

 

- Я слышал, что девушки из сельской местности проще относятся к вопросу интимной связи, но не думал, что это всё происходит именно так! – спокойно ответил парень, занимаясь чайной церемонией.

 

- А что тут думать? Ты попробуй! Я девочка не очень скромная это правда, но думаю, что ты не пожалеешь. Тебе, судя по всему тоже спешить некуда. Мы же взрослые люди, к чему эти прелюдии и разговоры ни о чём вокруг да около? Я же вижу, что понравилась тебе, ты тоже очень хорош, так чего же мы теряем время? Может, уже начнём?

 

Девушка расстегнула ещё несколько пуговок на блузке, разрез пышной груди не прошёл мимо глаз парня.

 

- Здраво рассуждаешь, Виктория, - ответил парень, отведя взгляд и разлив по бокалам чай, который был вскипячен ещё до прихода девушки, словно специально.

 

Соблазнительница изменилась в лице.

 

- Ты, верно, не услышал, меня зовут Таней! – сурово выкрикнула она. – И впредь запомни, девушки очень болезненно относятся к тому, когда их называют чужими именами!

 

Парень обернулся, поднёс две чашки чая и поставил на столик возле девушки, брезгливо наблюдавшей за его безмолвием.

 

Гедеон сел напротив, улыбнулся и сказал:

 

- Ты очень хороша, это верно, и я не о фигуре.

 

- Не поняла?

 

- Держишься хорошо, говорю, с опытом, сразу видно. Только вот не понятно, чем ты прогневила клан, раз они тобой пожертвовали...

 

Глаза девчонки яростно сверкнули. Гедеон продолжал:

 

- Я знаю кто ты, Виктория. Именно Виктория. Это имя дала тебе мать при рождении, но ты этого не помнишь. С тех пор как объявились приёмные родители, тебя нарекли Татьяной, но это не твоё настоящее имя.

 

- Что ты несёшь? – Какое имя? Какая мать? У тебя что, не все дома? Мне, пожалуй, лучше уйти!

 

Девушка попыталась стремительно встать, но вдруг замерла в движении и в каком-то скованном состоянии опустилась обратно на диван.

 

- Я договорю, если позволишь, - продолжал парень, совершенно не подав никаких признаков действий. – Мне известно о том, что никакой племянницы у Зои Петровны нет. Мне так же известно, с какой целью ты прибыла в этот дом и кто тебя сюда направил. Кстати, варенье действительно вкусное в тех банках, что ты принесла, не печалься, что переплатила за него у местных продавщиц.

 

Девушка не могла пошевелиться и вымолвить слово, но она перевела взгляд на свою сумку с банками варенья, которые она действительно купила для повода войти в дом. Сумка с лжепосылкой была закрыта, то, как Гедеон говорил о вкусе содержимого того, что не попробовал её впечатлило. Всё остальное она до этого момента списывала на утечку информации и на ловкие психологические трюки.

 

- Я слышу твои мысли, милая Виктория. Поверь, ты не такая плохая девушка, какой себя хочешь видеть в деяниях того кто тебя сюда прислал. Ты пришла, чтобы очернить меня и мне приятно осознавать, насколько далеко ты была готова ради этого пойти, лояльно, скажем так, дорогой ценой, но всё же получив удовольствие.

 

Взгляд девушки изменился, в нём появилось какое-то скрытое уважение.

 

- Однако мне всё ещё интересно, почему они направили именно тебя. Либо тебя отправили на верную смерть, желая избавиться от ненужного звена в цепочке, либо ты просто приманка..., либо и то и другое.

 

Гедеон щёлкнул пальцем правой руки по столу, и невидимые оковы освободили девушку. Она размяла затекшие суставы. В этот же момент стёкла в доме зазвенели, штукатурка стала валиться со стен. Автоматная очередь шести стволов прошила дом насквозь вдоль и поперёк.

 

***

 

Тихон собирал вещи. Ребятам – помощникам он дал отмашку на отбытие. Следующий город, который он планировал посетить, находился в трёх тысячах километрах от данного места.

 

- Тихон, извини, мы тут с Андреем всё никак понять не можем, - обратился один из помощников.

 

- Говори смелей, не укушу. Вопрос касается маршрута, верно?

 

- Как ты узнал? А ну да. Да. По дороге до следующего места дислокации, по меньшей мере, шестнадцать населённых пунктов. Некоторые из них довольно крупные. Почему бы нам не отыграть в этих местностях? Ведь по пути? Там тоже живут люди! Я понимаю, эзотерический смысл того, что ты делаешь, но разве объём в данном случае не важен?

 

- Сядь, Лёш, - добро пригласил Тихон.

 

Парень сел весь во внимании.

 

- Ты руководствуешься логикой, а я знанием. Поэтому мои действия не всегда находят объяснения в твоей голове.

 

- Андрюхиной тоже, - добавил паренёк.

 

- Андрюхиной тоже, - улыбаясь, согласился Тихон. – Объём..., видишь ли, Алексей, мы ведь не бизнесом занимаемся, нам важно не количество оказанных услуг, а качество.

 

- К качеству, насколько мне известно, претензий никогда не было. Мы же видим, что происходит, когда ты играешь. Но всё же я не понимаю, как в данном случае количество может помешать?

 

- Я говорю о другом качестве... не об игре.

 

- Не понял, извини?

 

- В нашем деле очень большое значение имеет структура. Мы поднимаем частоты сознания людей и пространства в строго заданном направлении. Этот процесс не должен быть хаотичным.

 

Выражение лица парня выражало непонимание.

 

- Хорошо, поясню на банальном примере, - ответил на немой вопрос Тихон. – Представь, что ты варишь варенье. Вот ты собрал нужное количество ягоды, помыл её, высыпал в кастрюлю.

 

- Сахарком надо присыпать тогда в нужной пропорции! – включился в процесс Алексей.

 

- Всё верно! Вот, ты уже знаешь о том, что важна пропорция. Но помимо дозы, назовём это так, важно ещё и постоянное помешивание, пока варенье варится. Это делается для того...

 

- Чтобы сахар равномерно распределился и чтобы не пригорело!

 

- Отлично! Знаешь. В нашем случае ситуация похожа. Если мы высыплем весь сахар в одну только часть кастрюли, и не будем помешивать – варенье не получится. Закиснет и то, что осталось без сахара и выбросится то, что будет засахарено до абсурда. В варенье, как и в любом другом процессе творения важно определённое распределение частиц сахара между частицами ягоды. Этот порядок строгого соответствия атомов и частиц сохраняется повсюду на Земле. И не только на Земле.

 

- Интересно, расскажите?

 

- Да нет, Лёш, может в другой раз. Иди, собирайся, завтра выезжаем.

 

Парень поклонился и вышел. Но буквально через несколько секунд вернулся.

 

- Что-то забыл?

 

- Ещё... если позволите...

 

- Ну?

 

- На ваших выступлениях не поддерживается форма добровольной оплаты за прослушивание. Люди не бросают вам деньги. Из каких тогда средств вы платите нам? На что живёте сами?

 

Тихон хитро улыбнулся. Парень смутился.

 

- Пусть это будет мой маленький секрет. Кстати, что там с оплатой? Денег хватает?

 

- Да нет, с этим всё отлично. Хватает с лихвой. Не знаем, куда тратить накопленные средства.

 

- С этим, я думаю, вы разберётесь как-нибудь, - весело отметил Тихон.

 

- Разберёмся, тратить – не зарабатывать. Ладно, завтра так завтра. Будем собираться.

 

Парень вышел. Тихон достал из тубуса карту, развернул её и, найдя на ней место своего пребывания, обвёл город в кружок. Таких кружков на карте было уже достаточно много. Эти обведённые города формировали определённую сеть в строго пропорциональном соответствии.

 

Барабанщик свернул карту, положил её в тубус, достал пыльную сумку, заглянул в неё и вытряхнул содержимое. На стол выпало несколько купюр.

 

- Надо бы пополнить запасы.

 

Он взял одну из купюр, внимательно на неё посмотрел и положил в сумку. Затем проделал то же самое с остальными купюрами. Когда положил последнюю, сумка оказалась полной наличности. Деньги каким-то таинственным образом преумножились в сотни раз.

 

- Развлекаешься? – послышался приятный бархатный голос из угла комнаты.

 

Тихон улыбнулся, узнал визитёра и, не оборачиваясь, ответил:

 

- Давно не виделись, Исай...

 

***

 

Автоматчики в чёрных масках, с надписями на робе «ОМОН», осторожно стали подходить к дому, изрешечённому вдоль и поперёк. Соседи в ужасе разбежались по домам и попрятались в дальние комнаты. Подобных событий в этой окраине города прежде не видели никогда. Омоновцы обступили дом со всех сторон, два человека проникли внутрь через разбитые окна, ещё трое вломились в дверь. Внутри послышались крики и выстрелы, но спустя минуту всё стало тихо. В дверях показался боец отдела особого назначения, он крикнул:

 

- Пусто! Они ушли.

 

- Как ушли? Минуту назад они были здесь, я чётко слышал в передатчик! – ответил один из отряда, по-видимому главный.

 

- Передатчик здесь, а их нет, - отозвался ещё один боец, который показался в дверях. В руках у него была одежда девушки с вмонтированным в неё маячком.

 

Девушку колотило на нервной почве. Мелкая дрожь не покидала её обнажённого тела уже четверть часа. Гедеон купался в пруду, время от времени поглядывая на трясущуюся «подругу», с волос которой стекали капли воды.

 

- Да..., водичка сегодня прохладная, ты права. Но окунуться было необходимо, особенно тебе.

 

- Чччто ттты сддделлалл? – заикаясь и дрожа с трудом выговорила девушка.

 

- Виктория, милая, я хочу поздравить тебя с днём рождения, внеплановым, назовём это так. Прими в подарок своё настоящее имя. Документы сделай новые, это не проблема, а вот за вещи извини, не было времени вытаскивать передатчик. Но я могу предложить тебе свою рубаху, она довольно длинная, и что особенно приятно – без маячка.

 

Девушка бросила короткий опасливый взгляд в сторону Гедеона. Он улыбнулся и продолжил:

 

- Здесь в нескольких километрах село, там какую-нибудь одежду для тебя раздобудем, не переживай.

 

- Кккак ттты этто сдделлал?

 

- В твоём ордене освоение техники перемещения в пространстве не дают ученикам. Хотя сам Варфоломей и несколько его приближённых ей обладают в совершенстве. Вот возьми!

 

Парень вылез на берег и протянул девушке свою рубаху.

 

- Она тёплая, согреешься быстро. Сейчас бы чайку горяченького. Жаль не успел прихватить чашки и чайник, очень были бы кстати.

 

- Мммы чттто телллеппартироввались?

 

Девушка осмотрелась по сторонам, потрогала руками траву, свои руки, ноги. Потом быстро накинула рубаху, и немного успокоившись, тихо сказала:

 

- Так вот как это происходит...

 

- Не всегда именно так. Существует несколько техник по перемещению. В данном случае разумно было использовать именно эту.

 

Солнце начинало свой путь к закату. По бескрайним полям молча, шла девушка в рубахе, рядом с ней шёл Гедеон. Лицо его светилось истинной радостью, и видно было по нему невооружённым взглядом, что сердце этого человека пребывает в любви.

 

Несколько раз он осторожно переводил удивлённый взгляд на девушку, словно прочитав в её мыслях занятный вопрос, но потом быстро отворачивался и продолжал путь, как ни в чём не бывало.

 

Когда девушка в очередной раз своими внутренними рассуждениями и безмолвным бормотанием губ вызвала занятный взгляд у попутчика, Гедеон вдруг сказал:

 

- Да..., я тоже очень люблю стихи этой поэтессы.

 

Этими словами девушку обдало, словно кипятком по спине. Она встрепенулась, и устремила проницательный взгляд на попутчика.

 

- Хорошие стихи, правда? И обстановка располагает... гармония, – обратился Гедеон.

 

- Так ты ещё и мысли читаешь? Кто ты такой, черт тебя подери?

 

- Эти стихи, как и многие другие, написала прекрасная светлая женщина.

 

Виктория, выражая взглядом, настаивала на своём вопросе.

 

- Я представился, Гедеон, но это если узко смотреть на картину мира. А в масштабном понимании – твой брат. Отец у нас один, - недолго думая ответил парень.

 

- Бог? – съязвила девушка.

 

- Он самый.

 

- И ты веришь в эту чушь?

 

- В какую именно?

 

- Что Бог существует?

 

- Как же мне не верить в него, когда Он передо мной...

 

Девушка слегка опешила.

 

- Ты намекаешь, что я, что ли Бог?

 

- И ты тоже.

 

- А кто ещё? Ты?

 

- Не только.

 

- А, ну да, ещё все остальные люди...

 

- Они, безусловно, тоже, но это всё лишь малая часть Бога.

 

- Погоди, ты сказал, что у нас один отец – это Бог, а сейчас говоришь что я Бог и ты Бог. Несостыковка в твоей гипотезе, приятель.

 

- Никакой несостыковки нет. Одно другому не перечит, более того – дополняет. Вопрос лишь в том, что слова, какого бы то ни было языка – они очень тривиальны в вопросе передачи истины. Поэтому при передаче информации от источника до адресата через слово, нередко картина сильно искажается.

 

- Выкрутился. Так, хорошо, продолжим, значит, все мы – это только малая часть Бога? А кто остальные? Инопланетяне? Хочешь сказать, что они тоже есть? Ни одного не встречала.

 

- Это не правда, ты встречала в своей жизни очень много гостей из других созвездий и даже из соседних вселенных. Другой вопрос, что они не стремятся себя выдавать, поэтому предстают перед землянами в привычном их глазу образе.

 

- Их? Ты себя не причисляешь к земным людям?

 

- Скажем так, я «человек мира». Не принимай буквально, потому что это будет не совсем правильно. Если ты, говоря - Бог, подразумеваешь бородатого старика на одном из облаков – тогда конечно это вымысел и в данном случае можно говорить, что Бога нет. Но по факту, нет лишь иллюзии о боге, впрочем, что есть иллюзия... Это обширная тема, как-нибудь в другой раз может быть о ней и поговорим. Бог – это всё что нас окружает. Всё зримое и не зримое. Тот – кто создал всё это, кто является всем этим. Тот кто проявляет себя через всё то, что ты можешь почувствовать, вдохнуть, потрогать, увидеть, понять, осмыслить и сотворить, подобно Тому, частью Кого являешься.

 

Девушка задумчиво посмотрела на Гедеона, потом вдруг сказала:

 

- Значит, говоришь, моё настоящее имя – Виктория?

 

- Да.

 

- Откуда ты всё это знаешь?

 

- Я тоже когда-то состоял в ордене Чёрной руки, ты ведь знаешь, что туда принимают особенных ребят.

 

- Я узнала об ордене не так давно. К тем избранникам, о которых ты говоришь, я не отношусь. С Варфоломеем я познакомилась случайно. Некоторое время была его... девушкой.

 

- Крепкий старик, восхищаюсь его стремлением жить во всех проявлениях.

 

- Старик?

 

- Ну да.

 

Девушка нахмурилась.

 

- Тебе известно, сколько ему лет? – поинтересовался Гедеон.

 

- Спрашивала несколько раз, но он каждый раз увиливал от ответа. Думаю ему чуть за пятьдесят, но выглядит он на сорок два. Понимаю, что ты сейчас думаешь, мне-то ведь только тридцать четыре исполнилось неделю назад, но он мне действительно был интересен. Может быть, я его даже любила. Не понимаю, за что он так со мной обошёлся.

 

- Для того чтобы Варфоломею послать человека на верную смерть повод не требуется, но всё же, я думаю что ты просто в определённый момент стала слишком близка к нему и узнала больше, чем должна была знать.

 

- Об ордене я узнала несколько дней назад, не от него.

 

- Ну, вот и разгадка.

 

- Но он ничего не знает.

 

- Варфоломей – это очень не простой человек, Виктория. И, я тебя слегка разочарую, ему вовсе не чуть за пятьдесят, ему чуть за сто!

 

- Не верю!

 

- Точнее сто тридцать семь лет.

 

- Как такое может быть?

 

- Он обладает многими техниками эзотерического знания, одна из них позволяет замедлять процесс старения.

 

- Ты сам-то веришь в это? Хочешь сказать, что я спала с человеком, который на сто лет меня старше? Да такого в истории не было, и быть не может.

 

- Ошибаешься. История знает случаи пребывания в одном теле более тысячи лет. И эти люди выглядели примерно на возраст ухоженного шестидесятилетнего человека, сохраняя при этом все функции организма, в том числе - половую. Естественно, что двадцатилетние девочки и мальчики у этих представителей очень востребованы в качестве партнёров.

 

- Кошмар...

 

- Да нет, это так, лёгкое отступление. По настоящему кошмарные вещи эти люди делают совсем иначе.

 

- Делают? Значит, они есть и сейчас?

 

- Всегда были... И будут. Знание не утеряно, оно просто сокрыто. И это знание – огромная сила. Вопрос лишь в том, в чьих руках эта сила. Пока что не в тех, в чьих хотелось бы... к сожалению! – закончил Гедеон.

 

- Хотелось бы кому? – уточнила Виктория.

 

Гедеон не ответил. Какое-то время они шли молча. Но девушка все же проявила очередное любопытство:

 

- Ты так интересно рассказывал о Боге, правда чуточку мудрёно, но и просто одновременно. Не знаю, вроде русский язык великим и могучим считается, а всё равно не хватает всех слов, чтобы передать смысл в чистом виде. Я примерно поняла, что ты хотел сказать.

 

Гедеон улыбнулся.

 

- Кстати о языках, - подхватил он. – Три тысячи лет назад, как и до этого, люди на этой планете говорили на одном языке. Что примечательно, в нём не было ни одного негативного слова, поэтому такого понимания как зло, плохо, нехорошо, неправильно, опасно... и прочее - прочее, никакого проявления невежества – люди попросту не знали, естественно, что этого всего на планете и не было. Это очень почтенный по возрасту и очень продуманный язык. Он возник более двухсот тысяч лет назад. Тогда было всё намного проще и понятней. В первоначальном языке не было слов обозначающих будущее, потому что будущего, как и прошлого не существовало, к слову – нет и поныне. Всё происходит только сейчас. Поэтому не было никаких проблем, например, с материализацией. Ждать проявления чего-то в будущем не было необходимости, ведь будущего нет, всё происходит сейчас. И люди не забывали тогда проявлять благодарность за творение. Изрекли, материализовали, поблагодарили... Всё просто, всё честно, всё естественно прекрасно.

 

После этих слов Гедеон посмотрел на автомобильную трассу, которая показалась невдалеке, потом перевёл взгляд на попутчицу, оценил её скептический взгляд и как-то отстранённо, совершенно непривычно уху сказал:

 

- Красное вечернее платье, сорок второго размера, туфли вечерние на шпильке пятнадцать сантиметров, набор косметики коллекции Милан Рив Гош второе поколение.

 

Виктория посмотрела на своего попутчика, пытаясь понять, что он говорит и к чему. И увидела в него в руке прекрасное платье красного цвета, шикарные туфельки и очень притягательный чемоданчик.

 

Гедеон стоял с закрытыми глазами, он источал чувство благодарности такой силы, что не почувствовать этого было невозможно, как и описать словами это изобилие не познанных прежде ощущений.

 

Виктория неосознанно приоткрыла рот.

 

- Это тебе мой подарок, - протянул парень дары девушке. – Теперь идти до села в поисках вещей никакой необходимости нет. Надень это. На трассе тебя в таком виде не пропустит ни одна машина. Подвезёт до города первый же водитель, притом бесплатно. Будь уверенна.

 

- Кто ты? – слегка отойдя от шока, вымолвила девушка.

 

- Я твой брат, Виктория, человек.

 

- Зачем ты меня спас? Ведь ты знал мои намерения?

 

- Твой срок ещё не пришёл, я сделал то, что должен был сделать. За вещи свои прости. Пришлось ими пожертвовать.

 

- Странно всё это... мы в один миг оказались в какой-то глуши, но на тебе вещи сохранились, а на мне нет. Почему так?

 

- Я применил технику комбинированной телепортации.

 

- Это как?

 

- Это когда сам перемещаешься, и вместе с тем кого-то перетаскиваешь. Поэтому на мне вещи остались, а на тебе нет.

 

- Можно я примерю? – не вытерпела Виктория, глазки которой не могли отцепиться от нарядов в руке Гедеона.

 

- Конечно – это твоё.

 

Девушка приняла дары, не стесняясь, сняла рубаху, тут же отдала её хозяину и надела платье, потом туфельки. Наряд пришёлся впору.

 

- Шикарно выглядишь, - отметил Гедеон.

 

- Эх, зеркало бы ещё...

 

- Дома оценишь, материализация не должна быть праздной.

 

Виктория смущённо улыбнулась. Трасса была совсем рядом. Она понимала, что момент расставания практически настал. Провести так мало времени с чужим человеком, но получить от него так много... в том числе жизнь – не частое явление. Хотелось что-то дать в ответ. Осознавая поступок своего спасителя, девушка решила рассказать всю правду:

 

- Варфоломей попросил соблазнить тебя. Сказал, что для него это очень важно, что до сих пор это было никому не под силу, а я легко смогу. Не обязательно было спать с тобой, главное - обеспечить компромат. Я, правда, не знаю для чего. Всё записывалось через маячок и снималось на камеры из условленных точек, поэтому я сразу и расположилась на диване в зоне видимости. Согласилась на это, потому что люблю риск, интригу, состязание. Варфоломей на этом и сыграл. Прости...

 

До сих пор не могу поверить, что он – это столетний старик, обладающий эзотерическим знанием.

 

- Сто тридцать семь – это не такая большая цифра, но я понимаю, что тебе это не слишком приятно знать.

 

- Расскажи мне о тех, кто живёт в одном теле тысячу лет?

 

- Да ничего сильно интересного в этом нет. Ну, люди, живут чуть дольше, чем все остальные...

 

- Чуть дольше? Это не семьдесят лет, ни девяносто! Тысяча, извини меня...

 

- Бывает и больше, но это не суть. Важно не то, сколько ты живёшь, а то, как живёшь и во имя чего.

 

- Да уж...

 

- Люди, живущие столетия и тысячелетия в одном теле - это, как правило, представители глав семей, их совсем не много. Те, до кого не могут дотянуться простые смертные. Намного более правильно в этом ключе поступают те, кто практикует осознанные перевоплощения. Меняется тело, место обитания, родители, родственники, друзья... вся история человека... Все концы вводу, как говорится. Человек умирает, новый человек рождается. Его никто не знает, но он знает всех.

 

- Круто... Ты знаешь таких?

 

- Знаю... – задумчиво ответил Гедеон...

 

Они подошли к трассе.

 

- Здесь и расстанемся, - спокойно и очень уважительно прозвучал голос парня.

 

- Мы больше не встретимся?

 

- Пути Господние неисповедимы, так что..., кто знает...

 

- Ты знаешь! Теперь я в этом даже не сомневаюсь.

 

Гедеон лишь улыбнулся и кивнул по направлению трассы, откуда приближался автомобиль. Девушка посмотрела в указанную сторону, кивком согласилась с печалью неизбежного расставания в глазах, но когда повернулась обратно, то обнаружила, что стоит на трассе одна. Вокруг никого не было в зоне видимости простирающейся на многие километры, вдали лишь мчался ярко жёлтый автомобиль, который по мере приближения к фигуристому силуэту девушки в ярком красном платье стал постепенно сбавлять ход.

 

***

 

- Что сейчас творится в туманности Киля, такие процессы выдаёт «Голубой Карлик», светит как никогда.

 

- Да, - согласился с Исаем Тихон, разливая по второй чашки чая, - я часто вижу его на южном небосклоне. Светит действительно запредельно.

 

Исай внимательно посмотрел на собеседника восхищённым взглядом, сделал глоток, потом сказал, откинувшись на диване.

 

- Не перестаю восхищаться твоим выбором, Тихон. И место ты подобрал очень удачное. Нигде так явно не проявляется в настоящий момент развилка жизни и чести, как на Земле.

 

- Да, с выбором места я не прогадал.

 

- Я несколько раз наблюдал за тем, как ты делал выбор. Легко рассуждать вне системы, и очень занятно смотреть, но только вне системы. Когда ты внутри неё, «жизнь» очень часто перевешивает на чаше весов всё то, что мы есть на самом деле. Я очень хорошо осознал это будучи в человеческой форме. Это наблюдается не только на Земле.

 

- Я помню это ещё с Фаэтона.

 

- Прекрасная была планета. Но она в этой же солнечной системе находилась, а я говорю о других, о тех, что в других галактиках. Там где три – четыре солнца дают жизнь своим планетам, там, где солнца вообще нет.

 

- Слышал о таких местах, может, ещё навещу.

 

- При твоём сегодняшнем уровне сознания, ты можешь сделать это прямо сейчас.

 

- Могу, но не сделаю.

 

- Я знал, что ты так ответишь. Возьму ещё одну баранку?

 

- Да хоть две!

 

Исай угостился. Какое-то время молчали.

 

- Удары судьбы... как точно тебе удалось переложить их в музыку. Люди тебя слышат..., - вновь дружелюбно произнёс Исай.

 

- Барабанщики – это особенные творцы. Очень не многие из людей знают, что на самом деле стоит за каждым ударом палочками мастера.

 

- Ты прав, из людей это единицы. По крайней мере, так было раньше, до тебя.

 

- Я несу в этот мир не только определённые вибрации, но и чувства.

 

- Тебя слышно далеко пределами Земли, уж поверь мне.

 

- Верю.

 

- Или знаю?

 

- Одно другому не мешает.

 

- Пожалуй... Твои ритмы будоражат не только людей, я часто слышу обсуждения среди «своих» на твой счёт.

 

- Ну, я надеюсь, это положительные обсуждения? Хотя бы в большинстве своём?

 

- А что для тебя положительное?

 

- Я порой забываю, с кем общаюсь..., ты прав. То, что мои ритмы заслуживают внимания «братьев» - это уже великое дело.

 

- То, что ты делаешь – это само по себе великое дело, а то, как ты это делаешь – достойно восхищения. Признаюсь, я один из твоих поклонников.

 

- Разве наблюдатель не должен соблюдать нейтралитет?

 

- Я ведь сейчас в теле человека, спишем мою симпатию на издержки производства.

 

- Тебе можно списать многое.

 

Исай улыбнулся. Тихон улыбнулся в ответ, потом тоже откинулся на спинку дивана и спросил:

 

- Ты ведь пришёл не только для того, чтобы петь мне дифирамбы?

 

- Разумеется. Ты делаешь свою работу, я делаю свою.

 

- Что же наблюдатель усмотрел такого в моих действиях, требующего корректировки?

 

- Я бы не называл это так принципиально...

 

- И тем не менее?

 

- Я бы не рекомендовал тебе именно сейчас покидать город.

 

- Мой проект в чём-то несовершенен?

 

- Схема очень точно выверена, к ней никаких вопросов нет, дело в другом.

 

- Варфоломей?

 

- Да.

 

- Он уже давно обосновался на этом месте, стоит ли из-за него вносить коррективы?

 

- На этот раз да.

 

- Он что активизировался?

 

Исай развёл руками.

 

- Да неужели?

 

Исай затейливо кивнул.

 

Ну, наконец-то. Сигнал получен. Спасибо тебе Исай. Всегда рад видеть. Хорошо, значит, сыграем в развилку ещё разок.

 

- А может и не разок, - поправил Исай.

 

- А может и не разок... – согласился Тихон с явным блеском в глазах, огонёк которых Исай для себя отметил новшеством.

 

Ещё бы, ведь такое свечение в глазах он у Землян прежде не видел, а цивилизации, для которых подобный огонёк является нормой, находятся в десятках тысяч световых лет от Земли...

 

***

 

- Здравствуйте, Учитель, - с этими словами к Варфоломею вошёл один из его приближённых, Тао.

 

- Как всё прошло?

 

- Сначала всё шло по плану, девочка довольно просто проникла в дом и принялась за дело. Выбрала удачное место расположения, камеры всё фиксировали. Но в определённый момент что-то произошло. Когда стало очевидно, что Гедеон разгадал наш пазл, я дал отмашку автоматчикам.

 

Варфоломей внимательно слушал, пристально глядя в глаза Тао.

 

- Бойцы ОМОНА знают своё дело, именно поэтому я подключил к этому вопросу полковника. Они изрешетили дом, не оставляя шансов на спасение.

 

- Я знаю, что Гедеон всё ещё жив, чувствую, и он где-то рядом. Хватит уже ходить вокруг да около, почему задание не выполнено? – сурово, но сдержанно произнёс Настоятель.

 

Тао положил на стол кейс, который до этого момента держал в руках, открыл его и достал из него вещи девушки.

 

- Это всё что осталось от Татьяны. Гедеона как будто и вовсе не было. Вот записи с маячка и видеосъёмка.

 

- К чёрту это баловство, ты же знаешь, что так называемый компромат, это был всего лишь предлог, чтобы заставить девчонку действовать и отвлечь на себя мишень.

 

- Всё так, - согласился Тао, - но выяснилась любопытная вещь. На видео записи нет, ни одного кадра, в который бы попал Гедеон. А запись с маячка при прослушивании показала только голос девчонки, хотя мы отчётливо слышали и его голос на момент записи и понимали всё, что там происходило до обстрела.

 

- Хорошо, оставь материал здесь, сам можешь идти.

 

- Будут ли новые указания, Учитель?

 

- А смысл тебе их давать, если они не выполняются...

 

Тао виновато опустил голову.

 

- Иди пока, позже позову. Стой!

 

Помощник остановился в дверях.

 

- Ваге где пропадает? Он ведь встречался с Тихоном?

 

- Встречался. Теперь решает последствия встречи.

 

Настоятель усмехнулся:

 

- Что, навалял ему наш первенец?

 

- Машину ему на две части расплавил. Совсем новый был авто. Ну вот, поехал выбирать новый.

 

- Ясно. Набери ему, пусть заглянет завтра, есть разговор.

 

- Хорошо, Учитель.

 

Приближённый вышел, а Варфоломей подошёл к кейсу и, взяв кофточку девицы, поднёс её к носу. Он долго что-то нюхал, потом положил вещь обратно и произнёс:

 

- Значит, он тебя перетащил... Выходит что и девчонка жива, и теперь она всё обо мне знает... Обидно...

 

Настоятель включил запись с прослушивающего устройства. Никаких помех в момент реплик Гедеона не было, стало быть, заглушающие устройства не применялись.

 

- Ты многому научился, парень... Очень многому, - досадливо прошептал Варфоломей, - но и я не дремал.

 

Он сделал пару шагов от кейса с вещами и записями, щёлкнул пальцами и в миг всё, что принёс Тао, рассыпалось по столу кучкой праха.

 

***

 

После того как Тихон передал свой привет Варфоломею, Ваге посетил несколько автосалонов, присмотрел новый авто и пока менеджеры готовили документы для сделки, он решил вспомнить молодость.

 

- Сколько времени понадобится, чтобы оформить документы? – спросил он у девушки с бейджиком.

 

- Минут двадцать. Мы всё сделаем, а вы пока можете попить кофе в буфете на втором этаже. Как всё будет готово, я к вам подойду.

 

- Спасибо, я тогда минут на тридцать отлучусь, не теряйте. Оплатить сейчас можно?

 

- Нет-нет, после того как будут подписаны все формальности.

 

- Хорошо.

 

Ваге вышел из автосалона и направился прямиком на автобусную остановку. В дорогом костюме, часах за несколько тысяч долларов, ароматом шикарного парфюма из ограниченной серии известного в узких кругах бренда, он сразу привлек внимание попутчиков, ожидающих транспорт. Завистливые и непонимающие взгляды окружили Ваге, но это его ничуть не смутило.

 

На повороте показался небольшой коммерческий автобус.

 

- Семьдесят шестой, - про себя отметил он номер маршрута знаковым, поскольку именно в 1976 году попал под влияние Варфоломея, получил знания, необходимый опыт и далее – возможности.

 

Свободного места в автобусе было не слишком много, но Ваге в него протиснулся и даже пролез в середину.

 

- За проезд передаём, кто входили! - усталым прокуренным голосом дала о себе знать кондукторша.

 

Автобус тронулся. Вновь вошедшие пассажиры с трудом добрались до своих карманов, чтобы отсчитать за проезд.

 

- Ещё входили! – противным настойчивым голосом произнесла кондуктор, упершись насмешливым злорадствующим взглядом в глаза Ваге.

 

- А можно две остановки проехать бесплатно? Я деньги не взял, – ответил на взгляд кондуктора Ваге, неловко держась за поручень, совершенно забыв о том, как ездить в общественном транспорте.

 

- Нет нельзя! Забыл деньги – иди пешком, - смакуя выгоду положения отчеканила дама, и, обратившись к водителю, попросила, - Дим, останови, высадить надо одного.

 

Водитель прижался у обочины и открыл дверь.

 

- Ну, быстрей, не задерживаем! – грубила кондукторша.

 

Ваге не пошевелился и даже не глянул в её сторону.

 

- Мужчина, к вам обращаюсь! Пропустите «зайца» в костюме! – не унималась дама.

 

Пассажиры заулыбались. Губы Ваге тоже растянулись в улыбке, но улыбка эта была не доброй.

 

- Что прямо выходить? Даже и остановку не провезёте? – хитро спросил он.

 

- Нет, не провезём. Правила писаны для всех. Быстрее, не задерживайте, - ответила дама, приподнявшись, встав со своего продавленного сидения.

 

Народ расступился, Ваге проследовал к выходу, но остановившись напротив кондуктора, как-то особенно пристально глянул ей в глаза.

 

Лицо женщины переменилось, оно утратило боевой настрой. Кондукторша села обратно на своё место, собрала все разменные деньги из лотка, скинула поясную сумку с наличностью и безмолвно отдала всё это Ваге. Он принял щедрый дар как должное, и вышел из автобуса. Водитель краем глаза наблюдавший за ситуацией не оценил сей благотворительный жест.

 

- Э..., - закричал он, - и, оставив водительское место, кинулся догонять Ваге, который пошёл в обратную сторону маршрута по направлению к остановке, где сел в транспорт. На удивление пассажиров он не слишком спешил, как поступил бы любой на его месте. Водитель нагнал Ваге через несколько секунд, схватил его за плечо, но когда тот повернулся и встретился с ним взглядом, то водитель повёл себя не менее странно чем, кондукторша. Вместо того чтобы забрать деньги, он достал из кармана ещё свои личные и тоже их отдал незнакомцу, после чего извинился за инцидент, пожелал счастливого пути, вернувшись на своё место, продолжил маршрут.

 

Пассажиры, молча, переглянулись, не понимая, что вообще произошло, но комментировать ситуацию никто не стал.

 

- Ещё могу! - довольно потянувшись, сказал в голос Ваге, распихав деньги по карманам, после чего вернулся в автосалон и покинул его на новом блестящем седане.

 

***

 

Андрей и Лёша подготовили фургон в дорогу. Обновили запас продуктов, обслужили на станции автомобиль. Тихон дал отмашку на утро, это означало, что в пять утра нужно было оставить город.

 

- Ну как идут дела? – поинтересовался Тихон у ребят, зайдя в гараж съёмных апартаментов.

 

- Всё готово, можем двигать хоть сейчас.

 

- Молодцы, парни. Держите премию за оперативность.

 

Тихон достал из кармана две толстые пачки купюр и отдал их молодым людям.

 

Андрей затейливо переглянулся с напарником.

 

- Что-то не так? – добро и приветливо спросил барабанщик.

 

- Да нет, всё супер, - ответил Алексей, - с деньгами полный порядок, только вот тратить негде. Все же время в дороге, в пути.

 

- Добро, парни. Отменяем поездку. Город, в котором мы сейчас находимся довольно крупный, здесь есть практически все благости цивилизации. Развлекайтесь.

 

- Вы серьёзно?

 

- Абсолютно.

 

- Из-за нас Вы готовы отложить поездку?

 

- Почему нет, я прекрасно понимаю Ваши желания, ребята. Снимите или купите жильё поближе к центру, познакомьтесь с классными девчонками и начинайте жить полной жизнью.

 

- Мы что, уволены? – с тревогой на лице вопросил Андрей.

 

- Парни, всё в порядке. К Вам никаких претензий нет. Пространство расчистило мне плацдарм деятельности в этом городе на достаточно длительный период. Поэтому планы изменились. Машину можете забрать себе, оборудование и инструменты тоже. Сегодня мы с Вами видимся в последний раз.

 

Ребята переглянулись.

 

- Тихон, точно всё в порядке? – тревожно уточнил Алексей, - если какие-то проблемы, то мы всегда готовы помочь и прийти на выручку в любую минуту.

 

- Я это знаю. Спасибо Вам ребята, Вы служили верой и правдой и за это получали щедрое вознаграждение. Но сейчас настало время расстаться. Звуков барабана из-под палочек в моих руках мир больше не услышит.

 

Помощники опустили глаза, они слабо представляли, кем на самом деле являлся их работодатель, просто прикипели к нему всем сердцем и этот момент расставания стал для них одним из самых тяжёлый моментов в жизни.

 

Тихон почувствовал нахлынувшую на парней горечь и даже частички злобы на себя по поводу того, что не могут помочь ему в том деле, до которого их не допустили из явных побуждений безопасности и заботы. Он корректно пояснил:

 

Не зли других и сам не злись.
Мы гости в этом бренном мире,
А что не так, то ты смирись.
Холодной думай головой.
Ведь в мире всё закономерно:
Зло, излученное тобой,
К тебе вернется непременно!

 

Парни закивали головами.

 

- Уже поздно, ложитесь спать, а утром возьмите всё, что сочтёте нужным и в добрый путь вертлявых судеб. Я всё оставил, мне пора.

 

- Как? Уже сейчас? Даже по бокальчику не разопьём? – огорчился Алексей.

 

Барабанщик подошёл к ребятам, обнял их так, как может обнимать очень чувствующий и любящий человек, после этого отступил назад, кивнул и вышел.

 

***

 

 

 

Варфоломей в раздумьях прохаживался из стороны в сторону по большому залу в своих апартаментах. Он подошёл к зеркалу в полный рост, внимательно посмотрел на себя, и спросил у отражения:

 

- Мы ведь победим, верно? Всегда побеждали и сейчас победим.

 

После этих слов Варфоломей отошёл от зеркала и присел в рядом стоящее кресло, но отражение в зеркале осталось, оно ответило:

 

- Побеждали, но наши соперники не были так сильны. Гедеон пришёл за тобой, и он не отступится.

 

- Он пришёл за нами! Или ты себя отделяешь от меня и всего нашего братства?

 

Отражение не подало ни малейшего вида смятения.

 

- Гедеона обучался по моей программе, я знаю лазейки в этих лабиринтах силы, что он так блестяще освоил, - величественно произнёс Варфоломей из кресла.

 

Образ из зеркала ответствовал:

 

- Он давно уже практикуется вне этих стен, и сегодняшняя его сила составляет тебе серьёзную конкуренцию.

 

- Тем лучше, давно у меня не было серьёзного противника. Мне есть, чем его утихомирить.

 

- Мне нравится бодрый настрой... узнаю в тебе воина, - отвечало из зеркала отражение, - что же, тогда держи ещё для азарта бонус. Тихон никуда не уехал.

 

- Что? После встречи с Ваге, он должен был как можно быстрее оставить этот город, дабы не натворить дел и не светиться лишний раз. Он что поступился своей миссией?

 

- Его миссия была скорректирована. Теперь и его цель – ты. Готовься к бою, да готовься серьёзно... воин.

 

Отражение в зеркале растворилось.

 

На лбу Варфоломея выступил пот. Он стёр его салфеткой, после чего провёл рукой по шраму на щеке и тихо сквозь зубы прошептал:

 

- Барабанщик...

 

Конец первой части

 

Добра Вам и Света!!!

 

Николай Лакутин

 

В первой части книги были приведены стихи Омара Хайяма

 

 

 

Обложка книги разработана автором в дизайнерской программе и является интеллектуальной собственностью Николая Лакутина.

 

Официальный сайт автора http://lakutin-n.ru

 

Среда, 19 Июня 2019 05:41

Повод

Повод обложка  

 

 

Введение

 

Так мало, нужно сделать для того, чтобы стать счастливым человеком... Мы не позволяем себе быть счастливыми просто так, это кажется подозрительно просто и порой, даже воспринимается как абсурд. Мы ищем для счастья повод, хотя бы даже для того чтобы лишь прикоснуться к нему. И пусть оно витает повсюду, само идёт к нам в руки и всячески стремиться проникнуть в нас... Мы не подпускаем его близко априори..., без повода мы способны лишь переживать! 

 

Повод

 

- Здравствуйте, здравствуйте, рады вас видеть, - с позитивным настроем выдавал заказ менеджер местной мастерской Вениамину, парню, простоватой внешности двадцати восьми лет.

 

- Мы немного задержали по срокам, гравировщик болел, прошу прощения, но зато сделали всё в лучшем виде. Принимайте работу,

 

- Ладно, что же теперь, бывает, главное, что успели к сегодняшнему дню, это был последний срок. Проверять не нужно?

 

- Обижаете, у нас строжайший контроль качества, но если не доверяете – то конечно, я могу распаковать, всё посмотрите сами.

 

Коробочка, выданная парню, была аккуратно упакована, распаковать её было целое дело.

 

- Хорошо, проверю дома, если что – принесу.

 

- Нет проблем, конечно! – добродушно улыбаясь, ответил менеджер.

 

Вениамин оплатил вторую часть суммы и вышел из мастерской.

 

- Ох и зануда, - проводил его взглядом сотрудник компании, - слышишь Петь?

 

Из цеха выглянул рослый парень в фартуке, пробасив, косясь в окно:

 

- Это он тебе названивал неделю?

 

- Он самый. Заказал на две копейки, а спрашивает, как будто мы ему делали заказ века. Есть же люди дотошные.

 

- Забей, братуха.

 

- Да, в сфере услуг без таких вот экземпляров никуда. Ладно, давай начинать уже ангелочков, заявка на их гравировку две недели назад поступил, обнаружил его сегодня случайно.

 

Развернув дома свой заказ, результатом Вениамин остался доволен. Два эксклюзивных хрустальных бокала с выгравированными именами «Вениамин» и «Дарья» красовались из серых свёртков бумаги.

 

- Да..., она оценит мои старания, обязательно оценит, - прошептал счастливый парень.

 

Он осмотрел бокалы со всех сторон и бережно с любовью стал заворачивать их  в почтовую посылку, трепетно предвкушая момент получения этого подарка его девушкой.

 

Бумажный макинтош, оберегающий хрусталь, был заботливо обёрнут в пузырьковую подложку, далее в красивую яркую подарочную обёртку и лишь потом уже в грубую почтовую картонную коробочку. Вениамин наклеил соответствующие этикетки, заполнил информационную табличку с получателем и отправителем, после чего  прижал посылку к сердцу, мечтательно смыкая веки. К концу рабочего дня, в прекрасном расположении духа, парень отправился с посылкой в ближайшее почтовое отделение.

 

Работница почтового отдела, Зоя Михайловна, дородная женщина способная преподать целый курс по хамству и унижению рядового обывателя в любой жизненной ситуации, смиренно сидела перед компьютером, старательно добивая очередную раскладку пасьянса.

 

Вениамин зашёл в почтовое отделение, радостно для себя отметил удачный момент, не обнаружив ни одного посетителя, и на вершине благородства, самоотречения и нескрываемого счастья продефилировал к стойке.

 

- Здравствуйте, - миротворчески начал он, -  я хотел бы отправить вот эту посылку.

 

Зоя Михайловна не отреагировала на возглас парня ни одной мимической ноткой. Грузная женщина самозабвенно занималась своим делом, будто в отделении кроме неё никого нет.

 

Парень выждал некоторое время и, не дождавшись реакции, вежливо повторил обращение:

 

- Здравствуйте, я хотел бы отправить посылочку, можно?

 

Работница почтового отделения тяжко вздохнула, после чего стала усиленно щёлкать мышкой, пристально глядя в монитор компьютера. Посетителя она не замечала в упор.

 

Парень не нашёл ничего лучше, чем прокашляться, стараясь таким образом привлечь внимание и вместе с тем не показаться грубым.

 

- Чё раскашлялся тут? – неожиданно прокричала Зоя Михайловна, продемонстрировав не наигранную вспышку ярости, - болеешь – сиди дома, нечего шляться по общественным местам. Припёрся тут, понимаешь, кашляет. Заразить нас всех тут решил что ли? Никакого уважения к людям.

 

- Всех? - Заикаясь от волнения, промямлил Вениамин.

 

Парень осмотрелся по сторонам, не понимая, кого имеет ввиду работница почты кроме себя.

 

- Люди ходят, что непонятного? – продолжила свои нападки дама, не снижая тон, - Кто с соплями, кто с кашлем. Вас много - я одна. Каждый так по разу кашлянёт, и нет меня! Кто посылки твои будет передавать?

 

- Да нет, я вовсе не болен, - мило улыбаясь, осторожно произнёс Вениамин.

 

- Не болен? Чё кашляешь тогда? Подавился что ли? Повернись, хлопну по спине! – на давая опомниться, приказала грузная дама, вставая со своего места.

 

Парень попытался объясниться, отнекиваясь, волнуясь и заикаясь.

 

- Повернулся, сказала! – раздался однозначный приказ, не терпящий никаких пререканий. - Наклонись! Чуть ниже! Вот так!

 

Молодой человек не посмел перечить, и послушно выполнил требования женщины находящейся в совершенно иной весовой категории.

 

Труженица отделения хлобыстнула  парня по спине ладонью два раза так, что тот потерял сознание и упал лицом прямо на стойку. Посылка вылетела из его рук и проскакала по полу.

 

Зоя Михайловна ничуть не смутилась. Она взяла крепкой рукой парня за шиворот и основательно встряхнув, произнесла:

 

- Э-э... Боец? Ты там как? Помер что ли? Поздновато так-то, мне уже домой пора. Обычно в нашем отделении мрут ближе к четырём - пяти чесам. Да и то, старушки в основном. ЭЭ... вояка?

 

Послушав дыхание, точнее его отсутствие, женщина изобразила на лице неизбежность.

 

- Похоже, откинулся малец. Пришёл, накашлял тут всякой заразы, да ещё и помер под конец рабочего дня. Никакого уважения к людям.

 

Зоя Михайловна невозмутимо прошла к стационарному телефону, набрала какой-то номер и спокойно спросила:

 

- Алё? Семёныч...? Я.

 

Посмеявшись горловым смехом над шуткой коллеги, женщина продолжила:

 

- Да тут ещё сижу, ну. Ну чего, заводи свой катафалк, жмур у меня. Опять. Ага.

 

Вениамин подал первые признаки жизни, зашевелился и потихоньку начал вставать.

 

- Семёныч? Погодь заводить, - прокричала в трубку работниц почтового отделения, - зашевелился жмур. А? Да, нормально всё, говорю! Ложная тревога.

 

Положив трубку, женщина любезно помогла парню встать.

 

- Ооо... поколение-то нынче пошло, - досадливо протянула она, - дунешь, оно и падает.

 

- Так это вы так дунули? – прохрипел трясущимся голосом Вениамин, приходя в себя. - Ничего себе, у меня было чувство, что меня трамваем переехало.

 

- Это я ещё не дунула, только вдохнула. Но дуну! Если будешь тут болтать, что попало. Чё хотел?

 

- Я? - растерявшись, уже и забыв, зачем пришёл, - промолвил парень.

 

- Ну а кто тут припёрся, мешает мне пасьянс косынку собирать? И так карта нифига не идёт, так ещё и прутся со  своими посылками. Посылка у тебя была там какая-то. Давай сюда.

 

- Посылка? А...

 

- Два! – передразнивая, крикнула дама. Это возымело нужный эффект, и парень быстро стал приходить в себя, воспоминания вернулись.

 

- Да, да, посылка. Вот, я тут... в общем. Отправить, - протараторил он.

 

Вениамин поднял посылку с пола, осмотрел её и передал работнице почтового отделения, которая взвесила коробочку, проверила данные и вдруг уставилась на парня удивлёнными глазами как на дурака.

 

- Что-то не так? – видя странную реакцию, спросил парень.

 

- Да ты в своём уме, приятель? – вспылила Зоя Михайловна.

 

- Я не понимаю..., - искренне пытался понять, Вениамин, что к чему.

 

- Я и вижу, что какой-то ты неадекваша...

 

- Да в чём дело-то?

 

- Адрес отправления и адрес отправителя правильно указан? – сдерживая себя, спросила труженица отделения, вручив посылку обратно.

 

Вениамин всё перепроверил и одобрительно заявил:

 

- Да, всё верно!

 

Он попытался вновь дать посылку женщине, но та отмахнулась:

 

- Да не надо мне её, нашёл дурочку.

 

- Что такое? В чём дело? – зашумел теперь уже Вениамин.

 

- В чём дело, спрашиваешь? Я скажу, в чём дело! Это соседние дома. Ты сюда дольше топал, чтобы принести эту посылку, чем прошёл бы расстояние между адресом отправителя и адресом получателя. Забери! Прямо сейчас на обратном пути сам и занеси её по адресу. Мне как будто больше заняться нечем. У нас тут серьёзная организация, мы шутки шутить не любим! Соседний дом, он посылку принёс. Что за баловство?

 

Вениамин тяжело вздохнул, обречённо посмотрел на свою посылку,  и попытался объяснить суть вопроса:

 

- Понимаете, я не могу лично вручить это адресату. Верней не то чтобы не могу..., - задумчиво поправил он сам себя, старательно подбирая слова. – Могу физически, но не могу психологически.

 

- Чё так? – заинтересовалась дама.

 

- Дело в том, что это подарок моей девушке.

 

- У тебя есть девушка? – искренне удивилась Зоя Михайловна, - Да ладно?

 

- Ну..., она, по крайней мере, ни разу мне не дала...

 

- Это как раз понятно! – насмешливо перебила женщина.

 

- ... понять обратного, - договорил Вениамин..

 

- А, ты об этом. Так что тут понимать? Отношения либо есть, либо их нет.

 

- Не всё так просто. Мы дружим с ней уже три года.

 

- Дружим? – вновь с насмешкой перебила работница отделения. - Извини, ты сказал, дружим?

 

- Ну, да, а что тут такого?

 

- Я это слово последний раз в песочнице слышала лет сорок назад.

 

Зоя Михайловна залилась горловым дурацким смехом, косясь на парня, что-то там себе соображая.

 

- Обычно, когда между парнем и девушкой есть отношения,  - продолжила она, - то говорят, что они встречаются!

 

- Встречаемся?

 

Вениамин смутился.

 

- Нет, я не могу сказать, что мы встречаемся..., мы дружим.

 

-  Погоди-погоди, я вот тут подумала... А эта девушка знает, что она твоя девушка? – подозрительно слукавила пытливая дама.

 

Парень не на шутку задумался, но всё же ответил, хоть и не сразу:

 

- Я думаю – да.

 

-  Понятно. Вы дружите. Я бы даже сказала,  что дружишь только ты. Ну и что там с этой девушкой?

 

- Я попросил бы!

 

- Че хотел? Бланк? Открытку? – не поняла Зоя Михайловна.

 

- Я..., я попросил бы не делать скоропалительных выводов на наш счёт, у вас, что есть диплом в области женской психологии?

 

- Приятель, - сочувственно произнесла грузная женщина, -  у меня башка женская на плечах стоит, так не видно?

 

И она указала своим толстым указательным пальцем куда-то в область шеи.

 

- Это ничего не меняет, вы ничего не знаете о нас, поэтому я не вижу смысла здесь с вами что-то обсуждать.

 

- Так! – прокатился по отделению почты очередной командный глас. Вениамин  от неожиданности подкосился в коленках и скрючился в три погибели.

 

- Осмелел что ли? – набирая обороты, продолжила нападки бюджетница. - Я что здесь, по-твоему, должна слушать только бабкины сплетни да их ворчание по поводу недополученных зажатых мне чаевых?

 

Парень в ответ, молча лупал глазами.

 

- Сейчас быстренько взял и рассказал тёте всё в подробностях, где встретились, когда, за какие заслуги эта девица с тобой нянчится! Ну?

 

Парень, опасаясь сделать неверный жест и что-то сказать не так,  сделал робкую попытку убежать из этого почтового отделения, чтобы как можно быстрее избавиться от местного тирана, но далеко убежать не удалось.

 

- Стоять! – раздался пугающий вопль.

 

Вениамин машинально вытянулся по стойке смирно. Зоя Михайловна довольно улыбнулась. Она вышла из рабочей зоны и подошла к парню, который стоял ни жив, ни мёртв, от обслуживания столь непредсказуемой работницы, совершенно не зная чего ожидать ещё от этой сумбурной бабы. Но вопреки ожиданиям, она похлопала парня по плечу мягко, по-дружески.

 

- Да ладно, расслабься. Всё нормально. Чего всполошился, в самом деле. Давай сюда свою посылку, отошлём, как полагается.

 

- Правда? – опасливо спросил Вениамин.

 

- Нет, блин, шучу! – ответила работница, взявшись за посылку двумя руками. Но парень не спешил её отдавать. Он вцепился в неё, как в самое ценное в жизни, поскольку ни доверия, ни расположения к работнице почтового отделения совершенно не возникало.

 

Перетягивание посылки длилось не долго, буквально до первого хруста, донёсшегося откуда-то из глубины коробочки.

 

Борцы замерли в исступлении.

 

Зоя Михайловна ослабила хватку, сомнительно посмотрела на посылку и вопросительно  указала своим толстым пальцем на смятую коробочку в руках парня.

 

-  Ненавижу! – раздался отчаянный вопль Вениамина.

 

Парень поспешил оставить злосчастное отделение, прихватив с собой скомканную коробчонку.

 

Работница виновато пожала плечами, сама не зная зачем, и вернулась на своё рабочее место, чтобы закончить последние штрихи уходящего дня.

 

На пороге отделения вновь показался Вениамин. Он выглядел весьма подавленным.

 

- Ну и что мне теперь делать? – тихо и печально произнёс он, обращаясь к пустоте.

 

Зоя Михайловна сочувственно посмотрела на парня, частично осознавая свою вину. Ей захотелось реабилитироваться.

 

- Для начала давай поймём, что здесь нафиг происходит, - относительно спокойно ответила дама. - А от этого уже будем плясать. Расскажи всё по порядку, что в коробке... было, и чего ты этим своим посланием, хотел достичь?

 

Вениамин потёр лоб, посмотрел на работницу почтового отделения, которая как-то вдруг уже стала казаться не такой уж и чужой, и начал свой рассказ, параллельно

 

распаковывая многострадальную разбитую посылку:

 

- Три года назад в очереди к стоматологу я встретил очаровательную девушку. Она заняла за мной очередь в регистратуру, спросила, кто последний, я ответил что я, она встала за мной. Я когда только услышал её голос, сразу влюбился в неё. Она стояла за мной всё это время, от неё так хорошо веяло лёгким запахом духов. Она была так прекрасна и свежа. Я совершенно забыл о том, что у меня болит зуб. Стоял и наслаждался её присутствием... Потом мы сидели рядом у кабинета, она что-то писала. Она даже разок мне улыбнулась. А когда я вышел из кабинета, её не было, видимо пригласили к другому врачу. Я спрятался за углом клиники и стал караулить её. Минут через пятнадцать она вышла и направилась домой. Я проследил за ней и узнал её адрес.

 

- Парень, да ты маньяк какой-то, - возразила женщина. - Почему было просто не подойти и не поговорить с ней?

 

- Подойти? Вы что смеётесь? Как? Как я с ней заговорю, о чём?

 

- Так, ладно, спорить не будем. Ну и что дальше?

 

- Ну и всё!

 

- В смысле всё?

 

- В прямом смысле всё. Больше я с ней не встречался так чтобы лично. Вижу иногда её на улице издалека, но редко. Если идём навстречу друг другу, то меняю траекторию и обхожу стороной. Вот, шлю ей подарки каждый год. С учётом времени по доставке, эта посылка должна была как раз прийти к ней в дату нашего знакомства, тогда у стоматолога.

 

Работница почтового отделения выразила крайнее удивление. Двойственные чувства превалировали у неё в отношении адекватности оппонента. Эти чувства как раз и отразились на лице дамы.

 

Вениамин в это время закончил распаковку своей посылки и достал оттуда два битых фужера.

 

- Вот, - продемонстрировал он остатки сувенира, -  сделал их на заказ, кучу денег отдал. Выгравировал  на них наши имена.

 

Зоя Михайловна посмотрела на осколки и попыталась зачитать надпись вслух по слогам:

 

- Так, чё тут... «Ве-ни-а-мин», а на том? Дар...

 

- Вот ещё кусочек стекла, здесь продолжение, подсуетился парень.

 

- Дарья! Её значит, Даша зовут.

 

- Не Даша! – возмутился Вениамин, -  а Дарья!

 

- Ух ты Боже ж...

 

- Между прочим!

 

- А откуда ты узнал, Казанова, что ту девушку Дашей...

 

Дама осеклась, глядя на реакцию, и тут же исправилась:

 

- Простите... Дарьей зовут. Ты же с ней, как я поняла, ни разу не общался.

 

- Как же не общался? Я же рассказывал!

 

- А, ну да, в очереди ответил «я».

 

- Вот!

 

- Что вот?

 

- Какой-никакой диалог.

 

Работница почтового отделения, удивляясь такой смехотворной глупости, покачала головой.

 

- Откуда ты знаешь её имя, спрашиваю?

 

- Да как откуда? Она же за мной в очереди стояла, назвала свою фамилию, имя, чтобы её карточку нашли. Она и адрес называла, только я не запомнил, отвлёкся, поэтому пришлось за ней следить.

 

- Ну ты...

 

- Молодец, да? - восхищаясь собой, произнёс Вениамин.

 

- Да уж..., - стараясь не обидеть парня, протянула грузная женщина. - Значит она твоя девушка?

 

- Ага!

 

- А ты её парень?

 

- Ну, типа того.

 

- Как тебя там...

 

Зоя Михайловна кинула взгляд на фужеры, чтобы освежить имя извращённого посетителя.

 

- Ве-ни-а-мин..., - по слогам прочитала она не употребляемое прежде в лексиконе слово.

 

- Да, это я.

 

- Да поняла уже! Я так понимаю, Вен...ми..., - попытки выговорить имя не увенчались удачей.

 

- Ве-ни-а -мин! – помог выговорить парень, так, что имя прозвучало хором на два голоса.

 

- ... что до этого у тебя девушки не было?

 

- Да, она моя первая любовь! Самая чистая, самая светлая.

 

- Ага. Соответственно, после неё тоже, не было.

 

- Чего?

 

- Да ни чего, а кого! Девушки!

 

-Я порядочный человек, - возмутился джентльмен, - вы что такое говорите. У меня уже есть девушка, я ни с кем и никогда, пока у меня есть кто-то!

 

- А эта «кто-то», знает, что она у тебя есть? – нервно вспылила работница.

 

- Конечно, знает! – так же нервно ответил возлюбленный. -  Я же ей уже два года отправляю подарки ко дню нашего знакомства! Ясно – понятно, она знает обо мне.

 

- Дебил ты, а не Вемн..., - вновь запуталась в имени Зоя Михайловна.

 

- Ве-ни-а -мин! – опять прокатилось по отделению многоголосье на распев.

 

- Да, - достаточно сдержанно произнёс парень, - когда человек влюблён, он часто слывёт в глазах обывателя дураком, это нормально.

 

Женщина скептически качнула головой. Взгляд её остановился на посылке парня, точнее на указанном адресе отправителя. Зоя Михайловна что-то усердно припоминала. Заметив странный взгляд работницы, устремлённый на посылку, Вениамин спросил:

 

- Что?

 

- Погоди-ка...

 

- Да чего?

 

- Да что-то адрес больно знакомый ты указал.

 

- Я два раза отправлял свои посылки с вашего отделения по этому адресу. В том году и позапрошлом. Вот и запомнили наверно.

 

- Ты что смеёшься? Через нас столько адресов проходит каждый день. Нет, дело не в этом, - серьёзно резюмировала труженица.

 

Парень в ожидании смотрел на тётку, но думал при этом о своём, как незаметно склеить разбитые элементы или срочно придумывать что-то более оригинальное...

 

- Жди здесь, я сейчас, - вдруг оборвал размышления парня звонкий сильный голос.

 

Работница почтового отделения скрылась за углом. Вениамин не очень понимал, чего ему следует ждать, что придумал пытливый женский ум, но выбор у него был не велик.

 

Зоя Михайловна вернулась относительно быстро, в руках она держала две похожие коробочки, что и та, которую принёс на отправку парень.

 

- Твои? – с сожалением спросила она, протянув коробки Вениамину.

 

Парень с ужасом уставился на пыльные посылки.

 

- Мои... Что они делают здесь у вас?

 

- Мы тут как раз инвентаризацию делали на прошлой неделе. Среди затерянных посылок нашли вот эти две.

 

Вениамин вдруг увидел, что его посылки вскрыты. Он не смог сдержать своего негодования:

 

- Так почему они здесь у вас? Почему их не отправили и почему, чёрт возьми, они открыты?

 

Зоя Михайловна держалась возмутительно спокойно:

 

- Почему не отправили – не знаю. Говорю же, нашли их среди затерявшихся посылок. Когда нашли, посмотрели даты. Ну а коль, уже прошло много времени, и никто не спохватился, значит, они уже ничьи. Значит они уже наши. Бонус почтовой службе! А ты думал, мы тут за зарплату работаем? Не смеши меня. На зарплату, которую нам платят можно прожить максимум неделю, да и то, очень скромно. А всё остальное – это бонусы. Чаевые с пенсий, где в посылке затерявшейся деньги наёдешь. Смешные такие, ещё прячут в коробки с конфетами. Где какую безделушку вытащишь. Всё что нам не пригождается - распродаём через доску объявлений. Бывают ведь и крупные посылки и достаточно дорогие. Так что в целом ничего, жить можно. В твоей коробке ничего ценного мы не нашли. Какая-то фигня из дерева была, как сейчас помню, в одной коробке, а в другой... а в другой не помню.

 

- И где всё это? – сквозь зубы вымолвил парень, готовый броситься на работницу почтового отделения в следующую секунду.

 

- Весь хлам мы выбрасываем!

 

- Хлам? Да я над этой деревянной фигуркой почти месяц сидел! Пытался вырезать её силуэт, силуэт Дарьи по памяти. А во второй коробочке было два камушка с побережья Сочи. Это не простые камешки, они были с дырочками, я их долго искал, нашёл. Камень с  природной дырочкой – это большая редкость. Если такой найдёшь, нужно одеть его на шею, на какую-нибудь верёвочку, и носить. И будет счастье.

 

- А, да, точно, камни, выкидывали мы какие-то камешки. Ну и зачем ты ей тогда два камня послал? Один бы себе надел, был бы счастлив, а так видишь, как оно всё через пень - колоду получается у тебя.

 

Ярость Вениамина спала. Теперь уже было всё равно, всё в раз померкло и стало серым в этом мире. Он отшатнулся от стойки информации, обернулся к окну и опустив голову, через некоторое время ответил:

 

- Я надеялся, что мы наденем эти камни вместе. Ждал, что наступит день, когда я смогу к ней подойти вот так просто на улице и спросить, понравились ли ей мои подарки. Мои подарки – это были не просто подарки, это был повод подойти и заговорить с ней.

 

Тихая печаль всколыхнула своей вуалью поток тяжёлого застоявшегося воздуха в коридорчике почтового отделения. Лёгкая, едва заметная волна эмоций ранила сердце бывалой даме.

 

Зоя Михайловна опустила глаза и даже немного отвернулась, чтобы не показывать свою слабость, о которой прежде она и сама не ведала.

 

- Значит, она... не получила от меня ни одной посылки. И все эти годы я жил с пустой иллюзией, что у меня кто-то есть... Ложился спать каждый день и видел её..., представлял, как она смотрит перед сном на мою фигурку из дерева, как хвастается перед подругами камнями с дырочками, у них таких наверняка нет. Она даже не знает, что я существую, и может даже ... а скорей всего так оно и есть, не обратила на меня никакого внимания тогда в очереди в регистратуру. Какой же я дурак...

 

Парень присел на стоящий у двери стул и обхватил голову руками. Зоя Михайловна быстро пришла в былую форму и провозгласила:

 

- Это хорошо, что к тебе наконец-то стало приходить здравое понимание ситуации. И знаешь, что я тебе скажу, мой дорогой? То, что твои посылки не дошли до этой девушки – это вообще никак не повлияло на исход вашей, точнее твоей дружбы. Кто же так за девушками ухаживает? Понравилась она тебе, так в чём проблема, скажи ей об этом! Не важно  - как! Не можешь сказать лично – напиши письмо, тем более, что ты знаешь её адрес. И через почту это делать совершенно не обязательно, если хочешь быть уверен, что  твой посыл дошёл. Слыхал пословицу, «хочешь сделать хорошо – сделай сам»? Так сделай сам! Почтовый ящик принимает письма ото всех, не только конверты с официальным штампом. Так чего ты три года мозги крутил? Напиши ей письмо, прямо сегодня, прямо сейчас, а на обратном пути закинешь его в её почтовый ящик. Вот уже тогда можно будет чего-то ждать, но и то не долго!

 

- А чего ждать? И сколько времени? Вдруг она мне откажет? – пребывая в прострации, ответил парень, приподняв голову.

 

- Наверняка откажет, я бы отказала, по крайней мере, если бы не сразу получив письмо, то при личной встрече точно! Но это хотя бы внесло бы какую-то ясность. А так ты мечешься, ни себе ни людям. Это неправильно!

 

- А почему это вы бы мне отказали? Что со мной не так?

 

- Ты прикалываешься что ли, парнишка? Ты мне скажи лучше, что в тебе так? У тебя всё не так, начиная с имени. Что это за имя такое вообще, Винмни... – в очередной раз попыталась выговорить это имя работница отделения.

 

- Ве-ни-а -мин! – традиционно хором с парнем поддалось огласке имя.

 

- Это же не имя, а издевательство над людьми!

 

- До вас никто не жаловался!

 

- Это потому что до меня ты видимо ни с кем не общался толком... Венмни...

 

- Ве-ни-а -мин! – вновь дуэтом исполнили оппоненты.

 

- Да запомните уже, наконец. Так хорошо, имя! Что ещё?

 

- Ещё? Да всё! Твоя неуверенность, твои поступки, твоя манера речи... Ты что книжек начитался конца 17-го века?

 

- Было дело! Что в этом плохого?

 

- Это здорово, что читаешь, но ты живёшь-то в двадцать первом веке, так и  говори на том языке, на котором тебя способны понять!

 

- Я бы попросил..., - передразнивая Вениамина, пролепетала дама.

 

- Я бы попросил! – возмутился хозяин реплики.

 

- Вот-вот, и я о том же! Кто так нынче говорит? Не «я бы попросил», сказал бы, а «рот закрой»!

 

- Рот закрой! – яростно выкрикнул Вениамин. Чувствовалось в этой интонации что наболело.

 

Зоя Михайловна отпрянула назад от неожиданности. Подобной выходки от парня она не ожидала. Притихнув, она растерянно посмотрела на молодого человека.

 

- Извините, - робко вымолвил Вениамин.

 

- Нет так, пожалуй, не стоит, придумаем что-нибудь другое, а так хорошо... В целом... Молодец. Значит так, вот тебе лист бумаги, вот ручка.

 

Женщина достала из тумбочки чистый лист бумаги, взяла ручку, конверт и подала всё это не сложившемуся  ухажёру.

 

- Конверт тебе так и быть подарю, - добавила она, -  из личных запасов. Пиши!

 

- А что писать?

 

- Сам ты ничего, вижу, путного не напишешь, пиши под диктовку! Как её зовут эту девчонку? Даша, кажется?

 

- Дарья!

 

- Пиши. Дарья, запятую поставь. Некоторое время назад я был пленён вашей красотой и льющимся мелодичным голосом. Потерял дар речи и всяческую способность здраво мыслить, поэтому не рискнул подойти. Вы простите меня, что вот так вторгаюсь в ваше пространство своим письмом, просто вы мне очень сильно понравились. Вопрос чувств очень тонкий, поэтому мне намного проще было выяснить ваш домашний адрес и обратиться именно через письмо, нежели подойти на улице выдумав какой-нибудь несуразный предлог для знакомства. Дарья, если вы мне не ответите, я всё пойму, разумеется, допускаю, что такая шикарная девушка вряд ли свободна, но если вы мне ответите на это письмо, я буду безгранично счастлив хотя бы уже тем, что увижу в своём почтовом ящике призрачную надежду. С уважением, трепетом и самыми светлыми чувствами.

 

Парень, то и дело, поглядывал на работницу почтового отделения, с немым вопросом, пока записывал под диктовку строки.

 

- Написал что ль?

 

- Да... написать-то написал, только вот...

 

- Чего? Мандражируешь? – ехидно сыграла интонацией работница.

 

- Это тоже, но в данном случае я о другом. Вы же сами сказали, что я общаюсь как-то... ну, несовременно, что ли. А тут в письме вы надиктовали мне такие слова... например: пленён, льющийся мелодичный голос, безгранично счастлив, призрачная надежда...

 

- Ты не путай письмо к девушке с повседневным общением. Её надо зацепить, понял? А для этого письмо должно быть нестандартным, интригующим и с изюминкой под нужным соусом осторожной, но грамотной лести!

 

- Вообще ничего не понял. Хорошо. Но надо хоть как-то о себе немного, наверное, рассказать в письме, раз...

 

- Не надо! – перебила его Зоя Михайловна. - Ты хочешь, чтобы она тебе ответила на письмо?

 

- Конечно, хочу!

 

- Тогда будь для неё немного загадкой, не раскрывай все карты сразу. Любопытство – прекрасное качество женщин, кстати, наша слабая сторона. Так пользуйся, дурачок.

 

- А..., спасибо.

 

- Ей станет интересно, кто, что, она спросит ответом, вот так потихоньку и завяжется ваша переписка, потом если не облажаешься, дело дойдёт до реальной встречи. Всё просто и не затянуто. Если всё сделаешь правильно, максимум месяц и она твоя, даже если у неё сейчас кто-нибудь и есть.

 

- Звучит заманчиво, но как я смогу всё сделать правильно? Она ответит, заинтересуется, мне потом ещё ответственней надо будет относиться к письму, чтобы не спугнуть.  Это же каждая строка, как по минному полю...

 

- Ну, как - как..., - появились игривые нотки в голосе женщины. - Можешь приходить сюда, я тебе буду диктовать, так мы её и завоюем!

 

Парень с заинтересованностью посмотрел на работницу отделения.

 

Она какое-то время серьёзно смотрела в ответ, а потом залилась раскатистым смехом.

 

- Да шучу я! Мне конечно интересно, чем всё это у вас закончится, но ты мужик или кто? Давай уже там дальше сам. И не спеши вперёд батьки, как говорится. Ты ещё и письмо-то не отослал, а туда же, уже напланировал. Еще не факт что тебе придёт ответ. И вообще, духу-то хоть хватит, положить письмо в ящик этой девушке?

 

Вениамин пожал плечами.

 

- Эх, молодежь. Что за мужик нынче пошёл. Ладно, сослужу тебе службу. Вижу, что серьёзно ты залип к этой девице. Заполни адрес отправителя и получателя и давай письмо сюда. Лично занесу, прогуляюсь после работы, всё-таки как-никак, а наша вина есть в том, что твои эти... сувениры до адресата не дошли. Хотя толку от них было бы с гулькин нос.

 

Парень заполнил данные.

 

- Заполнил что ль? Ну-ка дай?

 

Вениамин протянул конверт с письмом. Работница проверила всё беглым профессиональным взглядом и резюмировала:

 

- Нормально. Всё! Будь уверен, сегодня же она письмо получит. Иди с богом, Казанова. Я думаю, что какой-нибудь ответ тебе придёт в любом случае, хотя бы даже из уважения. Внимание всем приятно, а нам, дамам, особенно, тем более от каких-никаких... ну, какие уж есть... мужчин.

 

Вениамин в смятении и волнении покинул почтовое отделение. Зоя Михайловна собралась уже было уходить, как вдруг парень опять влетел в коридор с требованием вернуть письмо обратно:

 

-  Отдайте мне письмо!

 

- Это ещё зачем?

 

- Отдайте! Мне надо там..., кое-что дописать!

 

Зоя Михайловна недоверчиво посмотрела на парня, быстро взяла со стола конверт и протянула его парню. Тот моментально разорвал его на мелкие кусочки. Множество клочков бумаги устелили пол. Но Зоя Михайловна на удивление спокойно отреагировала на всё это, лишь спросив:

 

- Что? Полегчало?

 

- Да, немного. Не могу я так, не могу.

 

- Да ладно, забей. Не можешь и не надо. Иди.

 

Парень обречённо вздохнул, виновато посмотрел на обрывки письма, махнул рукой и вышел из отделения.

 

Убедившись в том, что парень всё-таки ушёл, женщина достала из кармана другой конверт, глянула на него мельком и положила обратно со словами:

 

- Иди-иди. Так я и отдала тебе письмо. Или я не знаю мужчин? Хоть бы смотрел, что разрывал. Всё-таки затерянные письма пригождаются, всё в этом мире не зря.

 

- Я напишу иначе,  подумаю, как и что. Отнесёте тогда? – послышался до боли знакомый голос за спиной.

 

Вениамин опять нарисовался в коридоре.

 

Женщина обернулась, улыбнулась и достала из кармана письмо, демонстративно повертев им.

 

- Не надо ничего писать, всё уже написано. Иди отсюда и жди вестей.

 

- А вы та ещё пройдоха...

 

- Не первый год, как говорится, замужем. По-другому с вами нельзя.

 

Вениамин ушёл в смешанных чувства, а работница почтового отделения взяла в подсобке веник, совок, и направилась в коридор, убирать разлетевшиеся повсюду кусочки чьего-то недошедшего письма.

 

***

 

Дарья сидела дома одна, приглушённое освещение светильника выглядывало из-за её спины. Девушка писала письмо, трепетно представляя себе момент прочтения его получателем, пропуская каждую строчку через себя ни по одному разу. Она писала что-то очень важное, очень чувственное, обдумывая каждый речевой оборот. И вот письмо готово. Дарья прочитала его, задумалась, скомкала лист и выбросила его в урну, в котором уже было несколько скомканных пробных вариантов.

 

Новый чистый листок занял место на столе. Снова на лице девушки появился романтический настрой, все нежные светлые мечты и мысли отразились в глазах, мимике, произвольных жестах её тела.

 

Зазвонивший домашний телефон отвлёк от далёких мыслей. Реальность сомкнула двери перед восторженными мечтами. Нехотя девушка взяла трубку. Нежный голос её вопросил:

 

- Алло?

 

- Дарёнка, здравствуй. Не отвлекаю тебя?

 

- Ой, Люсь, привет. Нет, не занята..., не сильно.

 

- Чем занимается моя очаровательная подруга? – с каким-то скрытым подтекстом спросила Люся.

 

- С парнем переписываюсь со своим.

 

- С тем самым...? Далёким, но любимым?

 

- С тем самым, да. Связи там по-прежнему никакой нет, только через почту и общаемся.

 

- Не разделяю я твой выбор, Дашунь... Ты здесь, он где-то там...

 

- Ну, вот выбрала себе такого.

 

- Подруга, ты ведь ещё молодая, красивая, полная сил. Ну чего ты ведёшь себя так, как шестидесятилетняя бабка? Объясни мне, пожалуйста, какой смысл ждать у моря погоды, когда и в нашей заводи полно достойных вариантов?

 

- Люсь, не начинай а! У меня всё нормально, меня эти отношения устраивают.

 

- Знаю-знаю. Ну ладно, любишь – люби. Но может, сходишь со мной сегодня на одну встречу? Мой Костярик придёт с другом, отличный парень, кстати, что приятно, он сейчас свободен. Не плохой вариант! Ну не понравится – не понравится. Чем ты рискуешь? Что скажешь? Послушаешь совета подруги?

 

- Я послушала уже однажды тебя. Что забыла, каким на деле оказался твой прошлый неплохой вариант? Я, конечно, всё понимаю, время нынче такое, свобода слова, мышления и прочее, но говорить мерзости на первом свидании и руки распускать. Да пусть я буду десять тысяч раз несовременная, но чем водиться с такими - уж лучше быть одной. Тем более, что я не одна.

 

- Да, у Вадика в тот раз реально крышу сорвало, я честно прежде никогда раньше его таким не видела, за это извини ещё раз. Но ты знаешь, с другой стороны, я не знаю, как бы я себя вела, окажись я на его месте. Когда я парень, а передо мной сидит красотка, каких мало. Может, тут и нет ничего удивительного, что он чуток съехал с катушек. И вообще, со съехавшей крышей, лучше видно звёзды, ты не забывай об этом. Мой тебе жизненный совет. Так что ты ещё подумай десять раз, кто именно тебе нужен!

 

- Люсь!

 

- Подруга, я ведь тебе только добра желаю, я хочу, чтобы мы гуляли парами, я с Костей, ты со своим парнем, чтобы мы в кино вместе ходили, в кафе встречались, за покупками вместе ездили. Когда мы последний раз с тобой встречались? Как юность прошла, так и всё... а я не хочу, чтобы ты оставалась для меня где-то в прошлом, ты всегда была для меня лучшей подругой и будешь ей. Но ты же понимаешь, что время идёт, и что нам девушкам ждать чего-то, смысла нет никакого, нам надо действовать! Действовать дерзко и решительно, брать от жизни всё, иначе это всё достанется кому-то другому! Ладно другому, его в крайнем случае можно будет на себе женить, а если другой?

 

- Давай сменим тему, я не хочу об этом, извини, Люсь! Ты для меня тоже самая лучшая, была, есть и будешь!

 

- Люблю тебя!

 

- А я тебя!

 

- Как вообще поживаешь, что нового?

 

- Всё хорошо, вчера ходила на почту, хотела отправить письмо, но там народу было..., даже до почтового ящика пробиться не смогла. Но оно и к лучшему. Немного подправила письмо, рискну сегодня...

 

- В общем, всё нормально?

 

- Нормально, меня всё устраивает, расскажи лучше о себе! Как у тебя с Костиком?

 

- Костя славный, но временами бывает невыносим. Мы опять поругались.

 

- Поругались? Почему?

 

- Да как обычно. Он на своём стоит, я на своём...

 

- А..., ну не в первый раз, к вечеру уже будете снова друг друга любить, ценить и превозносить.

 

- Так-то да, но за мной тут один мальчик симпатичный ещё стал ухаживать...

 

- Не глупи, подруга, Костя хороший парень, не стоит размениваться из-за пустяков.

 

- Да знаю-знаю... Я и не собираюсь с ним расставаться, это уж так, в качестве дополнения...

 

- Не одобряю я такие вот дополнения!

 

- Я вообще рассказала тебе не для того, чтобы ты меня нравоучениями истязала!

 

- Ладно, хорошо, извини. Давай так, ты не лезешь в мои отношения, а я не лезу в твои. Договорились?

 

- Договорились!

 

- Отлично! Ну, всё, я побежала. К открытию хочу сегодня успеть, пока народу не набилось опять. Давай, целую, пока.

 

- Звони, не теряйся!

 

- Хорошо, - ответила Даша и положила трубку.

 

Дописав письмо, девушка положила его в конверт, заполнила данные и, переодевшись, направилась в почтовое отделение.

 

В почтовом отделении никого не было. Не было даже сотрудницы на своём привычном месте. Девушка обрадовалась удачному заходу и, не теряя времени, направилась к ящику для писем. Пока Даша доставала из сумочки письмо, сзади хлопнула дверь. Обернувшись, она увидела почтовую работницу. Грузная женщина в тёмных очках сделала несколько тяжёлых шагов, вдохнула побольше воздуха в грудь и что есть мочи прокричала:

 

- Куда прёмся? Не видите закрыто ещё?

 

- Ой, простите, так ведь открыто же?

 

- Время сколько?

 

Даша глянула на свои наручные часы:

 

- Без десяти восемь.

 

- А почта, с какого времени работает?

 

- С восьми.

 

-  И какого чёрта тогда? – проходя за своё рабочее место, закончила мысль Зоя Михайловна.

 

Дарья поняла, что её не рады здесь видеть, но вроде, как и не выгоняют так чтобы совсем.

 

- Так открыто ведь? – оправдываясь, негромко сказала девушка.

 

- Ничего не открыто! Просто не закрыто.

 

Работница залилась разгульным горловым смехом. Она сняла тёмные очки, под которыми красовался багровый фингал.

 

- Погудели просто вчера тут немного с подругами, - пояснила дама, - видишь вон последствия на лице.

 

- Ой... кто это вас так?

 

- Меня? Да есть тут один нахал. Но ничего, я ему за это ногу сломала.

 

- О, господи. Кто-то из наших?

 

- Из местных, - деловито ответила Зоя Михайловна, прикасаясь пальцем к синяку и щурясь от боли. -  Да вон он собственно!

 

Работница кивнула в сторону выхода.

 

Дарья посмотрела в направлении кивка, но никого не обнаружила. Непонимающий её взгляд встретился с глазами грузной женщины.

 

- Стул видишь, стоит со сломанной ножкой?

 

- А..., так это вы про стул?

 

- Ну а про что ещё? Запнулась да как шмякнулась, прямо лицом об угол стула. Результат на лицо..., на лице. Сама понимаешь, стресс надо было срочно снимать, тяпнула, подруги подтянулись, ну и пошло-поехало. А потом уже было не до того, чтобы закрывать отделение. Вообще не до чего было. Честно говоря, не помню, как до дома-то добралась.

 

Дарья отмахнула запах перегара.

 

- Чё у тебя там? Письмо что ль? Ну-ка дай-ка? – чересчур свойски потребовала работница.

 

- Зачем это? Я его сейчас в почтовый ящик и всего делов.

 

- А..., ну давай-давай. Только потом не жалуйся, если письмо не дойдёт.

 

Дарья уже было подошла к почтовому ящику, и начала вставлять в него своё письмо, как вдруг остановилась, среагировав на фразу.

 

- Это почему ещё не дойдёт?

 

Работница тяжко вздохнула, встала из-за стойки, вальяжно прошла к почтовому ящику и внезапно ударила по нему кулаком.

 

Дарья от неожиданности и испуга отскочила в сторону. Дно ящика выпало, и содержимое  огромной кучей писем застелило пол.

 

- Не поняла сейчас? – изумилась девушка.

 

Зоя Михайловна наклонилась и подняла с пола охапку выпавших писем.  Собрав их в стопку и пролистав, женщина озвучила:

 

- Так, вот это письмо отправлено два года назад. Вот это письмо отправлено три года назад. Вот это кто-то вчера засунул, не успела перехватить, надо же...

 

Свежее письмо, труженица отделения отложила на стойку.

 

- Давай говорю сюда письмо, - обратилась она к девушке, - так больше вероятность, что оно дойдёт до адресата.

 

- Не поняла? А что это всё значит?

 

- Чего непонятливая такая? В ящик мне некогда заглядывать, и без того работы много. Поэтому если я вижу, что кто-то письмо в ящик суёт, то говорю, чтобы оставляли здесь, на стойке. Я их складываю в специальную коробочку, потом отправляю. А с этим ящиком, - дама указала на ящик для писем, - одна морока.

 

- Но я всегда раньше отправляла письма именно через этот ящик.

 

- А ответы тебе приходили на твои письма?

 

- Нееет, - протянула девушка, догадываясь о причинах своих безрезультатных ожиданий ответного письма.

 

- Ну вот, теперь ты знаешь почему. Я сюда уже года три не заглядывала, а может четыре. Вон сколько накопилось.

 

Дарья выплеснула свою агрессию, не стесняясь интонации:

 

- Так вы бы хоть написали записку, на ящик наклеили, что письма надо отдавать лично вам. Люди отправляют письма, ждут, надеются!

 

Ответная порция крика не заставила себя долго ждать:

 

- Да зачем записка-то? Я и так всем говорю!

 

- Если бы всем говорили, то я бы об этом знала. Я три года уже кидаю письма в этот ящик, и никто мне ни разу не сказал что он не рабочий! – продолжала истерить девушка.

 

-  Всем говорю..., - прикрикнула женщина, и потом уже более спокойно добавила, -  кого вижу! И нечего тут орать.

 

Дарья села прямо на пол, обхватила голову руками и заплакала.

 

- Э, подруга? Ты чего? – тихо спросила Зоя Михайловна, склонившись над трясущимся всхлипывающим телом. Она попыталась поднять девушку, усадила её на рядом стоящий сломанный стул, в итоге, на полу растянулись обе.

 

- Тьфу ты, забыла, что ножка у стула сломана... с недавних пор.

 

- Я когда приходила, - сквозь плач промолвила Дарья, -  отправлять письма, здесь всегда куча народу была. Шум, гам. Все кричат, ругаются, в очередях путаются. Я и ни к чему, что ящик для писем не функционирует. Чистенький, протёртый, покрашенный...

 

- Ну, вот я тебя значит, из-за очереди и не увидела. Ладно, наверное, ты права, напишу записку, наклею на ящик, чтобы больше такого не происходило. Так-то я раз в несколько лет  обычно заглядываю в ящик, вычищаю его, потом крашу, вот и висит чистенький.

 

- А запоздалые письма, которые достаёте, их всё-таки отправляете или...

 

- Ты в своём уме, подруга? Разумеется... нет!

 

- Что? Нет? Почему же вы их не отправляете, ведь люди ждут эти письма? Ведь там может быть что-то важное?

 

- Ты, смотрю, в почтовой работе совсем ничего не смыслишь.

 

Работница отделения поднялась с пола.

 

- Потому что если бы мы их отправили позже, то было бы очевидно, что в работе структуры нашего отделения есть некоторые... неполадки.

 

-  Неполадки? – возмущённо высказалась девушка. - Так вы это называете? Да все знают, что почта РФ – это одна большая проблема!

 

- Вот! – поучительно и даже с некоторой долей гордости подтвердила работница почтового отделения. - Знают, но доказательств нет! А так, нет предмета обсуждения и нет вопросов. Кто знает, может мы отправили всё вовремя, как положено, просто из почтового ящика кто-то письмо умыкнул, или ветром выдуло, всякое бывает, это уже ни к нам вопросы. Главное, что план по продажам стиральных порошков делается. Журнальчики выписывают, всякую всячину нет-нет да берут.

 

- Вы себя слышите вообще? План по стиральным порошкам? Это почтовое отделение или торговая лавка?

 

- Девочка моя, ты можешь называть это хоть общественным туалетом, у нас главная задача приносить прибыль, как и у всех! Я тебе новость сообщила? Письма прибыли не приносят, на моей заработной плате никак не сказываются, соответственно мне нет никакого интереса ими заниматься. Но я всё равно занимаюсь из чувства социальной ответственности. Говорю же, повешу я эту записку на ящик. Всё путём, чего ты завелась?

 

Зоя Михайловна встала по струнке, ножки ровненько сровняла в носках и официальным бархатным голосом изрекла:

 

- Мнение народных масс услышано, в ближайшее время будут предприняты определённые действия для урегулирования данного вопроса!

 

- Я с вас балдею. Каждый поход на почту остаётся неизгладимым впечатлением. Либо глубокой душевной раной обзаведёшься, либо добротным запасом нервов приходится пожертвовать. Знаете, что перед тем как решиться к вам сюда прийти, сначала себя психологически неделю готовить приходится. Вот уж действительно русский сервис во всей своей красе.

 

- На полу-то долго сидеть будешь? – заботливо обратилась дама, -  застудишь ещё себе чего, потом придёшь с иском, скажешь - почта виновата. Нас же во всех смертных грехах винят. Я в окно смотрю, и считаю плевки, сколько раз в нашу сторону харкнут. Спокойно ведь пройти нельзя, надо обязательно как-то проявить своё отношение. Ладно, хоть поджогов не было... в этом году.

 

Дарья поднялась с пола, начала отряхиваться.

 

- Давай сюда уже своё письмо, и можешь быть уверена, оно дойдёт! – со знанием дела произнесла Зоя Михайловна, опёршись на стойку.

 

- Это может и дойдёт, только какой от него теперь смысл. Ведь предыстории к нему нет. Я писала парню..., давно писала. Теперь понятно, почему ответа от него всё никак не было.

 

Дарья отряхнулась, развернулась и пошла к выходу. Почтовая работница вдруг совместила последние услышанные слова с событиями вчерашнего дня и, предположив допустимый вариант объективной ситуации, крикнула вдогонку девушке:

 

- Эй, подруга! Погоди. А тебя часом не Дарьей зовут?

 

Девушка замерла на месте. Спустя мгновение Дарья обернулась:

 

- Да, меня Дашей зовут, а откуда вы знаете?

 

Работница отделения залилась своим громким своеобразным смехом, поняв, что к чему.

 

- Что смешного, я не понимаю? Что происходит вообще? – насторожилась девушка, внимательно наблюдая за странным поведением работницы почты.

 

- А парень, которому ты писала... его имя Венм..., - запуталась в имени женщина.

 

- Ве-ни-а -мин! – хором с Дашей удалось ей произнести это имя.

 

- Ну, точно. Вот же встретились два одиночества, - добавила она, изнемогая от смеха.

 

- Вы-то его откуда знаете? Откуда вы знаете, что я писала именно ему?

 

- Знаешь, девочка, вчера мне казалось, что я только его и знаю! А сегодня ситуация повторилась, как же я сразу-то не догадалась. Умеете вы ребята мозг заср... Заговорить, в общем. Короче! Он тебе тоже письмо написал. На, вот, держи. Вчера хотела тебе его лично занести, но... не дошла.

 

Зоя Михайловна достала из кармана письмо от Вениамина и протянула его опешившей девушке.

 

- Мне? От него? Занести лично? Почему лично?

 

- Сколько вопросов, господи. С вами чокнешься, вообще. Долго объяснять. Читай уже скорей, хватит трепаться, а я пока... успокоительного приму.

 

Дарья с нетерпением развернула конверт, быстрыми пальцами достала письмо и горящими глазами пробежала по строкам.

 

Работница тем временем достала из-под прилавка пузырь водки и прямо с горла со смаком сделала несколько глотков. Почувствовав долгожданное облегчение, она убрала пузырь обратно.

 

На глазах Дарьи выступили слёзы, письмо выскользнуло из её обмякших рук. Дарья опустилась на колени.

 

- Такое бывает? Так значит всё не зря? – глазами полными надежды посмотрела она на почтовую служащую.

 

-  Бывает – бывает, всё не зря! – налегке ответила та.

 

Дарья вытерла слёзы, поднялась с пола и обняла Зою Михайловну, как дорогого любимого человека.

 

- Вы лучшее почтовое отделение в мире! Спасибо вам! Спасибо огромное! Спасибо – пролепетала она.

 

- Сколько лет тут работаю, никогда ничего подобного не слышала. Спасибо конечно, на добром слове.

 

Девушка отпустила женщину и подпрыгнув от радости взвизгнула.

 

- Он тебя любит... давно и всерьёз!

 

- Правда?

 

- Правда- правда. Я таких по уши влюблённых давно не видела.

 

Даша подняла письмо, и перечитала его не торопясь с блаженной улыбкой.

 

- Что будешь делать? – заинтересованно спросила Зоя Михайловна.

 

- Не знаю...

 

- Ладно, не моё дело, дальше я думаю, разберётесь уже как-нибудь без меня...

 

- Нет! Нет-нет... Как же я теперь... Я знаете что? Я напишу ему ответ, вы передайте, а там, пусть уже он предпринимает какие-то действия!

 

Работница почтовой службы грянула новым залпом смеха:

 

- Ха... Это так ты ещё лет десять будешь ждать. Он парень-то хороший, но не решительный просто капец! Тут надо самой всё брать в свои руки. Не дрефь!

 

- Что же мне тогда делать?

 

- Как что? Действовать!

 

- Да, но как? Не могу же я заявиться к нему и сказать – я твоя!

 

- Почему нет? Я так и делала в своё время! И каждый раз удачно!

 

- Нет, я так не могу...

 

- Вот молодёжь. Он не может, она не может, и это при том, что вы друг друга любите. Ведь любите?

 

Девушка смущённо кивнула головой.

 

- Ладно, тряпки, помогу. Давай я сама напишу ему письмо от твоего имени, унесу в обед, и уже сегодня вечером он прибежит к тебе!

 

- Представляю, что вы там напишите. Нет уж, давайте я сама напишу, а вы передайте, а дальше будь что будет. Можно я прямо здесь сейчас напишу? Никому же не помешаю? Кстати где весь народ?

 

- Пиши! Ещё минут пять у тебя есть. Я когда пришла, записку на дверь повесила «Учёт до 9. 00» Сама видела, в какой форме я была утром, не до посетителей. А на часах уже без пяти.

 

- Я успею!

 

Дарья быстро всё обдумав, написала не очень большое письмо, и поместила его в свой конверт, предварительно убрав из него старое послание.

 

- Вот, передайте, пожалуйста! – протянула девушка конверт.

 

- Сделаем, но результат не гарантирую. Я предупредила, он очень не решительный молодой человек.

 

- Ничего... главное, что он меня любит... Ведь любит?

 

- Как ненормальный! – подтвердила дама, приняв послание.

 

Девушка взвизгнула от радости и убежала из отделения.

 

- Записку там с учётом сними с двери! Открываемся! – крикнула ей вдогонку барышня.

 

***

 

Вениамин пил чай у себя дома и вслух рассуждал о том, как круто может измениться его жизнь уже сегодня.

 

- Вчера работница почты после смены должна была унести моё письмо. Значит вчера вечером или сегодня утром, Дарья наверняка его увидела, и может быть уже сегодня, пишет мне ответ. Может и пишет, а может... порвала да выбросила письмо, а может ещё и не получала его вовсе. Всё-таки интересно читала или нет? Сейчас она на работе, пойду, проверю, лежит моё письмо в её почтовом ящике или нет.

 

Парень соскочил со стула и быстренько сбегал до соседнего дома.

 

- Нет письма! Почтовый ящик пустой! Она его прочитала! – торжественно выпалил он, вернувшись к чаепитию. -  Так... Ждём... Ждём реакции...

 

Убрав со стола, Вениамин не мог найти себе места, расхаживал из стороны, в сторону потирая руки. Вдруг его осенило:

 

- Стоп! Вообще-то то, что письма в ящике нет, это ещё не говорит о том, что оно вообще туда попадало. Надо бы проконтролировать этот момент у работницы почты. Сейчас у неё обед должен начаться, сбегаю, спрошу, пока очередей нет, доставила ли она моё послание.

 

Работница почтового отделения закончила сортировать какие-то документы, отложила всё в сторону, переоделась и, взяв письмо от Дарьи, направилась к выходу. Она уже почти шагнула в дверь, как вдруг Вениамин наскочил на неё, влетев с обратной стороны порога. Оба свалились, озвучив при этом своё возмущение в разговорной форме, на общерусском языке.

 

- Веня, етить колотить, ты что ли? Нет, ты и, правда, маньяк, первое мнение всегда правдиво, - поднимаясь с пола, прогудела Зоя Михайловна.

 

- Здравствуйте! – запыхавшись, ответил Вениамин.

 

- Привет-привет. Чего мчишь как угорелый?

 

- Да я это... спросить хотел. Вы письмо моё унесли?

 

- Спрашиваешь! – гордо ответила дама. -  Лично передала из рук в руки! Если я за что-то берусь, то делаю - как положено!

 

- Правда? Вот спасибо! И что она? Как это всё... отреагировала на это?

 

- Она очень обрадовалась, вот письмо тебе ответное написала. Я как раз пошла сейчас его тебе относить, но ты сам раньше принёсся.

 

- Письмо? Мне? От неё? – восторженно прокричал парень.

 

- Ну а от кого? От неё конечно.

 

- А писала она его, так же как и я? Вашими устами?

 

- Нет, я вообще не принимала никакого участия в вашем вопросе. Вот держи письмо и вали отсюда, мне ещё надо пообедать успеть.

 

Вениамин принял письмо как божество:

 

- Спасибо... вы столько для меня... для нас сделали... Спасибо огромное!

 

- Ну... я ведь перед вами немного виновата... будем считать, что реабилитировалась!

 

Парень развернулся, и хотел уже было, убежать, но вдруг остановился, что-то поняв:

 

- Вы сказали перед вами? Вы что и её какие-то посылки тоже профукали?

 

- Вали говорю отсюда, Шерлок Холмс недоделанный! У меня обед!

 

Зоя Михайловна вытолкнула парня из отделения и закрыла на ключ дверь. Она посмотрела в окно, как парень счастливо понёсся с письмом в руках, улыбнулась и промолвила:

 

- Чуть не допетрил малой-то. Догадистый какой попался, а с виду дурак дураком!

 

Вениамин примчался домой так скоро, что казалось, его тень ещё не сошла со здания почтового отделения. С нетерпением он бросился распаковывать конверт, о, это непередаваемое лицо, когда он увидел первые строки...

 

Письмо сообщало:

 

«Здравствуй, Вениамин. Так приятно было получить от тебя письмо. Мы встречались с тобой один раз, не так ли? Это было давно... в очереди в регистратуру стоматологической поликлиники. Такая короткая встреча, так странно, но знаешь, я тоже тебя запомнила. Вопрос чувств действительно очень тонкий, ты всё очень правильно описал, поэтому я была бы не прочь встретиться с тобой лично. В субботу в одиннадцать утра я буду завтракать в кафе, на углу за домом, ты не можешь не знать это место, ведь мы живём совсем рядом (судя по обратному адресу на конверте). Я буду ждать. Но в любом случае, не зависимо от того придёшь ты или нет... спасибо тебе... Дарья».

 

Вениамин прикрыл ладонью рот. Глаза его горели, сердце билось как барабанная дробь. Он сел на кресло, но тут же встал, нервно прошёлся по комнате, снова сел снова встал. Потеребил волосы, оценил пальцами руки небольшую щетину на подбородке, и призадумался...

 

***

 

Это кафе Даша очень любила. Каждую субботу она позволяла себе ленч в данном заведении. Но сегодня лёгкая праздничная атмосфера в кафе для неё куда-то улетучилась. Переживания, неловкость и ожидания... три подруги, сегодня, как никогда прежде сопровождали её повсюду. Вместе с ней они наведались и в кафе.

 

Девушка была одета в красивое платье, которое давно уже без дела висело на плечиках в шкафу. Туфли на умеренно высоком каблуке процокали по эксклюзивной напольной плитке уютного кафе за углом её дома.

 

Девушка поставила на столик свою сумочку, сделала заказ, достала косметичку, решила проверить, всё ли в порядке.

 

- За эти несколько дней, - кружились мысли в голове, - я уже ни один раз пожалела о том, что написала. Подумает ещё, что я какая-нибудь нахальная, дерзкая, так с ходу пригласила на встречу. С другой стороны, я этого три года ждала. Нет, всё правильно. Только бы он пришёл. Судя по тому, что он мне написал, он свободен, но вообще знаю я парней. Им никогда существующие отношения не были помехой для создания новых. Но... я почему-то думаю, что он не такой... А может, просто хочу в это верить.

 

Девушка посмотрела на часы.

 

- Уже почти одиннадцать. Боже, как тянутся минуты.

 

Даша опустила голову и прикрыла лицо рукой от томительного ожидания и нервов.

 

В кафе вошёл Вениамин. Одет он был просто, но элегантно. Гладко выбрит, в руке скромный букетик цветов, который трясся от волнения.

 

Дарья подняла голову и встретилась взглядом с Вениамином, который в это время тихонько подходил к девушке, стараясь не нарушить её покой. В момент встречи взглядами, оба вздрогнули, неловко улыбнулись друг другу, отвели взгляды.

 

- Здравствуйте, Дарья, я Вениамин, - кое-как выдавил из себя молодой человек.

 

- Я так рада, что вы пришли, здравствуйте. Садитесь, пожалуйста, - указала девушка на свободное место за столиком.

 

Вениамин присел, но вспомнил о цветах, поднялся и подарил букет.

 

- Какие красивые... спасибо, - трепетно приняла букет Дарья.

 

- Я..., - в один и тот же миг попытались начать разговор ребята, и тут же осеклись, замолкли. Неловкая пауза имела место быть.

 

Вениамин рискнул первым:

 

- Знаете, Дарья...

 

- Можно на «ты», -  нежно и волнительно произнесла девушка.

 

- Да... конечно. Даша... Так многое хотел сказать тебе сегодня, а вот встретились и все слова забыл.

 

- У меня то же самое. Но...

 

Это «но...» превратилось для парня в вечность. Он испуганно посмотрел на девушку, опасаясь, что она сейчас проститься и уйдёт.

 

- ... но я надеюсь, - продолжала она, - что это не из-за того, что то, что ты увидел здесь, не соответствует ожиданиям?

 

- Нет-нет... вы... то есть ты... ты прекрасна.

 

- Спасибо, - облегчённо вздохнула Даша.

 

Пара несколько раз переглянулась.

 

- Пожалуй, я начну, - глядя в глаза, произнесла виновница торжества. - Ты писал в письме «простите, что вот так вторгаюсь в ваше пространство»... На самом деле я тебе очень благодарна за то, что ты именно вторгся в моё пространство.

 

- Правда?

 

- Да. Потому что до этого момента, я пыталась вторгнуться в твоё. Но, благодаря «безупречной работе нашей почты»...  безуспешно.

 

- Так вот что она имела ввиду, эта тётка с почты, говоря, что виновата перед нами. Ты мне писала?

 

- Да. И не один раз. Но все мои письма так и остались в почтовом ящике.

 

- А я слал тебе сувениры, которые впоследствии нашли своё пристанище в мусорном ящике почтового отделения.

 

- Сувениры? Так мило.

 

- Да... но знать, не судьба было нам с тобой встретиться раньше.

 

- Похоже, что так. Судьба – злодейка.

 

- И не говори, - подтвердил парень.

 

Повисло небольшое молчание. Дарья вдруг сказала фразу, о которой через секунду пожалела:

 

- Но вот мы всё же встретились...

 

Неловкая пауза затянулась. Оба смотрели друг на друга, пока Вениамин не отвёл взгляд. Он не знал, что сказать, а сказать как раз сейчас что-то было просто необходимо.

 

- Я, пожалуй, пойду, - печально произнесла Даша и встала со стула, оставив на столе несколько купюр за так и не принесённое кофе. Девушка развернулась и начала уходить, но Вениамин поймал её за руку.

 

- Дарья, подожди, - умоляющее попросил он. - Выслушай меня, пожалуйста, не уходи. Я люблю тебя вот уже три года. Я с ума по тебе схожу. Сегодняшняя наша встреча – лучшее, что со мной произошло за последние годы. Я не знаю, как ты отреагируешь на мои слова, но я должен был их тебе сказать.

 

Парень отпустил руку девушки, опустил так же и взгляд.

 

- Спасибо, - продолжал он, - что пригласила на встречу, что пришла, выслушала. Теперь, если тебе действительно нужно куда-то идти...

 

Девушка улыбнулась и вернулась на своё место. Вениамин тоже сел.

 

- Ты помнишь нашу встречу в той очереди? – ласково спросила Даша.

 

- Я прокручиваю её в голове каждый день.

 

- Я зашла тогда..., спросила, очередь... ты повернулся, и я обо всём забыла на свете. И про зубную боль и про то где нахожусь и зачем... Только когда ты стал говорить администратору свою фамилию, я как-то отошла от длительного гипноза, запомнила твои данные, адрес там тоже спрашивали. Я всё записала, когда прошла к кабинету. Потом писала тебе письма, надеялась на ответ, но ты не отвечал. Я подумала, что у тебя есть девушка, или может жена. На какое-то время постаралась забыть о тебе. Потом вновь нахлынули воспоминания, я писала снова и снова. А когда несколько дней назад уносила очередное письмо на почту, то случайно узнала о том, что ни одно из моих писем тебе так и не было доставлено. Я попросила женщину из отделения передать моё письмо тебе лично... и тогда она отдала мне твоё письмо в ответ, вот это.

 

Дарья достала из кармана письмо Вениамина, положила на стол и продолжила:

 

- И когда я его прочитала, мир вокруг меня остановился. Я такой счастливой никогда прежде не была. Не знала как себя вести, как сообщить тебе об этом. Быстро набросала ответ и ждала, ждала твоего прихода сюда как манну небесную. И ты пришёл. И я хочу сказать тебе сегодня, что любила одного тебя все эти три года и люблю сейчас ещё только больше. А что делать с этой любовью... Я, признаться, не знаю... Как-то никто не научил.

 

Вениамин смотрел на девушку и чуть не плакал, впитывая каждое её слово.

 

- Меня тоже..., тоже никто не научил. Но... может быть, мы что-нибудь придумаем? Парень встал со своего места, подошёл к Дарье, и протянул ей свою руку. Девушка в ответ подала свою.

 

- Я «за»! – восторженно ответила она.

 

Работница почтового отделения потом ещё ни один раз встречала эту пару на улицах города, но близко к ним не подходила, стараясь обойти их где-нибудь стороной. Вряд ли её мучили угрызения совести, скорее, она опасалась лицом к лицу столкнуться с любовью... Большой взаимной любовью чувств, а не тел, которую самой так и не довелось познать в жизни...

 

Добра Вам и Света!!!

 

Николай Лакутин

 

Обложка книги разработана автором в дизайнерской программе и является интеллектуальной собственностью Николая Лакутина.

 

Официальный сайт автора http://lakutin-n.ru

 

 

Среда, 19 Июня 2019 05:36

Повод

Так мало, нужно сделать для того, чтобы стать счастливым человеком... Мы не позволяем себе быть счастливыми просто так, это кажется подозрительно просто и порой, даже воспринимается как абсурд. Мы ищем для счастья повод, хотя бы даже для того чтобы лишь прикоснуться к нему. И пусть оно витает повсюду, само идёт к нам в руки и всячески стремиться проникнуть в нас... Мы не подпускаем его близко априори..., без повода мы способны лишь переживать!

Николай Лакутин

 

<< Первая < Предыдущая 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 Следующая > Последняя >>
Страница 7 из 60

Николай Лакутин

Группа вконтакте

Последнее в блоге