Administrator

Administrator

Комедия в трёх действиях на 1час 30 минут

 «Почта-мать РФ». 

Комедия. 2019г. Автор: Николай Лакутин.

Пьеса на 3 человека. Роли: 2 женские, 1 мужская. 

Действующие лица: 

ДАРЬЯ – девушка Вениамина, по крайней мере, он так думает. Около 30 лет;

ВЕНИАМИН – парень около 30 лет. Хлюпик, но романтик, ухаживающий за объектом своих вожделений уже не первый год; 

РАБОТНИЦА ПОЧТОВОГО ОТДЕЛЕНИЯ (РПО) – дородная женщина около 50 лет. Грубая, хамоватая особа, обиженная жизнью, но с чувством юмора.

Описание:

Парень мечтатель – романтик вот уже три года шлёт посылки своей возлюбленной через местное отделение почты. Он очень щепетильно относится к сувенирам, которые вкладывает в посылки и ждёт, надеется на толику взаимности. Но в один прекрасный день он узнаёт, что почта совершенно не оправдала его ожиданий. Ни одна из посылок так и не дошла до адресата. Как удастся герою за несколько дней наверстать упущенные годы – смотрите в комедии «Почта-мать РФ»

 

Среда, 22 Мая 2019 12:23

Ценитель мёртвых домов

Здравствуй, дорогой читатель. Не спеши пугаться названия книги, ибо это не более чем аллегория, разумеется, с подтекстом. Здесь нет места пугающим сценам, здесь есть место тайне. Тому, что внутри каждого из нас...

Николай Лакутин

 

Среда, 22 Мая 2019 12:16

Ценитель мёртвых домов

ЦенитеЛь мёртвых домов обложка 2  

Ценитель мёртвых домов

Я всегда спал младенческим, беззаботным сном, не боясь и не опасаясь за какой-то случайный звонок, набранный по ошибке подвыпившим гражданином среди ночи. Но в этот раз всё было иначе...

Мне снился странный сон. Я шёл по длинному коридору, с дверьми расположенными по бокам. Одна из дверей открылась прямо передо мной и оттуда вышла девушка. Лицо её мне показалось знакомым, но может быть, просто показалось?

- О, привет, Лёш, – сказала она.

Стало быть, не показалось... Я был в смятении, но всё же ответил:

- Здравствуй, мы знакомы?

С удивлением она произнесла:

- Ты меня не помнишь?

Что-то мелькало в голове, но ничего конкретного её образ в памяти не воспроизвёл.

- Три года назад. На радиостудии, Надя! – улыбнувшись, сказала девушка.

Я моментально вспомнил, что три года назад пробовался на радио ведущим. Вспомнилось, как сидел в наушниках перед микрофоном в студии и экспромтом заполнял импровизированный эфир по одной из остро стоящих на тот момент социальных тем, глядя в тезисное содержание того, что нужно озвучить. Ситуация была смоделирована. Это было своеобразное собеседование - кастинг, поэтому я говорил не для настоящих радиослушателей, а для тех шестерых человек, что сидели напротив, слушали мою речь и анализировали результаты. Комиссия сидела полукругом по другую сторону стола от меня. Что-то их устроило, что-то не очень. Обсудили и отпустили с неопределённым пониманием ждать мне чего-то или нет. Одной из сидящих напротив людей была эта самая девушка. Она сильно изменилась. Другая причёска, совершенно другой стиль. Тогда она была такой офисной серой мышкой, а сейчас раскованная уверенная, состоявшаяся в жизни, успешная дама. На работу меня в студию так и не взяли, я ушёл в другую сферу.

- Ты мне тогда очень понравился, - нисколько не смутившись, сказала девушка, - жаль, что тебя не взяли, может быть у нас что-нибудь и получилось.

Девушка была очень красивая, эффектная. У меня как раз никого не было, и я бы прям не прочь был бы сейчас с ней что-нибудь попробовать...

- Но сейчас уже я замужем, семья, ребёнок... Ладно, пока, - сказала она, как-то странно на меня посмотрев, и удалилась.

Я проснулся с лёгким привкусом сожаления. Вспомнил те дальние времена, некоторые сопутствующие события, что было до и после, а потом вдруг осознал, что я не знаю этой девушки, сроду не приходил ни в какую студию радио и даже не допускал мысли о том, чтобы стать радио ведущим...

Последние несколько месяцев проходили для Алексея довольно суматошно. Не то чтобы как-то по-особенному, но всё же чувствовался некий наплыв на работе, который он с усердием разгребал, выматывая нервы, силы и, порой, затрачивая внерабочее время. И вот, наконец-то план выполнен. Начальник доволен, коллектив сплочён, заработная оплата выплачена.

Вчера, в пятницу, был местный сабантуй, небольшой корпоратив, в итоге парень свалился одетый в кровать. Как? Что? При каких обстоятельствах... Память не давала ответов на эти вопросы. Сегодня же, отдохнувший субботней леностью души и тела, отделавшись несколькими звонками друзьям, в одиннадцатом часу вечера Алексей лёг в постель уже как положено, раздевшись и умывшись. Едва он закрыл глаза, как провалился в бездну сновидений.

Каково же было его возмущение, услышав телефонный звонок на самом интересном месте ночных приключений, вырывающий из объятий Морфея.

- Алё, ты чё, блин, спишь? - раздался нахальный незнакомый голос, отдающий перегаром даже через телефонную трубку.

- Сплю! - сонным голосом ответил Алексей, пытаясь разлепить рукой сонные глаза, - какого лешего вы мне звоните среди ночи и кто вы вообще?

- А..., извини, ни туда попал, кажись..., - на том конце бросили трубку.

Сон улетучился. Но спустя минут сорок скитаний по кухне, грянуло второе пришествие сновидений, которое порадовало летними пейзажами, шашлыком среди друзей, приятными слабо поддающимися описанию, но достаточно правдоподобными ощущениями.

И снова звонок. Но уже совсем другой номер:

- Простите, пожалуйста, за поздний звонок, подскажите как там ваш пациент, Семёнов?

- Пациент? – не понимая, уточнил Алексей.

- Хирург уже снял повязку с глаз? – трясущимся голосом полным волнения спросила какая-то дама.

- С чьих глаз? Какую повязку? Куда вы звоните, чёрт бы вас побрал? - прокричал в трубку раздосадованный парень. Но в ответ лишь услышал:

- Нет, как я понимаю, извините ещё раз, - и в телефонной трубке зазвучали короткие гудки. Затея выспаться в ночь с субботы на воскресенье, обернулась неудачей. Кроме того, сон теперь уже вовсе оставил бедолагу, потому что больше всего на свете человек боится неизвестности. То есть не то что бы боится, но чувствует себя не комфортно, не понимая, что происходит. Так же чувствовал себя и Алексей. Второй непонятный звонок за ночь.

- Может быть, это просто кто-то хочет поиздеваться? Может, действительно, просто ошиблись номером, но опять же в два часа ночи, уже второй человек позвонил, нет, на случайность не похоже, тогда что это? – метались заполошные мысли. Ответа не было. Зато появилось отвратительное чувство сломанной ночи, блуждающего беспокойного сознания и желание кого-нибудь прибить.

***

Скиталец проснулся около одиннадцати часов утра, или уже дня, да было, в общем-то, не важно. День провёл в сонном настроении, нехотя встретившись со старыми знакомыми, с которыми договаривались о встрече загодя.

- Когда настроения нет, общение со знакомыми доставляет отнюдь не удовольствие, скорее сущее мученье. Плохо то, что тебе не интересно слушать их рассказы, и что ещё хуже, они это прекрасно чувствуют, и теперь договориться лишний раз о следующей встрече будет значительно сложнее, чем обычно.

- И вот сейчас мой старый знакомый мне что-то эмоционально рассказывает, а я странствую где-то в своих полупроснувшихся мыслях, качаю время от времени головой, как бы поддерживая беседу, и понимаю, что субботний ночной звонок выходные начисто запоганил, - вёл внутренний монолог Алексей, делая вид, что находится весь во внимании приятелей.

В вечер воскресенья он сознательно отключил все телефоны, принял душ, и провалился в пучину тёмных облачных неразборных снов. Ночь прошла гладко, принеся долгожданное облегчение.

Всю неделю парень работал как обычно, дела затягивают. Вспоминать о прискорбных выходных не приходилось. Однако пришествие очередной субботы встряхнуло память, и грустное опасение, возможной бессонницы сделало своё дело. Стационарный телефон был предварительно отключен, мобильный переведён в режим «вибро», парень пытался уснуть, оставляя свои рассуждения где-то в тумане:

- И всё-таки, почему два звонка, почти в одно время, приметы говорят в таких случаях, что было дважды – случиться и в третий раз. И эта повязка? Странно….

Сон пришёл лишь в середине ночи. Снились какие-то пустыни, сменяющиеся бурной растительностью, ландшафты, цветы, как-то всё заполошно и несвязно, и как-то Алексей даже испытал облегчение, когда проснулся среди ночи от свалившегося на пол мобильника, который долго вибрировал на столе, постепенно двигаясь к краю. От падения телефон разлетелся на несколько частей. Крышка отдельно, батарея отдельно, всё остальное, благо, осталось невредимым. Едва он успел собрать и включить телефон, тот вновь зазвонил. Номер не определился, звонил кто-то чужой.

- Да? - несколько раздражённо отозвался парень.

- Алексей? - послышался бодрый рабочий голос мужчины.

- Да, это я!

- Извините за поздний звонок. Меня зовут Виктор, я работаю в бригаде скорой помощи, сейчас я нахожусь в доме вашего отца, Андрея Андреевича...

- Что случилось? - перебил Алексей.

- Да, честно говоря, ничего страшного особо не произошло, подскочило давление, соседи вызвали «неотложку», мы сделали укол, сейчас всё должно нормализоваться, но он очень просил позвонить вам, несмотря на поздний час, и позвать приехать к нему очень срочно, хотя я такой необходимости не вижу. Просьбу я выполнил, дальше решайте сами, ехать или нет. Всего доброго, извините ещё раз за беспокойство.

Алексей остался молчать в непонимании того что сейчас услышал, и лишь спустя какое-то время телефонные гудки в трубке ему напомнили о том, что пора бы сбросить вызов.

- Мой отец, вполне ещё крепкий старик, - рассуждал про себя парень, - он часто прибедняется, сетуя на плохое самочувствие, а между тем ещё крепок в ногах. Зачем было вызывать «неотложку» из-за такого незначительного повода, ну принял таблетку, да заснул, и всего делов. Не понимаю. Может быть, это опять из той же оперы, кто-то планомерно мне портит выходные тупыми звонками по ночам. Но приплетать сюда родственников – это уже слишком…

Выключив мобильный и загасив свет, молодой человек предпринял очередную попытку заснуть, стараясь не обращать внимания на то, что произошло. Но спустя четверть часа был уже почти одет, и, завязывая шнурки на ботинках, вызывал одновременно такси.

Конечно, если бы его отец не был так старомоден и имел сотовый телефон, то можно было бы сперва перезвонить ему, а уже потом, убедившись в правдивости информации, отправился в путь, но, увы, папа не был сторонником мобильной индустрии.

Выйдя из такси, Алексей сразу обратил внимание на то, что свет в квартире отца горит, это насторожило.

- Значит, он действительно меня ждёт, - стало приходить некоторое прояснение.

Отец лежал на кровати в лёгкой дремоте.

- Отец, что это всё значит? - немного испуганно и одновременно с недоверием спросил парень, войдя в незапертую дверь.

- Сынок…, - протянул он, - присядь.

- Пап, я примчался сюда среди ночи не для того чтобы просидеть здесь до утра слушая нравоучения, у тебя что-то случилось?

Отец не выглядел больным, цвет кожи, голос, тон – всё было как в обычной жизни, ни малейшего намёка на недомогание и уж тем более на болезнь.

- Я не займу много твоего времени, милый...

Ничего не оставалось делать кроме того как повиноваться и покорно ждать хоть какой-то информации…

- В недельный срок, - немного отрешённо произнёс отец, стараясь скрыть непонятной природы волнение, - мой юрист узнает о том, что его клиент отбыл в мир иной, он свяжется с тобой, контакты твои имеются, всё, что я тебе оставил, он передаст в соответствии с нашими договорённостями, он человек надёжный, будь уверен. Так что не удивляйся, что тебе позвонит некий Юрий Сергеевич и попросит о встрече, он всё тебе изложит, моё завещание у него на руках.

- Пап, весь этот спектакль для того чтобы в очередной раз отрепетировать своё отбытие в загробный мир? Ты издеваешься что ли? - возмутился измученный бессонницей сын.

Отец как-то странно улыбнулся, и добавил:

- Не только, ещё я хотел тебе сказать, что очень сильно тебя люблю!

Он удовлетворённо улыбнулся, закрыл глаза и больше их уже не открыл никогда…

***

Быстро пролетели заботы со всеми ритуальными услугами, похоронами и поминками, оставив в душе не опомнившуюся пустоту. Всё произошло как-то быстро, спонтанно и не вовремя, впрочем, наверное, так, как это всегда и бывает.

- Если бы я знал, что это наша последняя встреча, разве же я позволил бы себе так разговаривать с отцом? – укорял себя парень, - я ему не поверил. Я полагал, что он по обыкновению своему, приукрашивает лёгкое недомогание, которым одарены все старики, я не поверил ему, я в последние минуты его жизни вёл себя по-хамски, я не успел сказать ему так много.

Четырёхдневный отгул на работе уже подходил к концу. А в подобных ситуациях, как раз ищешь спасение в деятельности, уйти с головой в работу, и постараться там забыться или хотя бы отвлечься. Поэтому мысль о работе Алексея непривычно согревала.

В начале недели в первой половине дня на мобильный позвонил мужчина, представился Юрием Сергеевичем и попросил о встрече. Вечером того же дня встреча состоялась.

- Добрый вечер, Алексей Андреевич, - начал с ходу знакомство очень прилично одетый мужчина, примерно пятидесяти лет, который протянул руку после того как повесил свой пиджак на спинку стула в своём кабинете юридической практики.

- Отец говорил, что вы мне позвоните, здравствуйте!

- Говорил? Странно, вообще он хотел преподнести сюрприз, если это можно так назвать, после своей кончины, и держал его до последнего в тайне. А когда он успел сказать обо мне?

- В последние минуты жизни.

- Вы были рядом с ним в тот момент, это очень хорошо, старик в вас души не чаял, я думаю, что он со спокойной душой покинул нас, хорошо, что успел попрощаться. Или не успел?

- Он то, успел, а вот я…, - ещё не рассеявшаяся грусть накатила с новой силой, – мне позвонил какой-то парень из скорой помощи, отец настоял, чтобы врач, приехавший по вызову соседей позвонил мне ночью и позвал приехать к нему. Врач его просьбу выполнил, хотя, как он сам сказал, не было никаких предпосылок в срочности моего визита, отец был в норме. И мне тоже так показалось, я был очень расстроен, что он дёрнул меня среди ночи к себе. А он лишь успел сказать несколько слов и умер.

- Понятно. Я был знаком с вашим папой лет пятнадцать, мы работали с ним по нескольким вопросам, касающимся юридического права в спорных ситуациях. Итоги моей работы его вполне устроили, и он предложил мне стать исполнителем своего завещания.

- Что вы такое говорите, какое юридическое право, какие спорные ситуации, мой отец был всю жизнь заводским работягой, он не занимался коммерцией, не занимался каким-либо бизнесом, какие у него могли быть юридические вопросы, я не понимаю честное слово. И вообще, если на то пошло, я был искренне удивлён, услышав от отца, что он что-то вообще мне оставил. Он жил на съёмной квартире, наш семейный дом был продан после развода родителей. По итогам раздела имущества, мне тогда купили «однёшку» и на этом, я полагал, родительская забота окончена.

- Бракоразводный процесс ваших родителей был одним из моих первых дел в юридической практике, тогда мы и познакомились с вашим отцом, да это как раз было пятнадцать лет назад. После этого мы ещё ни один раз с ним работали.

- Не понимаю, что мой папа женился и разводился несколько раз?

- Да нет, развод был только один, остальные наши встречи происходили совсем по другому поводу.

Дело начинало принимать неожиданный оборот. Что-то непонятное и не стыкующееся с воспоминаниями об отце пытался рассказать этот статный мужчина. Но слушать его было интересно.

Он по-хозяйски раскрыл какую-то папку с документами, пробежал по ним глазами и сказал:

- Для всех окружающих, родных и близких, ваш отец был обычным слесарем. Но, по сути, он был гораздо более серьёзной фигурой, нежели рядовой труженик. Он был собственником нескольких бизнесов, которые впоследствии успешно продал своим же исполнителям, наёмным директорам, и ещё потом несколько лет занимался инвестиционной деятельностью. Все эти процессы проходили через меня, сейчас сумма, оставленная вам по завещанию, за вычетом моих дивидендов составляет тридцать четыре миллиона рублей в накоплении и ещё двенадцать миллионов в обороте, которые можно оттуда вывести или продолжить получать проценты, но уже на Ваш лицевой счёт.

- Свежо, что называется, придание, но верится с трудом..., - тихо произнес парень и добавил, - как он всё это мог провернуть, так, чтобы даже я этого не знал?

- Ваш папа очень грамотно вёл политику своих компаний, все процессы были поставлены так, что его непосредственное вмешательство в дела компаний не требовалось, все вопросы решали управляющие, работающие за фиксированную заработную плату. Определённая часть поступающих от бизнеса средств, тратилась на развитие компаний, что-то на заработные платы, на налоги, аренды и прочие ежемесячные платежи. Остальное же поступало на счёт в банке вашего отца.

- А как он всем этим управлял, контролировал, руководил...?

- Через меня, Алексей. Рез в неделю мы с вашим отцом встречались, я докладывал обстановку, он вносил корректировки. Никаких телефонных звонков, всё вживую, всё в глаза, как есть.

- Да, это похоже на него...

- Нам нужно будет выбрать время на то, чтобы создать вам, Алексей, счёт в надёжном банке и перечислить на него то, что вам положено по завещанию. Ну а на счёт оборотных средств подумайте, как лучше ими распорядиться. На раздумье недельки, я полагаю, хватит. Если надумаете вывести средства из оборота, то эта процедура займёт месяца три, может быть четыре, сами понимаете, сумма не маленькая, нужно будет ещё успеть реализовать приобретённую на эти средства продукцию. Но я бы не рекомендовал этого делать, потому что проценты капающие от «оборотки» достаточно интересные, на них можно безбедно жить, при этом сохранять актив даже с учётом инфляции.

Слишком много информации поступило Алексею за этот вечер. Он не мог здраво мыслить и согласился встретиться через неделю, чтобы было время всё обдумать и принять решение.

***

- Как-то всё навалилось разом. На работе всё кипит, с наследством надо что-то решать, да и ещё не совсем отошёл после потери близкого человека, - общался сам с собой парень, придя с работы.

В довершение всех этих забот, теперь уже можно было бы сказать – традиционно, ближе к полуночи зазвонил телефон. Точнее он разочек звянькнул, и вызов тут же сбросили.

- Всё же, приятно осознавать, что звонивший хоть как-то допустил мысль о том, что в это время все нормальные люди уже спят, - оптимистично встретил этот раздражитель Алексей.

Впрочем, ему и так было совершенно не до сна. Уже не первую ночь он хлопал покрасневшими глазами замученными бессонницей из-за роя мыслей. И в самом деле, было о чём подумать. И тут этот «дзыньк».

- А ведь я уже начал постепенно привыкать к ночным звонкам. Ну-ка, кто там на этот раз? - проговорил вслух парень, посмотрев на определитель номера.

На телефоне высветился пропущенный вызов от Марины.

Марина – девушка, с которой Алексей встречался пару раз до того, как началась вся эта история. Он долгое время пробыл один, после того как расстался с очередной девушкой, и когда соскучился по женской нежности – отправился на сайты знакомств. Из тех, с кем довелось пообщаться и с некоторыми даже встретиться, больше всего приглянулась темноволосая девушка Марина. Не понятно, чем она зацепила Алексея, но было в ней что-то такое, отличное от всех остальных. Она общалась очень достойно, несколько раз созванивались, но не встречались. Когда свободное время было у парня, девушка была занята, либо на тренировках в фитнес - клубе, либо у подруги в гостях, либо на работе, а иногда просто не брала трубку. Сама инициативу не проявляла. Эта девушка производила впечатление дамы из высшего общества. Приглашать её в кафе или в кино было несколько тривиально, потому как уровень состоятельности Алексея конкурировал со студентами, она же работала в престижной фирме в бухгалтерии. Её фотографии на сайте так же демонстрировали высокий уровень дохода, это отчасти смущало. С одной стороны – это прекрасно, когда ты находишь свою девушку не «на помойке», с другой стороны, неизвестно, насколько прекрасно будет ей находиться в обществе бедняка. Словом, ряд организационных моментов по поводу первой встречи, времяпровождения, того как себя преподнести и прочее, несколько тормозили естественный процесс притяжения двух свободных особей противоположного пола. Прошло уже достаточно много времени, после того, как парень последний раз безрезультатно набирал её номер. И вот этот «дзынь» от неё.

- Любопытно..., – мелькнула в сознании, - ни привета, ни ответа, а тут здравствуйте, да ещё и ночью.

Пока Алексей раздумывал над дальнейшими своими действиями, от неё пришло сообщение следующего содержания:

«Извини, наверное, спишь. Перезвони когда сможешь, если не забыл меня».

Нахлынули воспоминания…

Сейчас Алексей был богат, по крайней мере - состоятелен, и всё прошлые смущения при общении с этой девушкой, теперь уже не имели под собой никакой почвы. Однако, теперь другая подленькая мысль начала подтачивать его мозг:

- А вдруг ей нужны мои деньги?

В угоду девушки заступались другие мысли:

- Нет-нет, она ничего не знает обо мне, ни о том, что я был беден, ни о том, что стал богат. Но опять же совпадения ли её звонок и моё богатство, или…

Парень перезвонил.

- Алло? – волнительно ответил девичий голос.

- Не спится? Привет Марина.

- Лёш, я начала звонить, и опомнилась, что уже ночь. Заработалась, закрутилась, на часы давно не смотрела.

- Всё нормально, я не спал.

- Ты один?

- Да, я никого не искал после тебя… ну, в смысле после того, как… в общем один.

В трубке послышался выдох.

- У тебя что-то случилось?

- Да нет, просто так всё навалилось, я ушла в работу с головой, а забот только прибавилось, и я как-то так вдруг очнулась, вынырнула на мгновение из всего этого и вспомнила о тебе. Сразу позвонила, а потом уже подумала, ну я всё-таки девушка, мне ведь простительно?

- Я рад тебя слышать, Марина...

- Я тоже рада, Лёш. Если захочешь, я послезавтра ухожу в отпуск, можем вместе провести время.

На той стороне трубке послышалось некоторое волнение. А парня с каждым словом только наполняла радость, и обгоняли друг друга мысли в голове:

- Наконец-то она это говорит, она мне звонит, она хочет со мной встретиться… ДА!!!

Алексей ответил:

- Конечно, с удовольствием, значит через два дня?

- Ну, давай к выходным, я в субботу хотела бы отоспаться подольше, редко такая возможность выпадает, вот хочу ею насладиться в полной мере, а где-нибудь часам к трём я могу быть в твоём распоряжении, - играя, произнесла Марина.

- Идёт, значит в субботу в три. Я заеду за тобой. Только адрес ты мне так и не сказала.

- Не сказала? - с наигранным удивлением произнесла Марина.

- Нет, давай срочно исправляйся, - подыграл Алексей.

- Я скину сообщением… в субботу… когда проснусь, в общем, жди, ладно?

- Давай.

- Тогда, спокойной ночи, да?

- Да, Марин, спасибо, и тебе добрых снов.

- До встречи! - попрощалась она

- До встречи..., - завершил парень.

- Чувствуется деловая хватка и конструктивный подход у этой девушки, - рассуждал про себя Алексей, совершенно забыв о сне.

Когда знакомишься с девушкой через интернет, то часто слышишь истории о том, что они работают в банках, или развивают свой мелкий бизнес, или, что работают на управляющих должностях, впрочем, и парни грешны подобными приукрашиваниями истинных событий. Но это, похоже, был ни тот случай. Всем своим нутром, Алексей понимал, что Марина честна с ним, и это ещё больше питало к ней его расположение.

***

На следующий день осчастливленный парень совершил звонок Юрию Сергеевичу с типичной просьбой, выделить не слишком значительную сумму, для поддержания финансового положения. Юрист сообщил о том, что к обеду перечислят проценты от инвестиционной деятельности за текущий месяц, которые можно будет взять в полном размере на какие угодно цели. Что же касается вопроса принятия решения, то он попросил не затягивать, ссылаясь на то, что дела пора передавать наследнику, а сейчас пока он вынужден сам заниматься деятельностью, которой заниматься не планировал, ведь у него, как и у любого другого человека есть свои дела и свои заботы. Алексей пообещал, что в оговоренный тайм-аут будет всё решено, что в начале следующей недели можно будет обсудить все детали и начать оформление документов.

На следующий день, в пятницу на карточку парня Юрий Сергеевич перевёл полагающиеся проценты. Таких денег на счету Алексея никогда не было. Да, эта шестизначная цифра не была пределом воображения, но с лихвой покрывала все ожидания.

Для первой встречи с Мариной он купил все необходимые вещи в фирменных дорогих магазинах, взял в аренду на прокат дорогой автомобиль, и к субботе был в полном боекомплекте. Оставался непродуманный момент, куда её везти в случае чего, ведь съёмная квартира бы сразу раскрыла былое скромное существование, но с другой стороны, задачи такой у Алексея и не было. Важно было понять, как она отнесётся к важному виду сейчас, и как поведёт себя потом, когда на второе свидание он придёт таким, какой есть на самом деле, без денег, дорогих машин и в скромной одежде, посетовав на то, что бизнес, к примеру, рухнул. Таким образом, во-первых, финансовый барьер будет снят по отношению к этой девушке, а во-вторых, будет понимание, останется ли после всего этого у девушки интерес к Алексею без денег, машины...

Да, при таком раскладе весьма большая вероятность была того, что провести с этой девушкой ни одной ночи вообще не удастся, но поскольку планы на неё у парня были вполне серьёзные, то в данной ситуации он всё же решил рискнуть.

В субботу в 11.22 от Марины пришло сообщение с указанием адреса. После чего она сразу же позвонила:

-Алло, вот и я, ты ещё ждёшь?

- Ну да, а что, не надо было?

- Надо, - одобрено мурлыкнула девушка, – сообщение дошло с адресом?

- Да, получил, я знаю, где это.

- Приедешь?

- Я уже в пути, - играя, немного слукавил, хотя по большому счёту, почти не обманул, ведь паренёк уже успел поставить машину на прогрев с брелка, и бегло выбрать для поездки сорочку.

- Оперативно ты, ну всё, я тогда в душ и одеваюсь!

Как же хотелось зацепиться за последнюю её фразу, и шуткануть что-нибудь такое непотребное, но в меру… Алексей не стал, и правильно сделал, иногда лучше просто промолчать, чем отпустить сомнительную шутку.

И вот, спустя чуть меньше часа, к её подъезду подъехал блестящий арендованный автомобиль. Выходя из машины, парень представлял, как она сейчас смотрит в окно с восхищением. И, набрав на домофоне номер нужной квартиры, услышал:

- Да?

- Это я, Марин.

- А, Лёш, это ты подъехал, на белом «Кадиллаке»?

- Ааа… заметила…, мои старания не прошли зря, отличненько…, - тешилось самолюбие наследника.

Он без промедления ответил:

- Да это мой.

- Ты тогда переставь его, пожалуйста, на другую сторону дома, здесь машины ставят только для разгрузки, а парковка с другой стороны, могут на эвакуаторе просто утащить…, - послышался нежданный ответ из домофона, – а потом заходи, я чай поставила!

Фееричное появление богатея потерпело фиаско, хотел щегольнуть, а получилось как всегда, но автомобиль она всё-таки оценила.

Когда же она открыла перед парнем дверь, он совершенно забыл все те уловки и темы разговора, которые готовил эти несколько дней к встрече. Её глаза так застенчиво привлекательно сверкнули, отозвавшись долгим эхом молчания в душе нереализованного романтика, что он едва не лишился дара речи.

- Проходи, - улыбаясь, шепнула она.

***

Длинное жёлтое платье с большим разрезом в области лопаток на шнуровке, блестящие туфли на каблуках у порога, аккуратный макияж, причёска и изящные движения рук, синхронно работающие с чуть уловимой мимикой, создали божественный образ неземной женщины, которая в данный момент разливает по бокалам душистый чай.

- Сахара два? – улыбаясь, спросила она.

- М-э-м, я без сахара, спасибо.

- Здорово, вот и первое сходство, я ведь сама тоже не пью чай с сахаром.

Пара приятно улыбнулась друг другу.

- Тысячу лет в кино не была, может, сходим как-нибудь? - взяла Марина инициативу в свои руки.

- С удовольствием, но давай не сегодня, сегодня я, признаться, с большим удовольствием и интересом смотрел бы на тебя, чем на самый распрекрасный экран лучшего кинозала нашего города, - этакий куцый комплимент сорвался с языка парня.

Оба немного смутились.

- Хорошо, когда твой интерес ко мне станет угасать – дай знать, сходим, что-нибудь посмотреть, - легко обыграла девушка в этом раунде.

Алексей ничего не нашёл чтобы ответить и выпутаться из этой каверзной ситуации, которую сам же и создал.

- Да, ладно, чего ты, всё прекрасно. Я поняла, что ты хотел сказать, мне приятно, - и, выдержав паузу, Марина добавила – очень.

- Может быть, просто прогуляемся немного, у тебя под окном чудная аллея, в конце которой неплохая пиццерия.

- С удовольствием, кстати, перекусить было бы не лишним, знаешь, как у нас у девушек, себе готовить – лень, так и питаешься, чем придётся. Но вообще я неплохо умею готовить, ты не подумай.

- Мне почему-то кажется, что ты всё делаешь прекрасно, - отпустил гость ещё один комплимент, по ситуации.

- Точно! - поддержала Марина, – тем более, что тебе не кажется.

И она рассмеялась так звонко и так легко, что Алексею ничего не оставалось делать, кроме как расплыться в улыбке и любоваться её красотой и непринуждённостью.

Этот день был один из тех, которые хочется хранить в памяти и время от времени как бы возвращаться в эти воспоминания. Гуляли под ручку вдоль аллеи, говоря ни о чём и о многом одновременно, отмечали какие-то общие взгляды, находили множество забавных фрагментов дня и смеялись... смеялись... смеялись... точнее просто радовались тому, что, наконец, оказались вместе и что друг друга всё-таки дождались.

Марина поцеловала парня в щёчку на прощанье, и шепнула, на ушко:

- Ты классный!

И это перевернуло в нём всё. Алексей понял что влюбился. Марина всё ещё стояла напротив и держала кончиками пальцев его за руку.

– Мы ведь ещё встретимся? - спросила она, дав понять, что на сегодня пора поставить многоточие, всё остальное, быть может, потом.

- Конечно, - ответил Алексей.

На этом ребята расстались, неохотно размыкая лёгкое соприкосновение рук…

***

На следующий день, Марина уехала к родным за город, она написала, что приедет через четыре дня, Алексею же выдалось свободное время на оформление необходимых документов. Как объяснил Юрий Сергеевич, вступить в права наследника можно будет через полгода, но документы оформить должным образом требовалось незамедлительно.

Наследник согласился с предложением человека, которому доверял его отец, оставить двенадцать миллионов рублей в инвестиционном бизнесе, и вполне себе комфортно жить на проценты, которые значительно превышали уровень получаемой заработной платы на занимаемой им до сих пор должности. Кроме того, он получил ряд рекомендаций, по поводу дальнейшего ведения финансовой жизни своей семьи, которой планировал обзавестись в ближайшем будущем. С работы Юрий Сергеевич посоветовал не увольняться, а избыток средств использовать для пополнения инвестиционного фонда.

И вот, когда бумажная волокита была завершена, пришло сообщение от Марины, что завтра она выезжает, и будет в городе к вечеру. Договорились встретиться на утро следующего дня после приезда.

Как же долго тянулись сутки.… Всё больше ковырял подкорку мозга зародившийся мысленный червь. Какое-то интуитивное чувство всё время подкидывало мысль о том, что Марина как-то связанна со всей этой историей с наследством. В это не очень хотелось верить, ведь девушка Алексею очень понравилась, ему очень не хотелось чернить её образ меркантильными мыслями, но внутренний голос всё время пытался что-то донести.

- В конце - концов, послезавтра я с ней встречаюсь, предстану бедняком, как и планировал, а там уже будем действовать по ситуации. Посмотрю на реакцию, послушаю, что скажет, - успокоил себя парень.

В парке, на второй скамье от фонтана, где была назначена встреча, Алексей ожидал девушку в смешанных чувствах.

- А что если она и вправду как-то связанна со всем тем, что произошло в последнее время? С этим объявившимся наследством, доставшимся от отца?

Минуты тянулись, мысли метались.

- Да нет, не может быть. Откуда бы она узнала? Я и сам узнал случайно. И потом, мы же с ней на сайте знакомств встретились. Даже если бы она как-то узнала о наследстве, она бы никак не смогла узнать, что я в тот момент был зарегистрирован на сайте для знакомств, тем более на каком именно. Нет, не может этого быть, - отвечали одни мысли другим.

И, тем не менее, какое-то внутреннее убеждение говорило о том, что девушка эта появилась в его жизни не случайно.

- Привет! – прервало короткое яркое эмоциональное приветствие мысли Алексея.

Марина стояла у края скамейки и нежно улыбалась. Она была в тёмных очках, в прекрасном летнем платье, очаровательных туфельках на высоком каблуке. Алексей же пришёл в поношенной майке, джинсах с вышарканными карманами, кроссовках, почтенного возраста. Представление начиналось.

- Марина, очень рад тебя видеть, здравствуй, - начал парень.

- Футболка, джинсы. Значит, ты не всегда ходишь в рубашке, брюках и пиджаке? – с интересом спросила девушка.

- Да тут, в общем, такая история...

- Нет, всё хорошо, я рада, что ты сегодня в обычном. Признаться, меня немного насторожил твой строгий стиль, когда мы встретились первый раз. Подруга встречается несколько месяцев с парнем. Он такой весь правильный, рубашечка, галстук всегда, ботинки блестят. В машине всегда газетки постелены на ковриках, кушать садиться - всё строго по этикету.

- Это плохо? – не сдержал любопытства Алексей.

- Во всём должна быть мера. Пойти в ресторан или театр, на значимую встречу – конечно, деловой вид в этих случаях к лицу и к месту, но превращать всю жизнь, в кем-то написанную в западном стиле книгу... Судить не мне, о вкусах не спорят, но подруга уже думает, как сообщить этому парню о расставании. Аккуратность – это здорово, но когда она переходит в перфекционизм, это уже патология. Скучные эти люди, очень ограниченные в своих представлениях, с ними не интересно, живые мертвецы в чистых глаженых рубахах. Это такие же штампы, от которых они пытаются отличиться, только штампы другого уровня. Подчас, это даже хуже. Впрочем, кому что. Словом, я рада видеть тебя вот так по-простому, без пафоса. Ну что идём гулять?

- Да, конечно, - сказал парень, вставая со скамьи.

Марина взяла Алексея под ручку, и они пошли по аллее парка.

- Куда бы ты хотела пойти?

- Не знаю, можем просто погулять. Я хотела встретиться с тобой, может быть девушка не должна говорить об этом на втором свидании, но я скучала. Так что, не важно - куда, главное, что мы увиделись, уже хорошо.

Слова Марины ласкали слух. Она наперёд говорила всё то, что так хотелось слышать. Но бдительность не дремала!

- Марин, я должен тебе сказать, - начал Алексей...

Девушка насторожилась.

- Я сегодня в обычном наряде, назовём его так, не потому что... нет, не так...

- Да что стряслось-то? В чём проблема, Лёш? Наоборот хорошо, что ты так пришёл, всё нормально.

- Да нет, хорошо, что хорошо, я о другом хотел сказать.

- Извини, перебила тебя, говори.

Алексей остановился, Марина ослабила хватку и посмотрела парню в глаза.

- Когда я приезжал к тебе в прошлый раз, я был достаточно состоятельный человек, а сейчас ситуация изменилась. Сильно изменилась. У меня нет теперь ни той машины... даже того костюма нет, в котором я приезжал. Извини, я подумал, что должен сказать тебе об этом.

- Что у тебя произошло? – спокойно спросила девушка.

- В мире бизнеса так всё не надёжно. Было всё хорошо, а потом раз и резко ничего не стало. Мне очень хочется пригласить тебя куда-нибудь, но у меня в кармане денег только на обратный проезд. Прости меня, я сегодня не могу тебе ничего предложить...

Парень посмотрел в глаза Марине. Лицо её выражало недоверие.

- Ааа..., протянула она, - ясно. Ну, тогда пока, не буду на тебя тратить время, раз ты стал бедным.

Марина совсем отпустила руку, помахала рукой, повернулась и сделала пару шагов в обратную сторону, но тут же повернулась с широкой улыбкой и произнесла:

- Думал, я так скажу да?

За эти несколько секунд у парня всё внутри оборвалось. Он уже успел десять тысяч раз пожалеть о своём эксперименте и проверке на вшивость. В эти секунды он готов был принять Марину даже при условии, что она с ним только из-за денег. Он просто не ожидал такой реакции и не успел ничего сказать. Лицо его слегка перекосилось в непонятных выражениях.

- Расслабься, Лёш, всё хорошо. Пришло – ушло. Это жизнь, Здесь всегда так, это нормально. Мне не интересно, в дорогой ты одежде пришёл на свидание или в дешёвой. Не важно, сколько ты зарабатываешь и зарабатываешь ли что-то в данный момент. Мне важно, что я увидела в тебе что-то настоящее, и это настоящее мне очень симпатично.

Девушка вновь взяла парня за руку, только на этот раз покрепче и поцеловала нежно в щёку.

- Так ведь и до инфаркта не далеко, - наконец выдавил что-то из себя Алексей, - у меня чуть сердце не выпрыгнуло, Марина, не пугай меня так больше никогда, пожалуйста.

- Хорошо, прости, будем считать, что это была неудачная шутка. Давай посидим в кафе, поедим мороженого, я угощаю!

- Нет – нет, я так не могу. Парень должен платить, а не девушка.

- Очень здорово, что ты придерживаешься таких принципов, прямо рыцарь, но позволь мне реабилитироваться за неудачную шутку? Разреши мне угостить тебя? Немножко, я очень хочу сделать тебе приятное и сейчас у меня есть такая возможность. Пожалуйста, не забирай её у меня?

Марина посмотрела такими глазами, что отказать ей было бы просто преступлением.

- Ну... если только немножко, - пошёл на компромисс Алексей.

- Вот и ладушки! – обрадовалась Марина.

Вечер был чудесным. После кафе была долгая прогулка, которая увенчалась прощальным поцелуем в губы. Перед тем как расстаться и неохотно отпустить пальцы рук, пара пообещала друг другу встретиться через пару – тройку дней.

***

Алексей был счастлив. По-настоящему счастлив. Не так давно у него была средней паршивости работёнка, никакой личной жизни, вялые перспективы на жизнь. Сейчас у него было всё, всё что нужно для того чтобы чувствовать себя свободным и счастливым.

В прекрасном настроении он ложился спать и с нетерпением ждал следующего утра. Смыкая веки, он думал о Марине, о том, какая она замечательная и как ему с ней повезло. Интуитивные позывы практически перестали бить тревогу, а то, что пыталось голосить внутри – забивалось умом в дальний угол. Алексей спал, нежная улыбка отражалась на его лице. Снился приятный сон, он шёл по проспекту, любовался городскими зданиями, некоторые из них были выполнены в оригинальных стилях европейской архитектуры. Вдруг на другой стороне дороги Алексей увидел Надю. Ту самую Надю, которая была на студии в том сне. Странное ощущение понимания прокатилось по подсознанию. Алексей понимал, что эта девушка ему в прошлый раз приснилась, он так же понимал, что всё то, что вспомнилось – не было сном, и сейчас стоял третий вопрос – спит ли он в настоящий момент? А если спит, то, что есть сон?

Надя везла коляску с младенцем, её молодой человек какое-то время шёл рядом с ней, потом поцеловал, девушка махнула ему рукой, и парень торопливо направился по одной из дорог перекрёстка. Надя перешла через дорогу и пошла в ту же сторону, что и Алексей, обогнав его на перекрёстке.

- Надя? – осторожно спросил парень.

Девушка обернулась.

- Лёша?

- Привет.

- Здравствуй. Не ожидала тебя здесь увидеть.

- Часто стали видеться с тобой...

- Часто? Леш, ты чего, мы же со школы не виделись. Сколько лет прошло, я тебя не сразу узнала, ты сильно изменился. Ты по-прежнему рисуешь?

В памяти тут же всколыхнулись воспоминания школьных лет. Алексей припомнил, как в те счастливые годы носился по школьным коридорам с мальчишками за девочками. Особенно трепетно вспоминались уроки рисования. Учительница каждый раз на уроке отмечала Алексея, пророча ему большое будущее художника. Рисунки парня на самом деле резко отличались качеством и новизной по сравнению с другими работами. Лёша – спокойный, весь в себе мальчик целыми днями напролёт рисовал пейзажи, натюрморты, иногда рисовал образ с фотографии или фиксировал на бумаге воображаемые портреты див. Его комната была забита скрученными в трубочку холстами, и выглядела подобно старинной библиотеке, хранилищу свитков.

Надя была не очень сильна в рисовании, она часто подходила к Лёше после уроков и допытывалась с тем, чтобы он научил её рисовать так же красиво, как это делал он, но научить этому парень не мог. Можно научить человека буквам и цифрам, обучить писать, считать, читать, но как научить чувствам, как объяснить ту неуловимую грань, где творчество духовное плавно начитает обретать материальные черты? Ответить на эти вопросы парень не мог.

В старших классах рисования уже не было как дисциплины, парень рисовал в тетрадях на уроках математики и физики. Точные науки его не интересовали, с трудом удавалось вытягивать годовые тройки. Его это устраивало.

После выпускного, он ни с кем не виделся из одноклассников, потому что уехал в Польшу с родителями, где поступил в художественное училище, открыл лавку по рисованию портретов, тем и жил. В Россию Алексей приехал пару дней назад повидать родственников и уже через три дня должен был отправляться обратно.

- Так ты стал великим художником? – с ноткой сарказма переспросила девушка.

- Я пишу картины, выставляюсь на некоторых площадках. За всё время продал не больше пятидесяти работ. Живу в основном тем, что рисую портреты. Так что великое, наверное, для меня всё ещё где-то в будущем. Но я вполне счастлив. Занимаюсь любимым делом, имею приличный доход. Я видел тебя с тем парнем, что убежал по той дороге, это твой муж? – задал в свою очередь вопрос Алексей.

- А... ну, нет, увы, мужа у меня нет, пока нет. Тот парень, это... в общем, знакомый.

Алексей понял, что в личной жизни одноклассницы не всё гладко, лезть в душу не стал. Единственное что спросил:

- Кто у тебя? Дочка? – заглянув в коляску. Но и тут попал впросак.

- Это мальчик, сын сестры. У меня нет своих детей, Бог не дал. Какой-то сбой в гормонах, врачи разводят руками. Вот, вожусь с племянником, радуюсь, глядя на его первые неуклюжие шажки.

- Извини..., – растерянно протянул парень, сочувствуя положению Нади.

- Ничего, всё нормально. Конечно, для женщины важна семья, но в мире много тех, кому не повело больше моего. У меня есть руки, ноги, зрение, я не могу иметь ребёнка, но всё же способна дарить любовь, тем и живу...

На глазах Нади появились слезинки. Девушка улыбнулась, стараясь скрыть слёзы. Алексей же своих прятать не стал.

- Лёш, ты чего? Всё нормально! Ты это из-за меня? Надо же какой ты чувствительный, обычно парни не такие.

- Ты забыла... Я ведь художник, а творческий человек значительно более чуток ко всему живому... чувства, трепет, недосказанные слова, громко вибрирующие в пространстве... Я не стыжусь своих слёз, они вовсе не из жалости. Я не сдержал их потому, что увидел в тебе тот свет, которого давно уже не видел у своих клиентов в Польше. Что не говори, Россия – страна живых душ. Рад был повидаться с тобой, Надя.

- Я тоже рада была встрече. Успехов тебе на творческом поприще. Ты талантлив, очень талантлив, не забывай этого никогда. Иди вперёд, как бы трудно не было, не останавливайся. Я верила в тебя в школьные годы, верю и сейчас. Ты добьешься успеха и станешь знаменитым на весь мир. Храни тебя Господь, Лёша... прощай...

Надю словно окутал ореол света, в момент произнесения последних слов. Она положила свою ладонь на руку парню, улыбнулась сквозь печаль и пошла своей дорогой, не оборачиваясь.

Алексея разбудил звонок телефона. Он судорожно подсочил на кровати, сориентировавшись, схватил трубку телефона и, запыхавшись, спросил:

- Да? Алло? Кто это?

- Я по поводу Вовочки Семёнова, здравствуйте. Из восьмого отделения, скажите, появилась какая-нибудь информация? – молящим уже знакомым голосом спрашивала женщина. Она в прошлый раз звонила так же среди ночи, что-то спрашивала про хирурга, глаза, повязку. По всей видимости, это был не розыгрыш, она на самом деле звонила в больницу, но путала уже второй раз номер телефона.

- Ему лучше... лучше..., - не сразу ответил Алексей.

- Как хорошо... Спасибо вам. А я смогу его навестить в этом месяце?

- Подойдите на следующей неделе, понаблюдаем за состоянием, будем надеяться, что всё уже будет хорошо к тому моменту.

- Спасибо вам доктор большое. Спасибо.

Женщина положила трубку. Алексей вытащил из сети провод домашнего телефона. Он не мог объяснить, зачем он сказал сейчас этой женщине то, что сказал. Просто почувствовал, что должен был произнести в ответ именно это и, будучи в полудрёме просто не стал сопротивляться своей интуиции.

Алексей сходил в ванную, сполоснул лицо водой и уставился в зеркало, упёршись руками в раковину.

- Что со мной происходит? – спросил он у отражения, - что это за истории, которые всплывают в моей голове? Это не сны... я чувствую это, это что-то большее. Одна и та же девушка, Надя... Один и тот же я... но разные жизни, разные события, разные... может быть даже миры. Что происходит? Кто я есть? Кто есть все эти люди, что ходят по Земле?

Ещё раз, сполоснув лицо водой и вытерев его насухо полотенцем, парень отправился в спальню, выключив свет.

***

Марина ходила по магазинам, присматривая новый сарафан для очередной встречи с Алексеем. На улице становилось всё жарче, а гардероб девушки для жаркого летнего периода оставлял желать лучшего. Наряжаться прежде было сильно не для кого, поэтому вопрос приходилось решать сейчас в оперативном порядке.

Примерив, очередной сарафан, девушка осталась довольна. Выйдя из примерочной и направившись к кассам, она вдруг встретила Алёну, ту самую подругу, которая собиралась расставаться с богатеньким эрудитом.

- Мариш, привет, - увидев приближающийся знакомый силуэт, отреагировала подруга, - хорошо, что ты здесь, мне нужно с тобой поговорить. Давай сядем где-нибудь, у тебя есть полчаса?

- Привет, Алён. Я не тороплюсь, давай вон там, на диванчике, пока свободно.

- Сейчас я только возьму кое-что..., я догоню, займи пока место ладно?

Марина одобрительно кивнула подруге, рассчиталась за сарафан и заняла диванчик в зоне отдыха торгового центра. Алёна не заставила себя долго ждать.

- Что стряслось, подруга? – заинтересованно спросила Марина.

- Через час встречаюсь с Данилом!

- Ты же хотела расстаться с ним?

- Я и сейчас хочу.

- Не поняла?

- Не могу я так вот раз и сказать, что между нами всё кончено. Он меня ни разу ничем не обидел, старается быть внимательным, обходительным, но какой-то он не настоящий, понимаешь? Не живой.

- Разве для того чтобы расстаться, нужно обязательно чтобы тебя обидели? Иногда люди расстаются хорошо, без ругани и скандалов, остаются друзьями. Впрочем, друзьями – это сильно сказано, знакомыми, иногда приятелями, но это реже.

- Да знаю - знаю, но не могу собраться духом, чтобы начать этот разговор.

- Но ты точно решила, что будешь с ним расставаться?

Алёна кивающее качнула несколько раз головой, устремив печальный взгляд в глаза подруги, потом произнесла, опустив глаза:

- Он любит во всём строгий порядок, но вместе с тем и подразумевает тотальный контроль. В машинах ни пылинки, в доме всё по полочкам, пустынный холл, зал, кухня в мраморе. Всё чисто, дорого, стильно, но неуютно вообще. Мне неприятно там находиться. Понимаешь, в его доме нет жизни, а порой мне кажется, что жизни нет и в нём самом. Я встречала таких людей прежде, называла их ценителями мёртвых домов, и вот мой новый избранник оказался таким же. Расскажу одну историю. Как-то раз на прошлой неделе я посадила в машину с собой Славика, помнишь сына Дины? Ребёнок пяти лет. Мы шли из поликлиники с ним, Дина попросила сходить, а Данил мимо проезжал, увидел меня, предложил подвезти. Я посадила ребёнка на заднее сиденье, пристегнула, но он сандаликом задел за спинку водительского сидения. Так Данил был готов ему нож в сердце вонзить, судя по взгляду. Я не села рядом с ним, тогда, рядом с ребёнком сзади устроилась. Ехали молча, я всё смотрела на эти газетки под ногами и думала, хочу ли я такой жизни.

- Бред какой-то, - отозвалась Марина.

Для тебя бред, для меня тоже, а для него это норма. Он не понимает, как можно по-другому.

- Так зачем ты с ним встречаешься через час?

Алёна посмотрела на часы.

- Уже через сорок пять минут, - со вздохом сказала она, - не хочу.

- Так не иди!

- Я думала, сегодня встретимся, и я ему всё скажу.

- Уверена, что скажешь?

- Нет... Уже сколько раз пыталась. Как-то раньше такой проблемы не было. Не понимаю, почему не могу сейчас. Он словно меня гипнотизирует.

- Тогда сделай проще! Зачем тебе себя мучить и ему мозги крутить. Доставай телефон прямо сейчас!

Алёна достала телефон.

- Дай-ка сюда, - попросила Марина.

Подруга разблокировала экран и с опаской протянула телефон.

Марина зашла в сообщения, создала новое, набрала текст:

«Привет, Данил. Извини, на встречу не приду. Должна была тебе раньше сказать, да не решалась, боялась сделать больно, и всё-таки должна это сказать, чтобы быть честной перед собой и тобой. Не сложились у нас с тобой отношения, прости. Не ищи больше встреч со мной. Не звони и не пиши больше. Удачи тебе. Прощай!»

После этого Марина протянула телефон Алёне.

- Тебе осталось только выбрать адресата и нажать кнопку отправить. Если не решишься сделать даже этого, то объясниться лично точно не сможешь, - пояснила она.

Алёна прочитала текст, задумалась.

Марина встала с дивана и взяла в руку пакеты с вещами.

- Ты куда? – взмолилась подруга.

- Извини, Алён, я обещала навестить родственника, мне уже пора. Определяйся. Увидимся.

Марина ушла, а Алёна ещё раз прочитала текст, выбрала в списке контактов Данила и, глубоко вздохнув, нажала - отправить. После чего отключила телефон, взяла свои покупки и с облегчением на лице направилась домой.

Марина подошла к подъезду высотки и набрала номер квартиры. В домофоне ответил голос мужчины:

- Кто?

- Это я, - ответила девушка.

Двери открылись.

Поднявшись по лестнице на второй этаж, Марина услышала, как щёлкнул засов дверей, на лестничную площадку вышел Юрий Сергеевич и, подмигнув, кивком пригласил девушку в квартиру.

***

Алексей всё никак не мог отделаться от мысли, что Марина каким-то образом причастна к последним событиям в его жизни, но объяснить этого странного чувства себе не мог. Вместе с тем, он доверял ей, его всё больше тянуло к этой девушке. Созванивались каждый день, сообщения утром и вечером стали для них нормой.

Придя домой вечером с работы, Алексей позвонил Марине.

- Привет, - звонко прозвучал её голос в трубке телефона.

- Здравствуй, не занята?

- Занята, но для тебя время найду.

- Приятно. Да я так, просто соскучился.

- Я тоже по тебе скучаю. Встретимся завтра?

- Я тоже хотел предложить. Куда пойдём? – обрадовано произнёс парень.

- Ты бывал в новом сквере на Западном?

- Нет, но слышал, что там красиво.

- Может, сходим?

- С удовольствием. Давай тогда часов в семь вечера у церквушки на Михайловке?

- Идёт.

- Ну, всё, тогда не отвлекаю.

- Спишемся ещё, - сказала Марина и отключила линию.

В семь вечера Парень уже стоял с цветами у входа в церковь, у которой условились встретиться. До нового сквера отсюда было всего пару остановок. Алексей про себя отметил скромность запросов девушки. Она не просила вести её в кино, ресторан, на выставку или в театр. Всё что предполагало какие-либо растраты как-то обходило его стороной. С другой стороны, чувство непонятного смятения подначивало изнутри тот момент, что девушка может сейчас намеренно казаться белой и пушистой, для того, чтобы потом сорвать куш. Думать об этом очень не хотелось, но большие деньги почти всегда сопровождаются большими проблемами, хоть бы даже и внутренними.

- А вот и я, - послышался звонкий голос Марины.

Обернувшись, парень увидел шикарную девушку в ярком новом сарафане.

- Шикарно выглядишь, - оценил Алексей.

- Спасибо.

- Ты так как-то всегда неожиданно подкрадываешься, застаёшь меня врасплох.

- Извини, не специально. Ты просто задумчивый какой-то, где-то витаешь, пока я подхожу, вот и не замечаешь, пока голос не подам.

- Может ты и права. С бизнесом не всё гладко, я говорил, вот и думаю всё время о том, как всё наладить, - сориентировался парень.

- Да понятно, но я всё же попрошу на время нашей прогулке стараться не думать о том, что осталось где-то там. Сейчас здесь ты и я.

Марина подала руку Алексею, он трепетно её взял.

- Идём? – спросила она.

- Пешком дойдём до сквера?

- Тут же рядом, давай пешком, если ты не против.

- Я за! - согласился Алексей.

Пара «поплыла» под ручку на зависть всем встречным холостякам.

- Рассталась всё же моя знакомая с тем парнем, что я тебе рассказывала, - начала беседу Марина, пришлось ей немного помочь, правда.

- О как? А крайней потом не выйдешь?

- Чем я рискую. Отговоришь – будешь виноватой, поддержишь – опять же на тебя все шишки падут. Мы же подруги, тут как не крути, крайней всё равно придётся быть, так что...

- Да, занятно всё у вас, у девушек.

- Да, мы оригинальные существа. Ну а у тебя что нового?

- Всё больше влюбляюсь в одну девушку...

- Да ты что? – наигранно удивилась Марина, - расскажи мне о ней?

- Ну, она такая... знаешь, в неё невозможно не влюбиться.

- Так уж и невозможно? – улыбаясь, спросила девушка, прильнув щекой к плечу парня.

- Не знаю как другие, я не смог устоять, но я и не сопротивлялся особо.

- А что же в ней такого особенного? – не унималась Марина.

- Она умна, очень красива, молода, что приятно.

- Да? А сколько ей?

- Не знаю, - сконфузился Алексей.

- Ну, примерно?

- Да я как-то не спросил, неловко как-то.

- Ты смотри, сейчас тоналок разных, теней уйма. Так вот влюбишься, женишься ещё чего доброго, а потом узнаешь, что с бабушкой шестидесяти лет судьбу соединил, - играла свою роль Марина.

- Да нет, ей лет двадцать..., – слукавил Алексей.

- Да что ты?

- Ну, может двадцать два..., - ответил парень.

- Да... Мне её не обойти в конкуренции, что не говори, а молодая девка имеет серьёзный перевес в свою сторону, по сравнению со мной, тридцати трёхлетней дивой, - разоблачила себя Марина.

- Тебе тридцать три? Не может быть?

- Я тебя разочаровала?

- Нет... нет-нет, Марина, ни в коем случае, просто мне тоже тридцать три, мы с тобой как-то не говорили о возрасте, а что было указано в анкете у тебя, я признаться не помню. Но ты, правда, выглядишь лет на двадцать.

- Спасибо, а вон и сквер, слушай, правда, красиво даже отсюда, пойдём скорей, мне не терпится увидеть это...

Пара провела прекрасный вечер, гуляя по новеньким асфальтированным дорожкам среди молоденьких аллей.

Расставаясь, Марина спросила:

- А что, если на следующую встречу я приглашу тебя к себе?

Парень улыбнулся в ответ.

- Хочу что-нибудь для тебя приготовить. Что ты любишь?

- Я в принципе люблю домашнюю еду, так что не ошибёшься.

- Здорово, тогда... может, завтра приедешь?

- Я завтра смогу, но только после работы, так же вечером. Ничего?

- Ничего. Я завтра выходная, как раз к вечеру успею что-нибудь соорудить. Адрес помнишь?

- Да.

- Отлично, тогда до завтра?

- До завтра.

Марина поцеловала своего парня в пограничную зону между губами и щекой и с улыбкой простилась.

***

Ночь для Алексея выдалась беспокойной. Сначала он долго не мог заснуть, потому что представлял себе завтрашнюю встречу с Мариной. Думал о том, как далеко зайдут их завтрашние отношения. Стоит ли идти до конца или лучше выдержать паузу. Девушкой он этой очень дорожил, поэтому боялся оступиться. Терзания на счёт её причастности к наследству потихоньку стали отпускать рассудок. Телефон парень заведомо отключил, чтобы никаких звонков ночью не поступало. Да и вообще он стал подумывать о том, чтобы вовсе отказаться от услуг домашнего телефона, поскольку все звонки совершал с мобильного.

Снилось несколько снов, все сумбурные, но запомнить ничего не удалось. Алексей просыпался несколько раз за ночь, включал торшер, смотрел на часы и ложился вновь. Утром встал разбитый, но день провёл на энтузиазме, ввиду ожидаемой вечерней встречи.

По окончанию рабочего дня он успел зайти домой, принять душ и переодеться, не забыв отправить контрольное сообщение:

«Всё в силе?»

Ответ пришёл минут через пять:

«Через десять минут ставлю в духовку, через полчаса будет всё готово! Жду!»

Алексея ждал пирог с яблоком и черноплодной аронией. Парень принёс вино, которое уже играло на свету в бокалах. Говорили о разном. Немного о прошлом, о настоящем, о еде. Ближе к девяти вечера у Марины зазвонил телефон.

- Да? – ответила она, - Уже? Ладно.

Марина положила трубку и дала короткое пояснение:

- Лёш, я оставлю тебя минут на пять хорошо? Там внизу ждёт человек, мне нужно кое-какие документы по работе у него взять. Я туда и обратно, хорошо?

- Конечно, мне погулять пока?

- Нет, что ты, сиди здесь, телевизор пока посмотри, пульт там, на полке. Я мигом.

Марина накинула босоножки, взяла ключи и вышла. Парень решил, пользуясь случаем, поизучать квартиру. Он прошёл в кухню, посмотрел что там, потом вышел на балкон в зале, потом прошёл в спальню, там за тюлем оказался ещё один балкон на другую сторону дома. Алексей ненароком посмотрел вниз и увидел на углу дома Марину, она держала в руках какие-то документы около машины и, улыбаясь, разговаривала с водителем. Девушка перекинулась несколькими фразами и поспешила домой. Алексей уже собирался вернуться в зал, но вдруг увидел, что водитель открывает дверь. Ему стало интересно, с кем встречалась его девушка. Но как только человек вышел из авто, чтобы протереть ветровое стекло, Алексей переменился в лице. Водителем был ни кто иной, как исполнитель завещания, Юрий Сергеевич.

Опасения подтвердились, девушка оказалась не случайной встречной в этот жизненный период. Разбираться в нюансах сейчас парню хотелось меньше всего. Он выбежал из квартиры, поднялся выше на пролёт лестничной клетки, Марина поднялась и вошла в квартиру менее чем через минуту. После этого Алексей что есть сил, рванул вниз по лестнице. Когда дом уже был позади, зазвонил его мобильный телефон. Он скинул вызов и подался прочь.

Марина обошла всю квартиру. Покликала Алексея, он не ответил. Потом позвонила ему на сотовый, он скинул вызов. Девушка села на диван со словами:

- Вот уж правда, не рой яму другому, сам в неё попадёшь. Теперь мне, похоже, остаётся только дождаться сообщения сродни того, что я набирала для парня Алёны...

***

- Как же теперь управляться с делами по бизнесам отца? – думал Алексей, скитаясь по городу, - ведь этот жук Юрий Сергеевич обо всех делах в курсе, раз всё идёт через него. Наверняка мне отвёл всего лишь какую-то незначительную часть от того, что мне полагается, остальное перевёл на себя или на кого-то из своих. И даже из того, что мне досталось и то, подсуетился, девчонку подсунул. Хитрый жук. И ведь почти всё получилось у него. Вот я осёл. Обвели вокруг пальца и не подкопаешься.

На улице становилось всё темней, парень всё ещё выстуживал буйную голову и пытался найти хоть какие-то решения для образовавшихся вопросов.

- То-то мне этот юрист не советовал увольняться с основной работы, знал наперёд, что заберут всё, - бесновались мысли.

- Как же теперь всё устраивать? Как и где вообще теперь искать будущую жену, чтобы в очередной раз не напороться на мошенницу? Одна ситуация и жизнь кувырком. Какая она всё-таки не стабильная эта жизнь.

Несколько бутылок спиртного помогли парню забыться на один вечер. Домой он пришёл в изрядно выпившем состоянии. Кое-как разделся и свалился спать на диван.

Сны сменялись один за другим. Где-то главным героем сюжетов был сам Алексей, где-то наблюдал за происходящим в качестве вездесущего зрителя. В одном из снов он увидел Надю. Девушка была в дорогом стильном одеянии. Стиль вроде как офисный, но как будто только с подиума показа мод. Она шла под ручку с не менее обеспеченным парнем, что можно было понять не только по его костюму, но и по причёске, которая делается далеко не в каждом салоне красоты.

Надя не улыбалась, лицо её было даже немного каменным, не похожим на то, что воспроизводилось в других снах. Она остановилась напротив салона одежды и обратилась к парню держащего её под руку:

- Данил, давай зайдём, вот этот джемпер вроде ничего.

- Да, дорогая, тебе пойдёт. Давай глянем, может, я и себе здесь что-нибудь присмотрю.

Пара вошла в магазин. Алексей всё это наблюдал и слушал как бы из пустоты. Сон стал заиливаться и теряться в сознании. Единственное что он для себя отметил, это то, что в данном сонном воплощении жизнь у Нади удалась, по крайней мере, в финансовом смысле, судя по ценнику на джемпере в магазине, который даже пьяное сознание отметило для себя во сне возмущением.

Разбудил Алексея телефонный звонок. Он по привычке схватил трубку домашнего телефона, но звонил в этот раз мобильный. Не всматриваясь сонными глазами в определитель номера, парень ответил:

- Алло?

- Лёша, - послышался тревожный голос Марины, - слава богу - ответил, я уже вся извелась. Что-то случилось?

Алексей понял, с кем разговаривает, вспомнил вчерашний вечер и хриплым голосом произнёс:

- Зачем ты так со мной?

- Извини? – не поняла девушка.

- Ты узнала о наследстве и поэтому решила меня охмурить?

- Лёша, я не понимаю, что ты такое говоришь. Почему ты ушёл, что произошло?

- Я всё видел, - перебил парень.

- Что ты видел?

- Я видел, с кем ты встречалась.

- Встречалась с кем? Когда?

- Не делай из меня идиота, прошу тебя. Я видел, что ты выбегала вчера, чтобы встретиться с Юрием Сергеевичем.

- Юрий Сергеевич? Откуда ты его знаешь? Да, это мой дядя, он юрист, я подкинула ему халтурку по работе, он привёз мне вечером результаты, чтобы я передала их в бухгалтерию своей фирмы. Но причём здесь он?

В голове у парня всё перевернулось. Остатки хмеля выветрились моментально. С одной стороны он испытал огромное облегчение, с другой стороны такой стыд, что хотелось распасться в воздухе на атомы.

- Лёш? Ты здесь? Что произошло? Почему ты исчез? Я что-то сделала не так?

- Марина..., - прошептал Алексей, - какой же я идиот... я чуть своими собственными руками не разрушил счастье, которое так трепетно нёс все эти дни, что мы с тобой знакомы.

- Ты сказал про какое-то наследство, я не совсем поняла, что ты имел в виду.

- Я всё расскажу, тебе, Марина. Больше никогда ничего от тебя скрывать не буду, даю слово.

- Ты больше не сердишься на меня?

- Ты ни в чём не виновата, это я параноик и болван. Прости меня, пожалуйста, я ... Давай встретимся где-нибудь? Хочешь в кино или театр. Самый лучший ресторан в городе, всё к твоим ногам, Марина!

- Ого, вот это преображение. Откуда такие возможности? Премию что ли получил?

- Я всё тебе расскажу, только, пожалуйста, позволь тебя любить, как и прежде и надеяться хоть на капельку взаимности.

- Зачем же на капельку, принимай весь океан... всё тебе. Я счастлива, что ты у меня есть.

- Марина... как же сильно я тебя люблю...

***

Алексей слышал свою интуицию, но не умел её слушать. Она не обманула, Марина действительно оказалась некоторым образом связана со всей этой историей с наследством. Интуиция – это самый верный и преданный друг человека, но она всегда работает в паре с ощущениями - чувствами, а не с логикой. В этом и заключалась коренная ошибка, которую допустил наследник, не первый и не последний на этой Земле. Развитая интуиция и доверие к себе, к своему собственному внутреннему миру приоткрыло завесу прошлого, которое является ничем иным, как настоящим, показав некоторые сюжеты с девушкой Надей. Но эти сюжеты канули в безызвестность, поскольку новая жизнь парня полностью поглотила его в очередной призрачный счастливый сон.

В хирургическое отделение местной больницы пришла женщина. Обозначенный по ошибочному телефону срок карантина истёк, она мечтала увидеть сына Володю Семёнова. Врачи сообщили, что неделю назад мальчик действительно стремительно пошёл на поправку, его перевели из реанимации в обычную палату и маму впустили к сыну.

Всю эту неделю она радовалась полученному от случайного парня известию о том, что ребёнок выздоравливает. Питала положительные эмоции, дарила миру больше любви, и мир ответил тем же.

Женщина зашла в палату с авоськой фруктов, сын повернул голову в сторону скрипнувшей двери, посмотрел в её сторону и окрепшим голосом произнёс:

- Мама!

Добра Вам и Света!!!

Николай Лакутин

Обложка книги разработана автором в дизайнерской программе и является интеллектуальной собственностью Николая Лакутина.

Официальный сайт автора http://lakutin-n.ru

 

Эту короткометражку - обращение я написал в память поколениям. Вопрос, который здесь поднимается, стоял тогда, когда первые люди ступили на Землю, и будет задаваться тогда, когда последние представители рода человеческого будет доживать свой век. Семья... не просто так нас тянет друг к другу, ребята...

Николай Лакутин

 

  На сайт Сем отношения

 

 

Семейные отношения, всего один вопрос.

 

Здравствуйте дамы и господа. Эту небольшую рукопись я приготовил для тех, кто в разные времена, каждый в своё, будет искать ответ, на вопрос, относящийся больше к вотчине внутреннего мира, нежели мира внешнего. Ибо именно внутренние ощущения создают для нас дискомфорт, переживания и вызывают смятения в отношении дальнейших действий по вопросу семейных отношений. Стоит ли идти и дальше вместе, или же пришло время отпустить друг друга. Или может быть есть смысл просто подкрутить нужные шестерёнки, заменить изношенные механизмы и, обновив отношения, устранив при этом былые проблемы, вообще забыть о том, что существовал этот вопрос?

 

Все варианты нужны и порой необходимы, коль уж они существуют. Как же поступить конкретно Вам? Ведь если Вы читаете эти строки, то вероятно, вопрос семейных отношений для Вас носит отнюдь не поверхностный характер. По крайней мере, Вы наверняка, знаете, что это такое и с чем его едят. Хорошо, будем мыслить позитивно и придерживаться того принципа, что у всех читателей данных строк всё хорошо. Хотя бы потому, что признаться в первую очередь себе в том, что проблема есть – это уже сильный жест, не многие на это способны. Впрочем, мне бы конечно очень хотелось верить, что в большинстве случаев всё-таки всё более-менее гладко.

 

Итак, ко мне часто обращаются с огромным количеством проблем, жизненных ситуаций и порой, целым комплексом особенностей конкретных семей, которые, в общем и целом, сводятся к одному единственному вопросу – «Что делать?». Что делать с семейными отношениями?

 

Как быть, если я его/ её больше не люблю, не питаю былых чувств?

 

Что делать, если я наблюдаю измену?

 

Как поступить, если супруг/супруга стали совсем другими людьми, не те, за которых мы выходили замуж/женились?

 

Как поступить, если пламенные чувства теперь я испытываю к другому человеку?

 

Если живём как соседи?

 

Если живём всю жизнь как кошка с собакой?

 

Если нет внимания, заботы, трепета, зато есть хамство и нескрываемое использование?

 

Если супруг сменил ориентацию, но при этом хочет остаться в семье?

 

Когда хочется оторвать башку при одном появлении супруга, но есть понимание что другого такого дурака потом не найти?

 

Если сутра сто раз всё не так и так каждый день на протяжении... лет?

 

Если нет детей, стоит ли быть вместе?

 

Если мне/ему осталось жить..., а нам нет и тридцати?

 

Если он/она в тюрьме и ближайшие 10-15 лет не свидимся...

 

... чего только в жизни не бывает. Но всё что есть, приводит в итоге к одному вопросу: – Что со всем этим делать?

 

И если двигаться дальше, то, в каком именно направлении? Одному (одной) или вдвоём. Если вдвоём, то с кем конкретно вдвоем?

 

У меня есть ответ.

 

Для всех тех, кто задаётся вопросом об отношениях в своих семьях, со своими вторыми половинами и не может найти ответ, как быть и что делать, я предложу достаточно короткую, но показательную процедуру.

 

Если Вы не можете ответить на вопрос, стоит ли что-то пытаться устроить с этим конкретным человеком или нет, то вероятно Вы сможете однозначно ответить на другой вопрос!

 

Не надо сильно представлять в образах и подробностях, так как сила мысли у всех разная и в некоторых случаях данное представление кто-то из Вас сможет с лёгкостью материализовать, просто допустите такую мысль, что Ваша вторая половина вдруг стала инвалидом. Не надо этого желать и крутить в голове данный образ, мы все люди и никто не застрахован от того, чтобы уже завтра продолжать остаток своих дней в инвалидном кресле, теоретически это может случиться с каждым в любой момент. Оставим эти домыслы лишь в теории. Так вот мой вопрос к Вам будет звучать следующим образом:

 

- Если завтра такое произойдёт с Вашей второй половинкой, останетесь ли Вы с ними? Через день, через неделю, через месяц, год или спустя десятилетия? Если Вы задумались, и не знаете что сказать – тогда ответ однозначный – оставьте этого человека, ибо он достоин большего, чем Вы можете ему/ей предложить. Когда человек не задумываясь, отвечает на этот вопрос – да! Тогда всё что окружает его во внешнем мире с учётом всех сложностей, неприятных нюансов и сомнительных ситуаций - всё это мелочи, это такие пустяки, которые скорей всего после данного вопроса можно вообще забыть. В чём-то уступить, где-то прогнуться, где-то проявить уважение и вспомнив о том, как Вы выбрали этого человека и однажды впустили в свою жизнь – попробовать услышать его и принять его доводы как свои собственные. Вы в любом случае не ошибётесь и не поступите неправильно по той простой причине, что когда-то выбрали именно этого человека из множества других, и это не было случайностью. Да, сейчас Вы яснее представляете себе всё то, что ещё предстоит испытать, чем тогда, когда делали свой выбор, но если на заданный вопрос, Ваш ответ – однозначно ДА! Значит все, что сейчас происходит в Ваших отношениях – это всего лишь небольшой дождик, под которым не нужно бояться гулять. Делайте это так же, как и в свои ясные солнечные дни, только сейчас возьмитесь покрепче за руки, улыбнитесь друг другу и вперёд... любой дождь имеет свойство заканчиваться, большинство из них очень скоротечны. Дождь в отношениях – это не проблема, по сравнению с тем, что Вы пережили в своей голове несколько минут назад. Да, чуть холоднее, несколько теряется чувство комфорта, но это всего лишь дождь... без него не может жить планета... без него не может быть живых, не роботизированных, а живых истинных отношений... Просто возьмитесь за руку, если Ваш ответ был дан положительно, и постарайтесь успеть прожить сегодняшний остаток дня так, как это рисовало когда-то Ваше воображение, ведь никто не знает, будет ли завтра у каждого из нас такой шанс.

 

Держитесь за руку, друзья... и не бойтесь дождей, тропических ливней, ветров и ураганов... после бушующих стихий всегда выглядывает солнце... Если Вы будете держаться за руку, то не потеряетесь, не сделаете то, о чём потом придётся сожалеть. Если Ваш ответ – ДА! Значит, Вы достойны своих вторых половин. Если Ваш ответ нет – это не говорит о том, что Вы плохой человек, это говорит о том, что Вы просто ещё не встретили того, кто поможет Вам познать великое чувство любви, ответственности, самопожертвования и полной отдачи. Пусть не всегда взаимной... это жизнь, здесь Вы оказались не просто так. Вы пришли именно за этим... Не все сейчас поняли, что я сказал, те, кто понял – не все согласились... Не важно, кто, что думает по этому поводу. Просто ответьте на вопрос и не теряйте времени... до конца дня ещё есть несколько секунд...

 

Добра и Света

 

Николай Лакутин

 

Обложка книги разработана автором в дизайнерской программе и является интеллектуальной собственностью Николая Лакутина.

 

Официальный сайт автора http://lakutin-n.ru

 

Понедельник, 06 Мая 2019 04:02

Соперницы

Что есть правильно и что есть неправильно? Риторический вопрос, не так ли? Об этом хорошо рассуждать сидя в кресле у камина вечерком, на примере чьих-либо жизней... Но как быть, когда есть всего несколько секунд для принятия решения и от этого решения зависит вся твоя дальнейшая жизнь?

Николай Лакутин

 

Понедельник, 06 Мая 2019 03:52

Соперницы

  соперницы обложка

 

Введение

 

Что есть правильно и что есть неправильно? Риторический вопрос, не так ли? Об этом хорошо рассуждать сидя в кресле у камина вечерком, на примере чьих-либо жизней... Но как быть, когда есть всего несколько секунд для принятия решения и от этого решения зависит вся твоя дальнейшая жизнь?

 

Соперницы

 

В небольшом ресторанчике с приятной обстановкой, демократичными ценами и достойным обслуживанием сидел мужчина. Он пришёл недавно, но уже успел положить свой букет цветов на стол и сделать заказ у официанта на две персоны.

 

Умильно глядя на цветы, явно представляя себе момент встречи мужчина пригладил рукой волосы, поправил и без того идеально лежащий воротник сорочки, и, незаметно для окружающих, проверил запах изо рта. Результатами проверки человек остался доволен. Он сидел спиной к входу, где только что в дверях появилась прекрасная девушка в шикарном красном платье, на высоких каблуках, причёской из салона.

 

Девушка моментально опознала знакомый силуэт мужчины, сидящего к ней спиной, пользуясь случаем, проверила запах изо рта, поправила платье и причёску, после чего грациозно прошла к столику.

 

- Добрый вечер, милый, - обняв мужчину и поцеловав его нежно в щёчку, приветствовала Геля.

 

Владимир в ответ одарил девушку трепетным любящим взглядом, букетом цветов и ухаживаниями в виде подсаживания, угощения, внимания.

 

- Так приятно, - млея, оценила жест Владимира дама, - ты умеешь ухаживать за девушками, в этом вопросе тебе равных нет. Ресторан, цветы... Обожаю тебя.

 

- Не мог дождаться встречи..., каждая минута без тебя словно вечность...

 

- И я тосковала по тебе. Как будто мы не виделись... ни три дня, а целый год!

 

- Не могу без тебя.

 

- Милый...

 

- Ну что же, всё готово, - прервал затянувшееся вступление Владимир, - вот, заказал на свой выбор, надеюсь, не разочарую. Приятного ужина.

 

- Спасибо, хороший мой, выглядит очень аппетитно.

 

Обмениваясь трепетными взглядами, влюблённая пара приступила к ужину.

 

- Куда ты хочешь сегодня пойти? – обратился мужчина.

 

- Не важно – куда, главное - с тобой.

 

Геля положила ладонь на руку Владимиру, который одарил девушку нежным любящим взглядом, и, склонив голову, произнесла:

 

- Володя, я так счастлива, что ты у меня есть... С тобой я наконец-то узнала, что значит быть девушкой... женщиной, что значит любить...

 

- И быть любимой...

 

- И быть любимой, - согласилась Геля, - ... конечно.

 

Получив элегантный поцелуй в ручку, девушка поставила сумочку на стол и достала из неё фото в рамочке.

 

- Посмотри, что я принесла.

 

На фото где-то в парке, был запечатлён Владимир и Геля идущие под ручку.

 

Владимир с осторожностью взял фото. То, что он там увидел, не слишком его порадовало.

 

- Мы с тобой? Погоди... откуда? Как?

 

- Это фото сделано год назад, когда мы с тобой ещё только начинали встречаться. Посмотри, какие у нас с тобой здесь растерянные взгляды. Сразу понятно, что никто из нас ещё не определился, стоит ли продолжать отношения или нет. Сейчас ты смотришь совершенно по-другому...

 

- Я не помню этого... а как ты... мы же тут вместе? Кто фотографировал?

 

- Это фото вышло как бы случайно. Подруга увидела нас в парке и сфотографировала, чтобы потом мне предъявить в качестве компромата и устроить допрос «де факто»...

 

- Что ты ей сказала?

 

Девушка добродушно улыбнулась и, глядя в тревожные глаза объекта вожделения, произнесла:

 

- Я сказала что, кажется, встретила мужчину своей мечты. Что всё так робко, нежно и прекрасно, что так, наверное, не бывает и что мне, наверное, всё это кажется.

 

Владимир внимательно выслушал, неодобрительно посмотрел на фото, и отложил его в сторону, не говоря ни слова.

 

- Я действительно никогда не встречала таких мужчин как ты, - продолжала девушка. - И вот мы уже год вместе, а до сих пор такое чувство робости испытываю, когда встречаюсь с тобой, как будто мне семнадцать и я иду на своё первое свидание. Так здорово...

 

- А фото...

 

Владимир не успел задать вопрос, Геля перебила его ответом:

 

- Фото я попросила скинуть мне, хранила его в файле. А на днях распечатала, поставила в рамку. Сегодня вот решила показать его тебе. Прелесть, правда?

 

Не слишком удалось скрыть Владимиру своё неодобрение данной ситуации, и, тем не менее, он ответил сквозь зубы:

 

- Да уж... неожиданно. Выходит, нас застукали...

 

- Да брось, какая разница кто что увидит и что подумает. Главное что мы вместе!

 

- Да-да... конечно, мы вместе, - думая о чём-то своём поддержал мужчина.

 

Протянулась неловкая пауза.

 

- А ты ей сказала?

 

- Что ты женат? Не сразу. Примерно через пару месяцев.

 

- И как она отреагировала?

 

- Сказала что я сумасшедшая.

 

- Ммм... – понимающе промычал Владимир.

 

- И ещё что дура!

 

- Ммм..

 

- И ещё, что таких как я нужно сжигать на костре! Ну, это она, правда, уже потом добавила, ещё через пару месяцев, после нашей ссоры. Припомнила, нашла, за что укусить. Она сама девушка семейная, не разделяет наших с тобой взаимоотношений. К тому же у неё у самой не всё гладко, похоже, что её мужик загулял. Но кто же в этом виноват...

 

Владимир ещё раз взглянул на фото, отметил что-то для себя, и, отложив его в сторону, спросил:

 

- Не общаетесь теперь с ней?

 

- Да почему? Вчера ходили вместе в spasalon. Всё нормально, мы же подруги.

 

- Занятно.

 

- Слушай..., а у тебя кто-нибудь знает, что... – пыталась аккуратно сформировать вопрос Геля, - ну, что мы встречаемся?

 

Вместо ответа Владимир в свою очередь поставил на стол дипломат и, достав из него фото в рамке, протянул Геле.

 

- Вот, - пояснил он, - друг сделал. Только это уже в центре. Поймал на камеру, скотина, подкалывал меня неделю с тем, что покажет жене. Взял у него, тоже хотел тебе показать сегодня.

 

Геля сначала немного напряглась, а потом рассмеялась, глядя на фото.

 

- Да, мы популярны, - совершенно спокойно прокомментировала девушка. - Папарацци прямо кругом и повсюду.

 

Попытавшись вспомнить где сделан снимок, Геля прищурила глаз:

 

- Это же совсем недавно фото сделано? Мы с тобой тогда ходили на концерт этого, как его...

 

- Ну да, полтора месяца назад.

 

- Точно.

 

- Тебя правда всё устраивает? – очень серьёзно, отложив все вопросы на второй план, спросил Владимир.

 

- Володя, ты лучший. Я готова тебя принимать даже с таким недостатком как жена. Меня это не смущает. Я тебя люблю, и ничто тебя не опорочит в моих глазах.

 

После этих слов девушка получила очередной нежнейший трепетный поцелуй в ручку...

 

***

 

Оля по обыкновению своему ждала мужа с работы. Стол уже был накрыт,   горячие блюда заботливо укрыты полотенцами поверх кастрюль и сковородок. В графине играл на свету лампы морс. Девушка стояла у балкона то и дело, поглядывая на часы. Уже стало совсем темно, обычно муж приходил не так поздно, как сегодня.

 

- Может что-то случилось? – терзали сомнения.

 

Оля села за стол, есть в одиночку не стала. После нескольких безуспешных звонков мужу, телефон был отключен, легла спать на диван.

 

В коридоре зажёгся свет. Довольный и счастливый Владимир мастерски сменил настрой на тусклый угрюмый усталый вид, зайдя в квартиру.

 

Оля подбежала к мужу, обняла.

 

- Володя, где же ты пропадал. Не могла дозвониться, что-то с телефоном?

 

- Разрядился, наверное. С работой завал, как-то до телефона не добрался даже, не до того было, прости, я должен был тебя предупредить, замотался.

 

- Ничего, главное, что всё в порядке, я боялась, что что-то произошло. Ужин остыл, проходи, раздевайся, я разогрею.

 

- Да нет, Оля, не надо, мне бы скорее до кровати, сил нет, хочется спать.

 

- Хорошо, конечно.

 

С чувством облегчения, по поводу того что с мужем всё в порядке, Оля подала супругу бархатное полотенце. Он чмокнул жену в щёчку, и уже через несколько секунд в душе зажурчала вода.

 

Выйдя из ванной, наспех обтёршись полотенцем, Владимир упал на кровать.

 

Когда Оля догнала супруга, тот уже спал. Жена смиренно вздохнула, понимающе качнула головой, и, поцеловав в щёчку сопящего мужа, легла спать рядом, приобняв любимого человека.

 

Утром Владимир проснулся в кровати один. Едва он успел зевнуть и потянуться, как в комнату вошла Оля. Девушка была очаровательна, свежа и лучезарна. В руках она держала поднос с завтраком.

 

- Доброе утро, любимый. Выспался?

 

- Доброе утро, - ещё раз потянувшись, ответил Владимир. - Кажется да. Я вчера... ты ждала меня, прости, пришёл совершенно без сил.

 

Супруг неожиданно обхватил жену за талию и крепко прижал к себе. Оля едва удержала поднос в руках, взвизгнув от неожиданности.

 

- Ну что ты, Володя, позавтракай хоть, ты же кушал последний раз вчера днём. Или даже утром?

 

- Я обедал на работе, не волнуйся. Что ты там принесла? – не желая отпускать жену, полюбопытствовал Владимир, впившись губами в животик любимой женщины.

 

- Я приготовила твою любимую кашу с кусочками ананаса.

 

- Оленька, как же я тебя люблю. Спасибо тебе, родная, но давай это мы отложим, а сейчас...

 

Владимир был очень настойчив в объятиях, но Оля его деликатно остановила:

 

- Остынет, поешь, а я пока в душ, раз такое дело.

 

С рациональностью мышления супруги спорить было глупо. Пришлось повиноваться. Владимир принялся за завтрак, успев крикнуть вслед порхающей жене:

 

- Не закрывайся там, я тебя догоню через три минутки, примем душ вместе!

 

Оля обрадовано улыбнулась в предвкушении, и продефилировала в душ, соблазняя мужа виляющими бёдрами.

 

Владимир остался в комнате один. Каша была поистине божественна.

 

Поскольку подходящей компании в данный момент не представилось, мужчина счёл вполне приемлемым пообщаться самому с собой:

 

- Люблю ли я жену? Безусловно, люблю. Люблю как сумасшедший! Никогда её не предам и отдам всё за неё!!!

 

Выждав паузу логичного вопроса воображаемого ответчика, Владимир произнёс:

 

- Геля? Её я люблю тоже, но по-другому. Она мне не любовница – нет. Я никогда не позволю себе изменить жене. Всякие там ночные бабочки, какие-то мутные девицы – хохотушки. Никогда. Ко мне подкатывали несколько раз – я всем дал от ворот поворот. У меня есть Оля! И Геля. Сложно объяснить, но я люблю... их обеих... каждую по-своему... и как-то каждую из них считаю своей второй половинкой. Теперь уже я даже не представляю себе жизнь без одной из них. Они совершенно разные, но так идеально дополняют друг друга.

 

Владимир отправил несколько ложек в рот.

 

- Козёл я да? Бабник. Допускаю... может это и так. Я сам долгое время презирал мужиков, которые умудряются влюбляться в кого-то ещё кроме жены. Я считал это яростным невежеством, глупостью от безделья или просто какими-то животными инстинктами совершенно не знающими ничего о таком явлении как совесть, честь и преданность... Но когда в мою жизнь вошла Геля... Я вдруг как-то осознал... Не сразу, но осознал, что этот мир не так чётко обрисован однозначными рамками и привычными стереотипами. Я допустил мысль о том, что в семье возможен такой вариант взаимодействия, когда полный сосуд... Вы понимаете, о чём я, надеюсь? Так вот полный сосуд далеко не во всех семьях под силу образовать только мужу и жене. Бывают случаи, когда для этой самой полноты необходимо третье звено....

 

Нет..., я сейчас рассуждаю не из-за своего эгоизма и выгоды положений. Этот третий может быть женщина, а может мужчина, для жены. А может быть и женщина для женщины, женатой на мужчине. Я не знаю таких случаев, честно, но допускаю, что такое тоже может быть...

 

- Любимый!!! Ты идёшь? – донеслось из душа...

 

- Мчусь, любовь моя!

 

Отставив еду в сторонку, супруг задумчиво закусил губу:

 

- Чего только не бывает... диву даёшься, когда узнаёшь, что истина подчас, является ещё более фантастичной, чем догмы и вымысел!

 

Оставив кровать, в яростном возбуждении Владимир направился в душ, к жене!

 

***

 

В уютной квартирке в отдалённом спальном районе щёлкнула задвижка ванной. Непонятно для кого её закрывала хозяйка, ведь жила она одна уже давно, и всё-таки, привычки наши долгие попутчики. Геля с полотенцем на плече вышла из душа. Лёгкий халатик, тапочки, чистая голова и как следствие – прекрасное настроение. Владимир должен был прийти с минуты на минуту.

 

Домашний телефон одёрнул своей громкой мелодией девушку от мечтаний и предвкушений.

 

- Алло?

 

Звонила давняя Гелина подруга – Света.

 

- Светик, здравствуй! Рада тебя слышать.

 

- Приветик, роднуль. Не занята? – послышался в трубке чуть не плачущий голос.

 

- Нет, не занята. Ну, то есть... в общем, минут пять у меня есть, как ты?

 

- У меня полный капец.

 

- Что стряслось?

 

- Вчера мой пришёл с запахом чужих духов. Ещё так накурился, думал, что перебьёт табаком, и я ничего не замечу. Закатила скандал.

 

- А он?

 

- А он собрал вещи и ушёл без всяких объяснений!

 

- Вот гад! Ну ты как?

 

- Сижу плачу, не знаю теперь, что делать. Вот думаю, может это были вовсе и не духи, а какой-нибудь другой запах? Например, освежитель воздуха из туалета? Или новая вонючка из его авто?

 

- Нда, подруга... ситуация. Ну, ты держись. Вернётся, куда денется.

 

- Я стараюсь....

 

- Вот и молодец, правильно.

 

- Как у тебя дела? – попыталась переключиться Света.

 

- У меня? ... Всё прекрасно.

 

- Ты всё ещё встречаешься с этим женатиком?

 

- Да, так же встречаюсь. Он славный.

 

- Может и славный, но он ведь не твой!

 

- Ну и что, что не мой... Это он муж не мой, а мужчина мой! А это намного важнее, вот у тебя, к примеру, есть штамп в паспорте, есть статус жены. Ты счастлива? ... Была когда-то... Что не так? Вот и я о том. То есть сейчас, судя по тому, что ты мне только что рассказала – у тебя остался только муж – и то, формально, а мужчина – он уже не твой, возможно. Ты извини, я не хочу обидеть, просто констатирую факт. Мне не важен статус и формальности, мне важно то, что есть по факту! А по факту, у меня есть прекрасный мужчина, которого я люблю, который любит меня. С которым всё круто! С которым всё О-БАЛ-ДЕН-НО!!!

 

В квартире у Гели раздался звонок в дверь, она тут же поспешила свернуть разговор, пока он не дошёл до критической точки, следуя идущей тенденции:

 

- Всё Светуль, я убежала, мой мужчина пришёл! - показав язык в трубку телефона, адресуя этот жест подруге, Геля убрала телефон и помчалась открывать дверь.

 

Владимир набросился на девушку с порога. Обнимания и поцелуи надолго отсрочили дарение очередного букета цветов, который уже никто не прятал за спиной...

 

- Любовь моя, ты, наверное, уже все цветы в городе скупил! – добравшись, наконец, до букета, восторженно изрекла девушка.

 

- Почти! – гордо ответил Владимир.

 

- А я все вазы... – недолго думая сказала Геля, и задалась звонким смехом.

 

Владимир оценил юмор.

 

- Об этом я как-то не подумал, создал тебе дополнительную статью затрат, извини.

 

- Милый... какой же ты милый, да это же самая прекрасная статья затрат, которую мне до сегодняшнего дня посылала жизнь. Всё хорошо, я счастлива.

 

Геля вновь прильнула к губам Владимира.

 

- Сорвался сегодня с работы пораньше. Моя-то думает, что я на совещаниях по вторникам и четвергам задерживаюсь.

 

- Подлеееец... – скептически протянула девушка.

 

Владимир виновато улыбнулся и играючи добавил:

 

- Как сказать! Я почти и не обманул никого, сейчас у нас здесь состоится закрытое совещание. Нужно обсудить один очень остро стоящий вопрос!

 

- Действительно, проблема назревает! - деловито посмотрев в зону пояса Владимира, констатировала Геля.

 

- Вообще-то это была аллегория, но в целом и общем...

 

- Хватит болтать, сотрудник Владимир! - жёстко в тоне начальника развязывая поясок у халата, произнесла Геля, - у нас здесь совещание или что? Наговоритесь после, а сейчас за дело!

 

Геля распахнула халат.

 

В коридоре остался лишь забытый на полу букет цветов. Разбросанные вещи вели из коридора в спальню, откуда доносились характерные для здешних мест звуки...

 

***

 

 

 

Оля вернулась с работы уставшая, но чувство энтузиазма было при ней. Сумочка нашла свой приют в дальнем углу зала, виртуозно прокатившись по центральной дорожке коридора, подобно шару в боулинге, и выбив Strike заменившей кегли табуреткой. Туфли покинули хозяйку довольно небрежно, одна из них в полёте едва не дотянулась до люстры. Оля облегчённо вздохнула.

 

- Как мало женщине нужно для счастья... – сказала она, поглаживая пальцы ног руками.

 

Хозяйка упала на диван как есть. Усталость брала своё, было не до переодеваний. Однако насладиться тишиной и покоем не слишком удалось.

 

Домашний телефон предательски разрывался у самого уха.

 

- Алло? – тихо произнесла Оля.

 

Милана, подруга Оли, имела странную особенность звонить всегда не вовремя. Не изменяя своим традициям, она сделала это и сейчас.

 

- Здравствуй, Милана...

 

- Привет. Что грустная такая?

 

- Да нет, всё хорошо...

 

- Что хорошо? Я же слышу что у тебя голос тихий и печальный. Вовчик там, небось, при делах?

 

- Голос? Просто устала. Ты сегодня отдыхаешь?

 

- Да, второй день уже, ещё завтра денёк посвящу себе, а потом на сутки.

 

- Завидую. Всё чаще задумываюсь о том, чтобы перейти на сменный график.

 

- Ладно, завидовать, у нас свои особенности!

 

- Да, чуть дольше, но в итоге только половину месяца работаешь, а то и меньше, зато оставшееся время можно потратить на себя, на семью...

 

- На себя? На семью? Когда такое было? Ты всё тратишь на этого своего муженька. Кстати он не рядом?

 

- Муж? Нет, он на работе ещё.

 

- Как у тебя с ним?

 

- Да, в общем... в порядке.

 

- В порядке? – не унималась Милана, - знаю я твой порядок. Опять по бабам шлындает, а ты сидишь, ждёшь, на что-то надеешься.

 

Вздохнув, Оля сдалась:

 

- Ничего от тебя не утаишь. Ну да... опять загулял.

 

- А! Я так и знала. Что поймала с поличным?

 

- Да всё и так понятно, как вторник и четверг – так его нет. Говорит что совещания. Знаю, что врёт, но виду не подаю. Духами пахнет от него, когда приходит со своих совещаний. Хорошими, дорогими, женскими..., не моими.

 

- Я тебе говорила! Я тебе говорила, что этот человек тебе не ровня. Любовь какую-то себе напридумывала, а он и пользуется тем.

 

Оля вздохнула, слушая догмы подруг. Опустила глаза и закрыла лицо рукой.

 

- Ну что ты с ним нянькаешься, честное слово? Я не понимаю. Всё же понятно – кобель. Никогда он не станет другим. Беги от него, беги, пока не поздно. Ты ещё молодая. Красивая... не такая как я, конечно, но шансы всё же есть. Давай уже принимай решение! Ну???

 

- Я понимаю, что всё это не очень хорошо, но что поделаешь – он такой, его уже не переделаешь. Нагуляется – вернётся, как уже бывало много раз. Всё равно же он ко мне приходит в итоге.

 

- Что за рассуждения у тебя, Оля? Нагуляется - вернётся? Ты считаешь это нормально?

 

- В целом-то у нас с ним всё хорошо, а иногда и здорово... – не ответив на вопрос, продолжала Оля.

 

- Подруга, ты как себя чувствуешь? Совсем довёл тебя этот ирод. Давай я приеду.

 

- Я нормально, не надо приезжать. Сейчас немного соберусь мыслями, займусь хозяйством. Всё никак в полках на кухне порядок навести не могу, вот как раз и развеюсь. Нормально, переживём.

 

Милана упорно гнала свою волну, её бушующие эмоции не стихали в трубке.

 

Оля несколько раз попыталась вставить слово, и, наконец, улучшив момент, ей это удалось.

 

- Не хочу я разводиться. ... Ну, не хочу!

 

- Ну и дура! Будешь всю жизнь терпеть!

 

- Да, буду терпеть!

 

- Сразу бы призналась, что тебя всё устраивает, что ты придерживаешься устоев гарема.

 

- Значит, всё устраивает. Знаешь, как ни странно, каждый раз, когда он начинает гулять – дела у него идут лучше. Он растёт по служебной лестнице, у него хорошие, а то и лучшие показатели. Более того, и у меня тоже в этот период наблюдается подъём. Это странно, но такое чувство, что его похождения притягивают в семью какую-то новую энергетику, какую-то свежую силу, которая в итоге всё делает лучше для нас.

 

- Окстись, подруга, что ты такое говоришь? Ты меня пугаешь. Ты бредишь? У тебя психологический срыв. Такое бывает. Довёл, паразит, девушку до паранойи.

 

Оля только отмахнулась, и твёрдо заявила:

 

- Нет, я не брежу, извини, так поделилась, сама не знаю зачем, уже жалею об этом. Всё хорошо. У вас как?

 

- Да у нас-то чего будет. Всё как у людей.

 

- Нормально? Вот и славно, ладно, пока.

 

Оля с грохотом звякнула трубкой, совершенно не желая более продолжать этот разговор. Освоенные в юности методики йоги пришлись весьма и весьма кстати. Девушка успокоилась дыхательными практиками и, восстановив эмоциональный фон, направилась переодеваться, не забыв включить приятную лирическую музыку.

 

Квартира стала наполняться спокойствием, умиротворением, теплом и домашним уютом.

 

Переодевшись, Оля взялась за уборку. Первым делом на своё место в тумбочке встали протёртые туфли, а за ней и сумочка бережно перенеслась на своё законное место.

 

Подтанцовывая в ритм музыке, Оля добралась до полок на кухне, и уже танцуя на полную мощь, словно она находится в клубе – навела порядок в заждавшихся углах.

 

Шикарное настроение, шикарный вид на кухне, отличный настрой на вечер, музыка и язык тела, нашедшие общую тонкую грань созвучную с позывами души, что ещё нужно, чтобы порхать в облаках не покидая бренную землю. Оля подошла к ноутбуку и, переменившись в лице села на пол из-за подкосившихся коленей.

 

- Это что ещё за... – растерянно произнесла она, открывая присланное сообщение в социальной сети, успев выключить музыку.

 

Письмо сообщало:

 

«Ну, здравствуй, подруга – соперница... Я видела тебя несколько раз..., а ты ничего! В прошлую субботу ты зашла в магазин, а он, увидев меня, помчался ко мне, прямо с пакетами еды. Зачем? Что я испытала в этот момент? - растерянность, мне стало жалко тебя, себя и противен он! Я понимаю это предательство с его стороны. Вы много прожили. Я знаю, что у вас нет детей. А вот я на третьем месяце... только не знаю, как ему об этом сказать, животик начинает расти, скоро сам всё увидит и поймёт. У меня будет чудная девочка, я так мечтала о ней...

 

Я знаю, ты чувствуешь аромат моих духов, когда Володя приходит..., как и я твоих. Знаю, что давно всё сама понимаешь. И ты знаешь – я восхищаюсь тобой. Володя думает, что ты ничего не знаешь, но я знаю, что это не так. Ты молодец. Он у тебя очень хороший. Знаешь... ведь это я настояла на том, чтобы начать встречаться. Он говорил, что женат и что не намерен строить никаких сторонних отношений. А я влюбилась в него. Вот так, взяла и влюбилась. Знала, что нельзя, но сердцу не прикажешь. Ко мне часто клеятся разные мужики, внешность у меня притягательная и фигуркой природа не обидела, но все они мне не нужны, я люблю Володю. Давно люблю. Мы давно знакомы, со временем и я стала ему небезразлична. Встречаемся уже год. Ты прости, что я тебе пишу. Я ни в коем случае не хочу рушить вашего семейного счастья, просто хочу, чтобы ты знала... я тебя уважаю, восхищаюсь тобой и за многое благодарю, ведь именно жена делает мужчину мужчиной. Но знай - я его не отпущу... никогда. Прости».

 

Истошный крик донёсся до соседей из Олиной квартиры...

 

***

 

Владимир вернулся домой далеко за полночь. Прежде он себе такого не позволял. Байка с совещанием уже никак не могла вписаться в теорию слишком позднего возврата, но мужчина не унывал. Наготове он давно уже держал для подобного случая пару заготовок. Владимир тихонько открыл дверь. В квартире было тихо и темно, супруга явно спала. Свет включать не стал, чтобы не разбудить жену, быстро разделся и прошмыгнул в комнату, чтобы повесить брюки, и, не разобрав в темноте, споткнулся о лежащую на полу Олю, впопыхах пробежав по ней обеими ногами.

 

Супруга подпрыгнула на месте, прокричав что-то смежно-ругательное, Владимир, скрючившийся в три погибели от резанувшей по ушам брани обмер на месте, но после, разобрав в предлогах глас жены, пришёл в себя.

 

- Володя, твою мать? Это ты? – относительно успокоившись, спросила Оля, разобрав привыкающими к темноте глазами силуэт мужа.

 

- Оля? Ты что меня до инфаркта решила довести?

 

- А я так и не поняла, ты решил об меня ноги вытереть, или затоптать?

 

Владимир включил свет, пытаясь понять, что же вообще произошло в доме.

 

- Ты как? Сильно досталось? – помогая подняться пострадавшей, спросил перепуганный муж.

 

- Синяки будут точно, переломов вроде нет, и на том спасибо.

 

Владимир виновато улыбнулся и деликатно сменил тему:

 

- А что ты делаешь на полу? Я думал - ты спишь!

 

- Правильно ты думал, я спала.

 

- Да, но почему здесь на полу? Ты что потеряла сознание? Что произошло?

 

Оля потянула шею в одну и другую сторону, протёрла лицо руками, и на выдохе загадочно произнесла:

 

- Что произошло? Да как сказать... Даже не знаю, как объяснить, как начать...

 

- Ну, начни как-нибудь... – допытывался муж.

 

- А знаешь, я, пожалуй, лучше покажу! Ведь лучше один раз увидеть, чем десять раз услышать – верно?

 

- Истина! – бодро парировал Владимир, не зная, что его ждёт впереди, - давай, что там у тебя...

 

Оля открыла ноутбук и предъявила мужу сообщение Гели.

 

Владимир переменился в лице, едва увидев профиль адресата. Когда же он прочёл сообщение, то цвет его лица стал зеленовато – жёлтым.

 

Оля, увидев реакцию, обхватила свою голову руками. Сомнений не было, письмо было правдиво.

 

Такого своего прихода домой Владимир никак не ожидал. Что теперь делать и что говорить он не знал.

 

- Так что же произошло? Почему? – выдержав паузу, достаточно лояльно спросила Оля.

 

-Что произошло? Да как сказать... Даже не знаю, как объяснить, как начать...

 

- Ну, начни как-нибудь... – дублируя слова мужа, всячески пытаясь сохранять спокойствие, допытывалась в свою очередь жена.

 

Владимир сел на диван с поникшей головой. Вздохнул, почесал затылок и ответил, бросив короткий взгляд в адрес жены:

 

- Ну да... Конечно..., так не могло долго продолжаться.

 

- Могло, как видно, с годовщиной тебя, дорогой, - держалась Оля.

 

- Спасибо. То есть..., - одёрнулся Владимир пытаясь помочь себе жестами, но не найдя помощи, ни в жестах ни в словах, издал лишь:

 

- Ах..., - и отмахнулся.

 

- Совсем ты запутался, - констатировала жена.

 

- Это так...

 

- Но ведь я же знаю, что ты меня любишь. Ведь любишь?

 

- Люблю! – недолго думая, ответил супруг, - всем сердцем, Оля! Люблю, клянусь, не вру!

 

- Я знаю... чувствую. Но почему всё так?

 

- Я не знаю. Правда, не знаю... Я и её люблю тоже.

 

Протянулась вековая пауза тишины.

 

Оля решительно поднялась с пола.

 

- Ну, хоть честно! – сказала она, оттряхивая одежду.

 

Владимир застыл на диване. Оля недвусмысленно посмотрела на мужа, и, подойдя к шкафу начала доставать вещи, снимая их с вешалок, и бросая на пол.

 

Остановилась. Ещё раз посмотрела на мужа. Задумалась.

 

Взгляд Оли передал и печаль, и смятение, и любовь, и попытку понять, и горечь и возможность утраты...

 

- Как быть? Как поступить правильно? Как не потерять то, что осталось, - пронеслось в сознании девушки.

 

Оля подошла к мужу и села рядом с ним на диван. Владимир печально глянул на жену. Какое-то время сидели недвижно. Оля сделала, возможно, прощальный жест, обняв супруга, он ответил тем же.

 

- Я боюсь тебя потерять... всегда боялся, от того и не говорил ничего. Не мог никак решиться предпринять какие-то действия.

 

- Но сейчас, знать, настал тот момент, когда это сделать необходимо?

 

- Да. Скажи, у меня есть шанс на прощение? Хоть какой-нибудь?

 

Девушка отпрянула, обдумала и сказала:

 

- Давай попробуем жить честно. Просто и открыто, так как живут все остальные.

 

- Как живут остальные? – с сарказмом переспросил Владимир. - Честно и открыто?

 

Оля улыбнулась:

 

- Да, глупость сморозила, согласна. Давай попробуем жить только вдвоём. Без третьего человека. Ты сможешь с ней всё прекратить? Чтобы мы вновь остались только вдвоём, как раньше? Просто забудем о том, что произошло и начнём всё сначала. Вдвоём. Ты сможешь?

 

Супруг не спешил отвечать абы что. Он знал, что от того что он сейчас скажет, зависит то, как сложится его дальнейшая жизнь. Он очень хотел жить с Олей, он мечтал бы всё вернуть на круги своя, но сейчас просто взять и забыть человека, который так же крепко сидит в его сердце, как и жена... На словах – просто, в жизни – крайне болезненно и подчас невозможно. Владимир это понимал, теребил волосы и смотрел на жену молящими глазами. Наконец, он встал и прошёл по комнате.

 

- Ты сможешь? – серьёзно повторила свой вопрос Оля.

 

- Я... Я постараюсь, Оля. Я не могу сказать однозначно да, потому что не знаю, смогу ли, ведь её я тоже люблю... Но я постараюсь навести порядок в голове, очень постараюсь, только прошу. Помоги мне. Пожалуйста, одному мне не справиться. Боль внутри уже сейчас истязает меня, как представляю себя без неё, но без тебя я однозначно умру. Помоги мне, прошу... помоги...

 

Оля встала с дивана и направилась к шкафу. Ответ мужа её не слишком вдохновил. Однако, открыв дверцы, она остановилась, опустив взгляд на скинутые с плечиков вещи. И обернувшись к мужу, спустя томительные несколько секунд, произнесла:

 

- Давай попробуем..., а там видно будет.

 

- Спасибо, родная, спасибо.

 

Оля принялась свешивать вещи обратно в шкаф, поднимая их и развешивая на плечики. Владимир подошёл к жене и обнял её так нежно, бережно и трепетно, как ни обнимал никто никого и никогда...

 

 

 

***

 

 

 

В кафе в центре города, Владимир сидел в строгом костюме с деловым видом, перебирая бумаги, что-то силясь понять, свести отчёты воедино. В сторону того же кафе двигалась Геля. Она была одета строго по форме делового стиля, держала папку с документами в руках и достаточно грубо общалась по телефону:

 

- Но поймите, это не от нас зависит. Обстоятельства сложились определённым образом, мы и так делаем всё, что в наших силах, - пытались объяснить положение дел по ту сторону трубки, - субподрядчик подводит, как следствие и мы не успеваем.

 

- Да мне плевать, что вы не успеваете. Взялись за проект, извольте его выполнить в соответствии с требованиями и сроками.

 

- Мы можем, конечно, обратиться к сторонней организации, но это приведёт к дополнительным расходам, не учтённым в бюджете.

 

- И что? Это ваши проблемы, вы за то и получаете свои деньги, чтобы решать эти проблемы, пожалуйста, больше по этому поводу мне не звоните. В следующий понедельник уже комиссия прибудет с проверкой, имейте это в виду, я вас покрывать не буду.

 

- В следующий понедельник? Хорошо, постараемся успеть!

 

- Я надеюсь. До свидания!

 

Геля нервно отключила телефон, осмотрелась и решила зайти в кафе, выпить чашечку чего-нибудь, развеяться от навалившихся забот. Она села за свободный столик, достала косметичку и в её зеркальце увидела сзади знакомый силуэт. Владимир сидел спиной к входу и не заметил, как вошла Геля.

 

- Володя, ты? – приятно удивилась девушка.

 

Владимир отвлёкся от бумаг на голос.

 

- Здравствуй! Ты как здесь? – удивился он.

 

- Да моталась по делам, что-то кофе захотелось, вот, забежала в первую попавшуюся кафешку.

 

Геля пересела за столик Владимира, потянувшись его поцеловать, но он отпрянул.

 

- Куда ты пропал? - непонимающе спросила Геля, - я звоню, ты трубку не берёшь, я пишу – никаких ответов. И сам не звонишь. Что случилось? Ты куда-то уезжал?

 

Владимир, опёрся на локоть, и с печальным видом посмотрел на свою вторую любовь, оставив вопрос без ответа.

 

- Не поняла... Ты что? Разлюбил меня? Я тебе больше не интересна?

 

Владимир ответил тяжело вздохнув:

 

- К величайшему моему сожалению... я люблю тебя как прежде.

 

- Тьфу, напугал. Ну а что тогда? Погоди. Ты что, лежал в больнице? Что стряслось, Вова? Где ты пропадал? Я чуть с ума не сошла, всю голову сломала.

 

- Чего ты ждёшь от меня, Гель? Скажи честно, как есть? – довольно странно спросил Владимир.

 

- Ничего. А чего мне от тебя ждать? Я счастлива, что ты у меня есть и больше мне ничего не надо.

 

- Обожаю слушать ложь, когда знаю правду, - тихо произнёс мужчина, разочарованно опустив глаза.

 

Геля напряглась.

 

- Любовь моя, ты меня пугаешь. Да что стряслось-то? – настаивала она на своём.

 

- Говоришь, что тебе ничего от меня больше не надо?

 

- Нет.

 

- Зачем же ты тогда отправила письмо моей жене? Не для того ли, чтобы мы поссорились? Не для того ли, чтобы развалить мою семью и занять место жены? – яростно закричал на всё кафе Владимир, совершенно забыв о том, где находится. - Я ведь тебе всегда говорил, что жену я не оставлю, я люблю её, Геля, понимаешь? Люблю!

 

- Так значит, ты врал мне всё это время? – закричала в ответ девушка, - значит, ты любил её, а не меня?

 

- Я любил и люблю вас обеих, - уже спокойно ответил Владимир, осмотревшись по сторонам, - но твой поступок вынуждает меня прервать наше общение. Я люблю тебя, Геля, но рушить мою семью не позволю никому.

 

Владимир встал, достал из кармана деньги и бросил на стол.

 

- Прости, мне пора, дома жена ждёт, - сказал он на прощание и покинул кафе.

 

Геля шла по улице в крайне возбуждённом состоянии. Успокоиться в кафе не удалось, сегодня явно был ни её день.

 

- ЧЁРТ! ЧЁРТ!! ЧЁРТ!!! – не стараясь сдержать эмоций, кричала девушка, - как же так? Любая нормальная жена после того как получила бы моё письмо забрала вещи и ушла, или бы выгнала мужа. В любом случае, он должен был прийти ко мне, после такого жеста. Она что, ненормальная? Мужик ей изменяет, а она всё спускает на тормозах. Может, не поверила? Да хотя нет, как не поверила, если Володя мне всё это высказал в такой форме. Значит, разговор у них какой-то был. Он должен был после этого разговора прибежать ко мне! Что у них там происходит? Что мне теперь делать?

 

Как назло девушка запнулась одной ногой за высокий бордюр, а другую ногу подвернула, при неудачном приземлении.

 

- Всё идёт не по плану!!! – крайне раздосадовано прокричала она и скрылась во дворах...

 

***

 

Оля была ещё на работе, когда Владимир вернулся домой. Он пришёл довольно рано. Настроение у него было подавленным. Отставив сумку в сторону, он нехотя разделся и, вешая одежду в шкаф - подцепил занозу.

 

- Что за день сегодня такой! – досадовал мужчина.

 

Дела и в самом деле были не очень на всех фронтах. На работе всё шло кувырком, психологический настрой оставлял желать лучшего, с женой отношения формально выглядели вполне почтенными, но с обеих сторон соблюдалась некая негласная дистанция, которая к тому же медленно, но верно росла. И тут ещё эта заноза.

 

Владимир с потухшим взглядом сел на диван. С работы вернулась Оля.

 

Она вошла в квартиру ненамного веселей супруга. В целом её дела описывали примерно ту же картину. Переодевшись, Оля села рядом с мужем.

 

Молчаливый холод окутал пространство.

 

- Как дела на работе? – первой спросила жена.

 

Владимир отмахнулся в ответ.

 

- Понятно, у меня тоже паршиво.

 

- Что так? – равнодушно спросил муж для галочки.

 

- Косяков напорола в этом месяце. Переделок много, рекламации одна за одной. Премии не будет точно, возможно ещё и штрафанут.

 

Владимир посмотрел на жену совершенно без чувств и отвернулся.

 

- Чего молчим? – перешла в наступление Оля.

 

- А что говорить?

 

- Поддержал бы жену, не видишь, плохо мне! – нервно произнесла девушка.

 

- Поддерживаю тебя своим пониманием, дорогая, прекрасно понимаю твои настроения, ведь мне в десять раз хуже, чем тебе! – так же нервно, только ещё и с сарказмом перешёл в оборону Владимир.

 

- Да что ты? Ну, конечно, это же ты у нас жертва обстоятельств! Бедненький! Пожалеть тебя надо. Не каждому так тяжело живётся, с двумя-то бабами!

 

Владимир соскочил с дивана, достаточно эмоционально дав ответ:

 

- Хватит уже тыкать носом меня в эту ситуацию! Два месяца уже как всё решили. Я просил поддержки, а получаю сплошные упрёки. Да если хочешь знать, мы с тобой в десять раз лучше жили тогда, когда я, как ты говоришь, с двумя бабами жил. У нас была страсть, были чувства, был задор, была жизнь. Мир в семье в нашей был, наконец! А сейчас как соседи живём. Как будто душ лишились!

 

Оля переняла инициативу, тоже соскочив с дивана, задав высокий тон:

 

- Да! Да! Чёрт возьми, всё стало только хуже! Лучше бы эта твоя пассия сидела ровно на попе и не присылала мне того письма. Я знала, что ты мне изменял. Всегда знала, но как-то это легче переносилось тогда, когда это было не доказано. Я не знаю, как вернуть всё обратно, и не знаю, нужно ли возвращать. Эти два месяца были худшими в моей жизни! Ты видишь, какая я? Ты видишь я на взводе?

 

- Да уж, то ещё удовольствие лицезреть тебя такую!

 

- Ты ещё не видишь всего того, что внутри! А когда ночь и глаза закрываю, ты знаешь, что во мне творится? Ты знаешь, какие картинки у меня перед глазами?

 

- Не хочу об этом! – попытался уйти от разговора муж.

 

- Нет, уж, ты послушай! У меня перед глазами ты, и какая-то чужая баба! Я не могу избавиться от этих образов. Я устала от этого кошмара. На работе всё рушится! Дома всё рушится! У нас с тобой ничего не получается. Ничего!

 

- Ну, вот так, ну случилось! Что мне теперь? Сквозь землю провалиться? Руки на себя наложить? Для меня ты была дороже всего на свете, я за тебя горы свернуть был готов, а сейчас всё ушло, мы какими-то чужими стали. Я вообще себя мужиком не чувствую, я вообще, кажется чувствовать перестал! Перегорел, сгорел! Всё! Лишь пепел остался!

 

Оля села на диван. Прокричавшись ей стало немного легче. Спокойным рассудительным тоном она произнесла:

 

- Так может, нам больше не стоит пытаться создавать то, чего уже нет?

 

- Я думаю, не стоит, - быстро отреагировал Владимир, так же сдав позиции, - давай разъезжаться. Юридические формальности после утрясём. Я и вправду так больше не могу. И сам мучаюсь и тебя мучаю... Мне, правда, больно на тебя смотреть, такую, я понимаю, что виноват, но я не могу ничего исправить.

 

- Ты всё ещё любишь ту девицу? – немного помолчав, словно раскрывая глаза перед неизбежностью, спросила Оля.

 

- Уже и не знаю. Мне кажется, я перестал любить всех... и себя в том числе.

 

- Грустно, - резюмировала супруга.

 

- У нас с тобой секса нет уже два месяца, понимаешь, я не могу..., не получается. Но мне и не надо. А ты-то как?

 

- Надо же... проявил заботу. Хреново! Как ещё.

 

- Нас с тобой от развода отделяет уже, по сути, только дата согласования процесса. Так что считай, что ты свободна.

 

Собрав наспех вещи, Владимир покинул квартиру.

 

Оля успела лишь вдогонку крикнуть:

 

- К ней?

 

- Какое это теперь имеет значение... – остановившись в дверях, произнёс почти бывший муж.

 

- И всё-таки?

 

Супруг замешкался:

 

- Пока что в паб, а там ...

 

- Всё понятно. Кстати. Беременна твоя вторая... не забыл?

 

Владимир машинально скривил физиономию.

 

- Точно! Совсем вылетело из головы.

 

- Ага, зато в другое место влетело! – к месту добавила Оля.

 

- Вот же ж...

 

- Ладно, что... поздравляю... у нас с тобой детей не было, а там будет. Всё нормально. Удачи, папаша...

 

Супруг пару секунд постоял в дверях, попрощался про себя с квартирой, и с сожалением мельком глянув на жену, закрыл за собой дверь.

 

Оля сорвала плед с дивана и, швырнув на пол, начала топтать его ногами, выпуская остатки эмоционального напряжения.

 

В квартире зазвонил телефон. Свирепо схватив трубку, Оля грубо ответила:

 

- Да!

 

В трубке сначала растерянно промолчали, но после всё же отозвались:

 

- Э... простите, я бы хотел поговорить с Ольгой.

 

- Это я! – понемногу приходя в себя, произнесла девушка.

 

- Оля? Ты? Богатой будешь, не узнал. Это я, Виталик, мы учились вместе...

 

- Виталик? – изменив тон, удивилась Оля. - Ты...? Ничего себе... Как ты меня нашёл?

 

- Ну... Слухами земля полнится.

 

- Привет. Как ты, где ты?

 

- Да ничего, всё в порядке, спасибо.

 

- Ты в городе? – уточнила Оля, посмотрев на определитель номера, - я слышала, что ты уехал в штаты.

 

- Это правда, я жил там какое-то время.

 

- Вернулся?

 

- Родина – есть родина.

 

- Вот как. Ясно. Семья, дети?

 

- Пока не обзавёлся.

 

- Нет?

 

- Нет... пока нет, но решим и этот вопрос со временем, я думаю... Как у тебя дела?

 

- У меня...? Да..., в общем, тоже нет никого.

 

- Ну... тогда, если ты не занята, может..., встретимся? А то чего так по телефону? С глазу на глаз так оно будет половчей.

 

- Встретиться? Можно.

 

- Сегодня сможешь?

 

- Сегодня?

 

- Ну... или когда?

 

- А давай! Через час у фонтана на «Бугринке». Помнишь это место?

 

Парень усмехнулся в трубку и деликатно прошептал:

 

- Я думал - ты забыла. Нет, я помню.

 

- Я забыла? Да ты что? Такое не забывается... Конечно, помню, ты так ухаживал... как потом никто и никогда... Так что? Договорились?

 

- Договорились, через час, - ответил парень.

 

- Всё собираюсь!

 

Оля с хитринкой и искрой в глазах положила трубку.

 

- Как ты вовремя позвонил, Виталик... – подумала она про себя, - сегодня я свободна...

 

Оля выбрала самое нарядное платье, туфли к нему подходящие подобрала.

 

Оценив себя в зеркале, поправила волосы, накрасила яркой помадой губы, не забыв про тени, духи и ожерелье.

 

Покинула она квартиру с восторженным чувством предвкушения, которого так не хватает порой в праведной семейной жизни...

 

***

 

Геля с небольшим, но заметным животиком ходила по своей квартире, держа в руках аккуратненькую леечку. Она полила последний оставшийся цветок, отставила леечку на столик, и взяла в руки фотографию в рамке, ту самую, что показывала в ресторане Владимиру.

 

- Давно в этом доме не было свежих цветов... свежих чувств... любви, - прошептала она с ностальгией и сожалением, глядя на фото.

 

В квартире раздался звонок в дверь.

 

Геля подошла к двери и посмотрела в глазок. Её реакция дала понять, что она опознала визитёра, однако открывать дверь не спешила. Гость оказался настойчив. Звонок раздавался вновь и вновь. Геля встала спиной к двери, в томлении и смятениях...

 

Наконец звонки умолкли. Какое-то время девушка стояла не шевелясь, а потом открыла дверь, образовав сантиметровую щель и отошла в сторону.

 

Владимир вошёл не сразу. Он долго стоял, с обратной стороны двери прижавшись к ней спиной. Понимал... чувствовал, что Геля дома. Чувствовал её смятения так же ясно, как и свои собственные. Он не знал, откроет ли ему дверь девушка, так крепко поселившаяся в его сердце после всего того, что произошло. Не знал он так же, как бы поступил сам, окажись он на её месте. И, тем не менее, пришёл.

 

Геля закрыла дверь за Владимиром.

 

Оба не проронили ни слова.

 

Владимир сперва посмотрел на животик, затем в глаза Гели.

 

Она молча ушла в комнату, Владимир разувшись, прошёл за ней, совершенно не подготовившись к встрече. Он не знал что говорить.

 

Сел рядом с Гелей, осмотрелся.

 

Девушка слегка отодвинулась, давая понять, что дистанцию она отныне готова соблюдать. Смотрели кто куда, но не в глаза друг другу.

 

- Ждала? – осторожно спросил Владимир.

 

Геля посмотрела на Владимира, потом опустила взгляд в пол и ответила:

 

- Конечно, ждала... надеялась...

 

Протянулась тяжёлая, но разряжающаяся пауза.

 

- Я сделал глупость, прости...

 

Девушка закрыла лицо руками и заплакала.

 

- Прости меня, пожалуйста... – прошептала она сквозь слёзы.

 

***

 

Оля вернулась домой поздно. Настроение у неё было не просто великолепное, она чувствовала себя окрылённой! Нежно улыбаясь и потягиваясь, девушка вальяжно бросила сумочку на диван и легла рядом, нежно обняв подушку.

 

- Забавное ощущение, - крутились мысли в голове, - нет, правда, я не агитирую никого, но чувство довольно странное. Приятное..., но приятное ни столько из-за того что я там что-то с кем-то... А из-за того, что я сейчас как никогда ясно понимаю, какой классный у меня муж. Как мне с ним повезло.

 

Оля встала с дивана, прошла к окну, задёрнула шторы и, включив торшер, вернулась к подушке.

 

- Я изменила ему сегодня! – произнесла она уверенно вслух. - Да! Как изменял он мне. Ну и что это меняет? Мне хотелось это понять. Искренне хотелось! Хотелось именно понять, а не изменить. Ведь в сексе мой муж в десять раз лучше любого другого мужчины! Лучше в отношении, в заботе, да во всём! По крайней мере, так было, до этих проклятых двух месяцев... Я решилась на этот шаг... Ну и что произошло страшного? Я стала меньше ценить своего мужа? Да я его теперь ещё сильнее ценю, люблю и... наконец-то понимаю. Да я любого за него порву и всё отдам. Это мой муж, это мой любимый человек, это мой подарок судьбы. И да... я теперь очень хорошо понимаю, почему его соблазняют другие женщины. Потому что он лучший. Мне повезло, он достался мне, а не им. А что же делать тем, кому не достались лучшие? Кому достались остальные или вовсе не достался никто? Ведь мужчин меньше и их ни на всех хватает? Мы как-то не думаем об этом, свято принимая политику места за первое правило жизни. Но девчонки... Положа руку на сердце... Я вам скажу! Я не знаю, как бы я поступала и как себя вела, окажись я на месте тех, кому не достался мужик. Или кому достался огрызок, искалеченный круглосуточным маминым вниманием и чрезмерной заботой, полуфабрикат с мужским телом, чем-то отдалённо напоминающим мужчину, но совершенно не соответствующего этому термину. Таких много, я встречала. Сколько из всей той массы мужских плевел, настоящих зёрен? Да ещё и чтобы не гнилых, не испорченных..., чтобы эти зёрна могли дать здоровый достойный урожай, которым можно было бы гордиться, ради которого стоило бы пахать этот сорный огород под названием жизнь?

 

Оля села поудобней, потёрла виски, лицо, которое выражало восхищение, понимание, умиление и самоотречение одновременно.

 

- Их мало..., - тихо произнесла она, - очень мало. Просто пугающе мало. И если вдруг такой мужчина где-то ещё кроме счастливицы жены даёт здоровый зрелый урожай – то он автоматически становится козлом. Никто не разбирается, в том, что именно тот ребёнок в той семье потом вдруг становится великим мира сего. Никто не задаётся вопросом – в результате каких жизненных событий появляются гении или кумиры. А мне доподлинно известно, что если бы не вот такие мужики – козлы, как их именуют в нашем праведном обществе, то этот мир был бы намного мрачней, значительно менее успешней. И был ли бы он вообще на сегодняшний день – это большой вопрос, ведь мужчины всё делают ради нас... женщин... и тот же мир спасают и преображают и возрождают его... А ещё я знаю множество семей, где мужей держат на коротком поводке, где следят за каждым его шагом и порицают в каждом бесконтрольном движении, ускользнувшем от зоркого ока жены. И ещё я знаю, какие дети вырастают в этих семьях. Они видят наглядный пример. Потом психологи гадают, почему же мужчина не спешит жениться. Почему же разумные прекрасные девочки примеряют на себя роль диктатора в семье. Кто от этого становится счастлив? Кто?

 

Кто вбил нам в наши головы, что должно быть только так, а не иначе? Кому было выгодно отобрать у миллиардов людей простое человеческое счастье, внедрив в наши головы сплошные нельзя, нехорошо, неправильно, вредно, опасно...

 

Да пусть! Пусть неправильно, пусть опасно. Я лично предпочитаю лучше прожить один день в счастье и любви и в конце этого дня умереть со счастливой улыбкой, чем влачить жалкое существование до глубокой старости, а потом задаться вопросом – на кой чёрт я спустила эту жизнь в унитаз? Почему не позволила себе признаться в чувствах, рискнуть заявить о себе, рискнуть осчастливить... просто подарить, хоть на миг избавить себя от постоянной навязчивой мысли – а что скажут другие? Где сейчас эти другие?

 

Это моя жизнь... моя!

 

Изменял... И будет изменять... Да Бог с ним... пусть. Я его понимаю... Ещё больше я понимаю её... или их, кто там и сколько соперниц – не важно... Может я и дура..., но свободная от предрассудков, пока ещё при муже и при счастье! Он достался мне, и я его не потеряю... своё счастье я не отпущу. Теперь... наконец-то, я понимаю и себя!

 

 

 

Владимир вернулся домой ближе к вечеру. Настроение у него было отменным, хоть разговор предстоял не из приятных. Вопреки ожиданиям, жену он застал счастливой и жизнерадостной, которая встретила его не со сковородой, что было бы логично, а с приготовленным ужином и приятным обхождением.

 

- Ты прямо вся цветёшь! Всё хорошо? – садясь за стол, изумился блудный муж.

 

- Всё отлично! – нежно шепнула Оля.

 

- Ты знаешь, - начал Владимир, пытаясь понять причины восторга, - я хотел сказать, что...

 

Но жена не дала ему договорить, перебив коротким нежным:

 

- Ччччч....

 

Она подошла к мужу и поцеловала его в губы. А после произнесла:

 

- Не надо ничего говорить... не важно, что было и не важно, что будет. Сейчас я счастлива... Я счастлива именно с тобой, всё остальное отныне меня не волнует.

 

Владимир довольно хитро, с примесью непонимания улыбнулся, потом спросил:

 

- То, есть... всё нормально? Живём?

 

- Всё круто... пойдём? - Оля кивнула в сторону спальни. Намёк был понятен. Супруг подхватил на руки жену и важно ступая, перенёс её в комнату любви, где всё произошло так, словно в первый раз...

 

Спустя месяц, Оля и Владимир ужинали в ресторане. Оба откровенно наслаждались вечером, растягивая удовольствие от вина и угощений. Улыбки их светились искренностью и благостью.

 

- У меня в этом месяце на работе нереальный всплеск, - рассказывала Оля, - продаж столько никогда не бывало. Мне оклад повысили одной из отдела, но это, правда, секрет, просили никому не говорить. Да ещё премия будет, чувствую нехилая.

 

Угостившись фруктами, глянув на счастливого мужа, Оля вдруг сказала:

 

- Возвращаюсь с работы домой, и с содроганием сердца думаю о том, что могла тебя потерять. Ведь я так люблю тебя...

 

- Любовь моя, - трепетно произнёс супруг, - мне кажется, я стал любить тебя ещё сильней. Этот месяц, что мы провели вместе в такой идиллии... Я ведь думал всё, что приду сейчас домой, ты скажешь - уходи и всё. Жизнь закончилась.

 

- Я была в шаге от этого... И если бы я не дай Бог приняла именно такое решение, то моя жизнь на этом тоже бы закончилась. Не представляю тебя без себя. Как твои успехи на работе?

 

Владимир отпрянул на стуле и гордо произнёс как само собой разумеющееся:

 

- Сегодня генеральный, торжественно и чинно, объявил всем о моём повышении!

 

- Оу! Здорово! – восторженно отреагировала жена.

 

- Да! И меня переводят в главный офис!

 

- Поздравляю, дорогой.

 

- Я давно об этом мечтал, и, конечно, стремился.

 

- Ты достоин этого! Всё вполне закономерно и справедливо.

 

Владимир поцеловал ручку жене со словами:

 

- Без тебя я бы ничего этого не достиг. Помнишь, кем я был, когда мы только начали встречаться? И кто сейчас... Да, я старался, но твоя заслуга в этом не меньше. Так что сегодня мы отмечаем с тобой моё вступление в должность и наши совместные успехи!

 

- Пфф... – наигранно расстроено произнесла Оля, - я-то думала, ты жену просто так пригласил в ресторан, без повода, так, сделать приятное...

 

- Дорогая... с этих пор мы будем с тобой ходить по ресторанам, по театрам... в кино, в клубы... куда захочешь... Только скажи, только намекни, я всё для тебя сделаю!

 

- Люблю тебя!

 

- Обожаю!

 

Супруги обменялись воздушными поцелуями и приступили к ужину.

 

***

 

Проведя чудесный, яркий, эмоциональный и более чем плодотворный рабочий день, Оля вернулась домой чуть задержавшись. Супруга ещё не было.

 

Умывшись, Оля открыла ноутбук, и пошла было переодеваться, но краем глаза увидела письмо от знакомого адресата. Сообщение пришло от Гели.

 

- Опять она... Ну, что на этот раз? – с любопытством, но совершенно без злобы подумала Оля и открыла голосовое сообщение:

 

- Встретимся?

 

Оля деловито улыбнулась, что-то напечатала и отправила письмо в ожидании ответа. Геля довольно быстро появилась в сети. Прислала ответное аудио:

 

- Да, знаю это место, могу быть там через полчаса.

 

Оля, накинула обратно на плечи только что покинувший их жакет. Что-то напечатала, получила одобрение и, закрыв ноутбук, покинула квартиру с затейливой улыбкой.

 

 

 

***

 

 

 

Геля пришла первой и успела сделать заказ на двоих. В наушниках её плейлиста звучала печальная композиция killing me inside amurai feat sean ryan.

 

В ожидании соперницы, она достала косметичку, чтобы в очередной раз проверить достойность своей внешности.

 

В двери ресторана вошла Оля. Она сразу узнала оппонента, с интересом и умилением посмотрела на неё. Почувствовав на себе взгляд, Геля опустила зеркальце и машинально встала.

 

Пауза длилась недолго. Оля подошла к столику и села напротив. Геля опустилась на своё место.

 

- Ну, здравствуй, вот и свиделись... – произнесла счастливая жена.

 

- Здравствуй, - прозвучал неуверенный ответ.

 

- У моего мужа есть вкус!

 

- Да, пожалуй... - оценивающе глядя на Олю, произнесла соперница.

 

- Никогда не думала, что вот так просто буду сидеть за одним столиком с любовницей своего мужа.

 

- Я была любовницей. Это так. Впрочем, не совсем так... Я чувствовала себя его девушкой, его второй половиной, его... может быть не женой, но точно не любовницей. Он для меня всё.

 

- Да, я помню, читала, что ты не намеренна от него отступаться.

 

- Знаешь... – опустив взгляд, виновато произнесла Геля, - я ведь тогда действительно хотела вас поссорить, чтобы он доставался только мне и никому больше. Прости, пожалуйста, я уже поплатилась за это потерей любимого человека.

 

- Что? Так значит, вы больше не общаетесь? – удивилась Оля.

 

- Не общались. Два месяца. Это была его инициатива. Он скрывался, не отвечал на звонки и сообщения, потом мы случайно встретились и он сказал, что больше мы не вместе. Но примерно месяц назад он пришёл ко мне. Выслушал, простил. У нас с ним опять всё началось как раньше. Но я тебя пригласила на встречу сегодня не для того, чтобы попытаться опорочить его или себя и вновь попытаться внести раздор в вашу семью.

 

- Чего же ты хочешь?

 

- Не знаю, как сказать... Понимаешь? Я не могу без него. Я с ума схожу, когда его нет рядом. Эти два месяца разлуки были худшими в моей жизни. Я и таблетки глотала и люстру покрепче искала в доме... Хотела вскрыться, но не хватило духа, увидев первую кровь на запястье. Я умру без него, Оля, не знаю, что делать, и я очень не хочу, чтобы из-за меня он терял тебя. Ведь я знаю, как он умеет любить, и я знаю, что он тебя любит. Тебя любит... и меня любит. И я не знаю, что со всем этим делать. Подруги говорят – бросить это всё, но им легко говорить. Володя без меня страдал, я знаю. Но он будет страдать и без тебя.

 

Геля поправила волосы, смахнула едва заметную слезинку и, отпив из бокала, произнесла:

 

- Может быть, я сделала глупость, но я подумала, что никто кроме как мы с тобой не сможем эту ситуацию разрешить. Володя сам выбор сделать не может, точнее он его давно сделал, но это... так скажем, не стандартный выбор.

 

- Почему же не стандартный? Всё по классике жанра. Как и в большинстве семей, другой вопрос, что не в каждой об этом так свободно говорят и не везде знают о третьем звене в отношениях...

 

- Я не хочу врать..., - устало перебила Геля. - Я хочу жить честно и по возможности с чистой совестью, но мне и в голову не могло прийти, что чистая совесть может конфликтовать с мыслями и чувствами. Нас этому не учили в детстве, я не знаю что делать...

 

Оля отпила из своего бокала и по-доброму улыбнувшись, ответила:

 

- Да... я тоже росла с мыслью о том, что встречу прекрасного принца, он будет носить меня на руках, защищать, любить, одаривать подарками, что у нас родятся чудные детки, и мы будем жить в большом доме своей большой дружной семьёй.

 

- Я тоже так себе всё это представляла. А когда подросла, то на практике не смогла отыскать ни одной такой семьи. Или любовные треугольники, или уже разведёнки, как следствие. Редко – вдовцы. Как угодно... только не так, как нас учили, как мы мечтали...

 

- Вот и я о том же...

 

- Что делать, Оля? Как жить? Как быть? Как поступить правильно? Есть ли оно вообще это правильно?

 

- Хороший вопрос, Геля... Очень хороший вопрос...

 

Оля сделала глоток из своего бокала, поправила волосы и задумчиво произнесла:

 

- Знаешь... Я пришла к пониманию, что в этом мире есть место всему. Даже таким семьям, которые живут вот так, на два фронта. И при этом никто не испытывает дискомфорта. Ведь мы были в целом счастливы, когда не знали друг о друге?

 

- Я знала о тебе!

 

- Хорошо, знали, я тоже догадывалась, но мы существовали друг для друга фантомно, локально, если угодно. По факту, в моей жизни не было тебя, а меня не было в твоей жизни, зато у каждой из нас в жизни был прекрасный нежный, заботливый и любящий мужчина.

 

Геля одобрительно кивнула головой.

 

- Нас воспитывали в определённых рамках понимания, - продолжала Оля, - в узком, чётком строгом формате. Только так и никак иначе! Что это не правильно, что то нехорошо. В итоге было разрушено множество семей, хоть муж и жена продолжали любить друг друга до конца дней после совершённой кем-либо из супругов «ошибки». Любили до, и любили после, однако стереотип и чьё-то навязанное мнение, что должно быть только так и никак больше – разрушил их семьи. Всё бывает. Нет ничего не правильного, есть место всему. Если нам всем от этого только хорошо – значит это правильно.

 

- То есть... ты не против, чтобы всё это так и продолжалось? – опасливо уточнила Геля.

 

- Тебе хорошо с ним? – спросила Оля, словно обращаясь к подруге.

 

- Он лучший... – печально прошептала Геля.

 

- Согласна. Меня всё устраивает, я счастлива, что у меня есть такой мужчина. Лучшего я тоже не встречала. Кто знает, может быть, когда-то кто-то из нас встретит того, кто покажет нам другую жизнь, покажет и поведёт по этой другой жизни за собой... Но сейчас... Мне кажется, мы встретили того, кто показал нам жизнь именно такую. Показал и привёл к тому, что мы имеем. И ты знаешь... Я счастлива...

 

- Я не верила, что ты это скажешь, но всё же надеялась где-то глубоко. То есть всё хорошо? Мы можем продолжать жить, так как живём?

 

- Всё нормально, подруга. Как твоя малышка?

 

Геля впервые за встречу улыбнулась.

 

- Всё хорошо... беременность проходит нормально. Разговариваю с ней. Я только благодаря ей и вынесла эти два месяца, так бы точно руки на себя наложила!

 

- Всё хорошо. Пусть это будет здоровый счастливый ребёнок. Ладно, мне пора. Не обещаю, что станем с тобой лучшими подругами, но судя по тому, что происходит..., секс втроём я бы отрицать не стала..., - шутливо добавила Оля. Подмигнула вицесопернице и, простившись – ушла.

 

Геля проводила её смущённым взглядом...

 

***

 

В квартире Оли и Владимира играла музыка. Хозяйки ещё не было дома, Владимир, пользуясь случаем, включил погромче любимую радиоволну и, пританцовывая в такт задорным мотивам хлопотал по хозяйству.

 

Полон сил и энтузиазма, он с нетерпением ждал супругу с работы. Огромный букет цветов уже давно ждал своего звёздного часа. Владимир бегал с ним по квартире, переставляя с одного места на другое, примеряясь, как эффектней будет смотреться презент от входа, когда войдёт жена.

 

В итоге, самое лучшее место было определено прямо у дверей. Владимир поспешил на кухню, подвязывая на ходу фартук. Вытащил из печи противень с чем-то парящим и ароматным в тот момент, когда Оля вошла в квартиру. Запах яств ударил ей внос даже раньше, чем перед глазами предстал букет цветов.

 

- Ого! - позитивно с толикой юмора произнесла супруга. - Любовь моя, ты сегодня накосячил больше обычного? Судя по размеру букета, я даже боюсь предположить, что ты натворил!

 

Муж вышел ей навстречу с очаровательной улыбкой и противнем в руках.

 

- Ужин готов, любимая! Прошу к столу!

 

Оля прикрыла рукой рот в исступлении, восторге, и с сарказмом одновременно.

 

- Ого... А... прости, мы в квартире одни? Ты часом ничего не хочешь предложить такого... запретного... не одобрительного общественным мнением? – прищурившись с лёгким опасением, спросила она.

 

- Нееет... о чём ты? Всё хорошо, ничего я не натворил. Просто я как-то неожиданно вдруг вспомнил, что у меня лучшая в мире жена, которая достойна лучшего в мире букета, лучшего в мире ужина и лучшего в мире обхождения!

 

Сомнения отпустили хозяйку. Оля млела...

 

- Каков подлец... – подумала она про себя с энтузиазмом, - ну как тут устоять...

 

- Ну, так что? Сюрприз получился? – с надеждой в глазах спросил супруг.

 

- Шутишь? Конечно! Я в восторге!

 

Оля поцеловала мужа десять раз в каждую щёчку поочерёдно.

 

- Сейчас умоюсь, переоденусь, и... – радостно сказала она, скрываясь в спальне. Владимир остался в комнате один. Убедившись, что жена вышла, он достал мобильный телефон и торопливо набрал:

 

«Спокойной ночи, прелесть! Люблю тебя!»

 

И так же быстро убрал телефон обратно в карман, осмотревшись, не заметила ли жена.

 

Телефон предательски пиликнул в кармане. Оля должна была уже вот-вот вернуться в комнату, но любопытство брало верх. Пара секунд на смятение и вновь телефон в руках мужчины. Ответное сообщение от Гели пришло в голосовом формате:

 

«Не представляю, что завтра с тобой сделаю! А сегодня замучаю игрушку. Если что – я жду... мммуа!»

 

Владимир улыбнувшись, спрятал телефон в карман. Жена уже успела войти в комнату, она прекрасно отдавала себе отчёт в том, что происходит, но вида не подала.

 

- Ну-с... что тут у нас муж наготовил? – воодушевлённо спросила она.

 

Владимир широко улыбнулся и развёл руками, приглашая любимую женщину к столу!

 

Добра Вам и Света!!!

 

Николай Лакутин

 

Обложка книги разработана автором в дизайнерской программе и является интеллектуальной собственностью Николая Лакутина.

 

Официальный сайт автора http://lakutin-n.ru

 

Драматическая комедия в двух действиях на 1 час 40 минут

 «Он, Она и Я». 

Драматическая комедия. 2019г. Автор: Николай Лакутин.

Пьеса на 3 человека. Роли: 2 женские, 1 мужская. 

Действующие лица: 

ОЛЯ – жена героя, около 35 лет. Мудрая женщина в отношении семьи не по годам;

ВЛАДИМИР – муж около 35 лет. Семейный человек, но живёт на два фронта;

ГЕЛЯ – девушка около 30 лет. Очаровательна, фигуриста, молода, амбициозна.

Описание:

Жена узнаёт о том, что уже год делит мужа с какой-то девицей. Муж ведёт себя естественно, подозрений не вызывает, но сомнений нет, он - изменник. Жена оценивает ситуацию, убеждается в том, что информация правдива и принимает радикальное решение, которое в итоге устраивает каждого участника любовного треугольника! 

 

Вторник, 09 Апреля 2019 04:56

Эмиссары 3

 Ты уж потерпи, милая... Знаю, что дети мои тебя изрядно потрепали, что поделаешь, к моменту зрелости они, как и все человекоподобные малоразвитые существа успевают наделать множество ошибок, крушат, ломают, портят... Сердишься на них, порой, наказываешь, а потом всё равно прощаешь... ты потрепи, родная, недолго осталось, продержись ещё чуть-чуть... милая моя Земля...

Николай Лакутин

 

Вторник, 09 Апреля 2019 04:40

Эмиссары 3

  эмиссары  3 обложка джипег

Введение

Ты уж потерпи, милая... Знаю, что дети мои тебя изрядно потрепали, что поделаешь, к моменту зрелости они, как и все человекоподобные малоразвитые существа успевают наделать множество ошибок, крушат, ломают, портят... Сердишься на них, порой, наказываешь, а потом всё равно прощаешь... ты потрепи, родная, недолго осталось, продержись ещё чуть-чуть... милая моя Земля...

 

Все события, организации и персонажи являются авторским вымыслом. Любые совпадения имён, фамилий и должностей персонажей с реальными именами живых или умерших людей, а также происходившими с кем-либо в жизни событиями — абсолютно случайны и совершенно непреднамеренны.

 

Фэнтези

 

Эмиссары. Часть третья

 

Генерал стоял в своём кабинете и пристально наблюдал за ползающей между оконными рамами мухой, корчась от надоевшего чая. Он отставил бокал в сторону и посмотрел на часы. На столе зазвонил телефон.

 

- Товарищ генерал! – докладывал вверенный наблюдатель, - обе опергруппы вышли на связь.

 

- Так! – с предельным интересом отозвался генерал.

 

- Они вошли в квартиру Яхорда и сообщили, что в ней никого нет. Не совсем понимаю, что происходит, но сложилось такое впечатление, что они как будто только сейчас поднялись на этаж и только сейчас штурмом вломились на обозначенный адрес. На вопросы об их отсутствии на связи всё это время они не могут ответить, ссылаясь на то, что последний контакт состоялся полторы минуты назад. Мы сейчас направили их обратно, машины уже едут. Прибудут, будем разбираться, что к чему. И ещё. В допросной появились все трое. Дверь не поддаётся, словно замурованная, камеры из допросной комнаты всё время выдают странные помехи, мы не знаем, что там происходит. Разрешите спилить петли на дверях?

 

- Спиливайте, нам нужно, во что бы то ни стало проникнуть внутрь и узнать, что там произошло! И как можно скорей! – закричал генерал и бросил трубку.

 

***

 

- Это была наша последняя встреча..., больше я не приду... не придут и другие. Своё дело я сделал... Прощайте!

 

Исаев и Ярус переглянулись, не понимая, чего ждать в следующий миг. Долго ждать этого понимания им не пришлось. Яхорд развёл руки и поднял их чуть выше плеч ладонями вверх. Тёплая, трепетная улыбка излучающая добро парализовала собеседников, они понимали, что сейчас что-то произойдёт и надо быть наготове, но пошевелиться не могли. В этот момент голова Яхорда неестественным образом свернулась набок, и напоследок подмигнув, теряя контроль над мышцами лица и силу в теле, он упал замертво.

 

Новое зрение двух друзей отследило размытые передвижения в камере.

 

Исаев выставил руку вперёд и как никогда властным тоном произнес:

 

- Линкорн!

 

Едва размытая тень человека стала приобретать более явные очертания. Она становилась всё более насыщенной до тех пор, пока перед двумя тайными друзьями не появился человек крепкого телосложения стоящий к ним спиной.

 

- Знаете меня? – на удивление приятным голосом произнёс этот человек, даже не обернувшись.

 

- С недавних пор... – ответил Ярус, внимательно следя за объектом.

 

- Есть желание пообщаться? – добродушно спросил Линкорн стоя всё так же спиной.

 

- Есть! – ответил капитан, чувствуя нарастающую вокруг себя силу.

 

- Менее чем через минуту здесь будут служивые. Никто не против, если мы продолжим беседу в более располагающем для общения месте? - вежливо поинтересовался человек стоящий спиной. Ответ дать никто не успел. В воздухе повисла секундная тяжесть, почувствовалось давление на глаза и уши и в следующий миг дверь в допросной с грохотом от взрыва сорвалась с петель. В помещение вбежали вооружённый отряд бойцов. За ними вошёл вверенный сотрудник генерала, который с умилением посмотрел на тело мёртвого Яхорда...

 

Капитан, Ярус и Линкорн очутились в небольшом европейском городе. Население здесь было не большой численностью, на улицах почти не было людей. Стриженые газоны, аккуратные кустарники и дома соответствующие единому строгому, но со вкусом стилю. Всё это говорило о том, что городок относился к германской провинции.

 

Линкорн стоял всё так же спиной.

 

- От чего не обернёшься, приятель? – спросил капитан, - я не верю, что ты боишься выдать своё лицо, это для тебя никакой опасности не несёт, ведь мы знаем кто ты.

 

Линкорн медленно повернулся и поднял тяжёлые могущественные глаза на капитана. От этого взгляда даже Ярусу стало не по себе. Капитан на удивление сохранял воинственный настрой. Линкорн перевёл взгляд на Яруса и удивлённо приподняв брови, произнёс:

 

- Ярус? Вот так встреча... Сама легенда криминального мира, да ещё в купе с легендой мира правоохранительных структур. Всё в гармонии, как всегда. Это честь для меня, рад встречи.

 

Линкорн учтиво кивнул обоим.

 

Капитан осмотрелся, в паре десятков метров располагалось уютное место отдыха, облагороженное резными скамейками и столиками.

 

- Присядем? – предложил Исаев.

 

- Можно, - согласился Линкорн.

 

Троица проследовала к скамейкам.

 

- Первый вопрос, как я понимаю, будет связан с гибелью того, кто остался в камере, верно? – протерев скамью платком и расположившись на ней, уточнил Линкорн.

 

- Это был очень хороший человек, было любопытно узнать, что заставляет хорошего человека убивать хорошего человека, - съязвил Исаев.

 

- Спасибо за комплимент. Но я не такой уж хороший, только учусь им быть.

 

- Пока не очень получается, - заметил Ярус.

 

- Это факт, - с ухмылкой ответил Линкорн, - а почему Вы решили, что тот парень был хорошим человеком? Так ли уж хорошо Вы его знали?

 

Вопрос был неожиданным как для Исаева, так и для Яруса.

 

- Понимаю Ваше смятение, но дело в том, что хороших людей и плохих людей в принципе не существует. Равно как плохих и хороших поступков. Это Вы должны знать, - спокойно произнёс Линкорн, беззаботно глядя в облака.

 

- Допустим, - ответил Ярус.

 

- Так что Вы знали о покойном?

 

Друзья переглянулись.

 

- О нём мы знали намного больше, чем знаем о тебе. И, тем не менее... зачем? – стоял на своём капитан.

 

Ярус почувствовал нарастающую незримую силу со стороны капитана. И судя по невербальному жесту Линкорна, он тоже её почувствовал.

 

- Капитан... – удивлённо произнёс Линкорн. - Вы приятно меня удивляете. Чтобы овладеть силой, которую я наблюдаю у Вас, людям требуются тысячелетия. Среди приближённых... Вас в списках нет, значит...

 

Линкорн прищурил глаза. Концентрация этой силы стала стремительно нарастать. Чего от неё ждать, не знал никто. Линкорна прижало к скамье, горло его словно опоясала невидимая петля. Он стал задыхаться, а в следующий миг исчез.

 

- Что это было? – обратился Ярус к другу.

 

- Я и сам не знаю. Только подумал, как бы подержал за горло этого самовлюблённого типа, оно как-то само всё получилось.

 

- Похоже, с мыслями нам теперь нужно быть осторожней. Не нервничай, а то добром это не кончится.

 

- Пожалуй, ты прав. Ну и где теперь этот фрукт?

 

- Да здесь, я, здесь – послышался голос Линкорна сзади. Он шёл, как ни в чём не бывало, улыбаясь лёгкой приятной улыбкой. В руках он нёс три мороженных.

 

– Ловко же Вы встречаете по одёжке. Нет бы, сначала узнать, что к чему, - укорил Линкорн капитана, протягивая ему первому большой вафельный стаканчик с красиво взбитыми сливками.

 

- Извини, случайно как-то вышло, - оправдался тот, взяв презент.

 

Линкорн протянул второе мороженное Ярусу, тот тоже любезно принял.

 

- В Венесуэле есть чудное местечко, там продают лучшее мороженное в мире. Отведайте, друзья, - предложил Линкорн, жадно откусывая большой кусок.

 

- Ты за него рассчитаться успел? – с подозрением спросил капитан.

 

- Нет, - спокойно ответил Линкор.

 

- Значит, украл? – давил допросным тоном капитан.

 

- Да нет же!

 

Исаев сощурил глаз.

 

- Это моя точка, мой бизнес, один из многих, зачем мне платить за то, что и так моё.

 

- Вот оно что... – успокоился капитан и попробовал хвалёное мороженное на вкус.

 

- Ну как? – полюбопытствовал Линкорн.

 

- Очень хороший отвлекающий манёвр, я оценил, надеюсь не отравлено... так зачем ты его убил?

 

Линкорн внимательно посмотрел на капитана, потом на Яруса. Потом уставился на своё мороженное. Он смотрел на него как-то странно, а потом вдруг бросил на стол, оно тут же растеклось равномерно во все стороны, полностью залив собой поверхность. В следующее мгновение, на этой залитой столешнице, как на мониторе показалась суровая статная женщина, которая повествовала группе мужчин в небольшом зале, одетых в строгие костюмы:

 

- Берлин, Пекин, Токио, Москва, Нью-Йорк, Гонконг, Лондон, Варшава, Париж, Мадрид, Прага... и ещё два десятка городов, где только за последний квартал мы потеряли своих лучших сотрудников. Мы потратили десятилетия на подготовку этих кадров, корпорация веками оттачивала механизм и продумывала стратегию ведения данной политики. И вот, за один квартал, девяносто процентов наших внутренних резервов истреблено, словно по маху волшебной палочки.

 

Женщина закашлялась, достала из кармана какой-то баллончик, прыснула пару раз себе в горло и, отдышавшись, продолжила, внимательно осмотрев аудиторию:

 

- Нам удалось выяснить причину такого дерзкого выкашивания наших рядов. Всё это сделал один человек. Вот он!

 

На экране появилось размытое фото Яхорда.

 

- Кто-нибудь из вас видел прежде этого человека? – строго спросила женщина.

 

Зал ответил молчанием.

 

- Это очень опасный человек. До того, как представить его сегодня вам, мы отправили несколько внутренних групп зачистки для его ликвидации. Ни один человек из этих групп не вышел на связь через двадцать четыре часа после начала операции. Такая участь постигла каждую группу. Мы потеряли их всех. – Женщина вновь достала баллончик и ещё пару раз прыснула его содержимое себе в горло. - Поэтому сегодня, я собрала здесь лучших из лучших. Тех, кто не признаёт законов физики и ограничений в каком бы то ни было формате. Тому, кто принесёт мне его голову, я выплачу такую сумму, какую потребует его поимщик.

 

- Вы же знаете, мисс Гара, деньги собравшихся здесь не силком интересуют, - сказал один господин, подняв руку вверх, и из его руки буквально полетели стодолларовые купюры во все стороны, словно из фонтана, работающего под большим давлением.

 

- Пощадите уборщицу, - ответила женщина, - мы знаем, что вы, как и многие здесь способны материализовать себе и деньги в любых количествах и всё что угодно, но никто из вас не может получить официальный статус неприкосновенности, свободу передвижений и действий.

 

- Нам не нужны статусы, мы можем делать всё, что хотим со всем, что захотим, - ответил чернокожий парень, и несколько огненных всплесков разлетелось от него в сторону трибуны, едва не дотянувшись до женщины, которая и виду не подала, будто что-то произошло. Она спокойно продолжала:

 

- Да, однако, вы постоянно подвергаетесь гонениям, излишнему вниманию, излишним угрозам. Где гарантия, что таких же способных не найдётся в штате государств, в которых вы себе позволяете всё что захотите? Мы же можем вам предоставить государственный статус неприкосновенности, и любые ваши действия будут трактоваться как необходимость согласованной государственной политики. А интересы нашего государства, как вы знаете, котируются во всём мире.

 

- Я найду его и решу вопрос, - послышался голос за женщиной.

 

Обернувшись, она увидела проявляющегося из пустоты большого араба.

 

- Только уж и вы со своим котируемым государством сдержите слово, - сказал он и исчез.

 

Картинка на столике исчезла. Мороженное растёкшееся по столу тоже перестало быть видимым, будто ничего и не было.

 

- Это кто такой был? – поинтересовался капитан.

 

- Тот ещё деятель. Имени его я называть не буду, но государственный статус неприкосновенности ему совершенно ни к чему, - ответил Линкорн. – Я тоже присутствовал на этой презентации, знаю каждого из тех, кто находился в зале. Мне потребовалась одна неделя для того, чтобы найти требуемый объект и спланировать его ликвидацию. Заметьте, его голова осталась при нём. Я хотел сделать это тихо, чтобы никто и не узнал, что это сделал именно я. Мне очень не хотелось, чтобы араб получил предложенные лавры. А что касается моей жертвы... я ведь тоже член семейств. Он убрал много моих хороших знакомых и даже несколько друзей. Рано или поздно за это пришлось бы ответить, вот и пришлось.

 

- Я не верю, что он совершил все эти убийства, и потом, он точно знал о своей смерти и без боя оставил этот мир. Почему? – донеслось со стороны Яруса.

 

- Не верить – твоё право, коллега, - ответил Линкорн.

 

- Какой я тебе коллега? – возмущённо рыкнул Ярус.

 

- Не просто коллега... ты мой кумир, - улыбнувшись, ответил Линкорн. - Расскажу одну любопытную историю, которую нашёл, когда по своим закрытым каналам, когда собирал сведения о лучших ликвидаторах мира за всю историю человечества.

 

Я набрёл на эти записи в одном старинном архиве, в чёрной книге с металлическими страницами. В нём говорилось об одном характернике, который вышел один против целого войска. Этот человек был по пояс голым, в руках у него было два меча. На вид ему было лет тридцать пять. Когда войско двинулось в бой, характерник начал раскручиваться вокруг себя и помчался навстречу войску. Он рубил сотнями и коней и людей. Бой длился чуть меньше часа. Полторы тысячи рубленых тел воинов и сотни коней устелили поле. Ещё пятьсот всадников в панике развернули коней в обратную сторону и бежали. В поле, блистая мечами, кружился в сумасшедшем танце лишь один воин, характерник. Когда он остановился и прекратил вращаться. На нём не было ни царапины, только кровавые потёки врагов стекали с его тела. Но это был как будто совершенно другой человек. Это был старик, который тут же опустил руки под тяжестью мячей, опустился на колени, да так и умер в сидячем положении. В чёрной книге описание этого эпизода в истории давал один из нападавших воинов. Характерник отсёк ему руку, но он остался жив. Лёжа на поле, он наблюдал, как разлетаются воины под ударами крутящегося демона. Этот демон остановился около него, и когда старик упал на колени, воин успел увидеть тот же взгляд в его глазах, перед тем, как они закрылись навеки, что сверкал час назад в глазах тридцатипятилетнего парня.

 

- А как звали этого человека, который оставил письмена? – спросил Ярус.

 

- Не помню точно его имя, как-то я не сильно акцентировал на этом внимание, но что-то похожее на твоё. Ясус... Ярис...

 

- Яхорд? – строго спросил Исаев.

 

- Точно! Яхорд! – ответил Линкорн, - но это не так интересно, интересней то, что тот характерник, это ты, Ярус.

 

Капитан молчал, что-то думал.

 

- С чего ты это взял? – удивился ликвидатор.

 

- В писании сообщалось, что в наши дни тот человек будет одним из лучших ликвидаторов, каких доселе видел Свет. Я сразу понял, что это ты, когда изучил ряд загадочных нераскрытых преступлений с чётко прослеживаемым почерком.

 

- Так себе доводы, - ответил Ярус, не веря словам коллеги.

 

- Что же, тогда подкину ещё один аргумент. В писании так же сообщалось, что у характерника на спине красовалось родимое пятно в виде равнобедренного треугольника исполненного с удивительной точностью и чёткостью.

 

После этих слов Яруса передёрнуло.

 

- Это родимое пятно, - продолжал Линкорн, - если верить источнику, характерник пронёс через каждое своё воплощение, ибо этот треугольник есть его знак. Задери-ка рубаху приятель и повтори свой намёк на то, что я ошибся?

 

Исаев с интересом посмотрел на Яруса. Лицо его друга выражало глубокое смятение.

 

- Подними? – попросил капитан.

 

Ярус как-то машинально расстегнул рубаху и скинул её, оголив спину.

 

На спине ликвидатора красовалось родимое пятно в виде равнобедренного треугольника с чёткими гранями, словно отчерченными по линейке.

 

- Все кто знал об этом моём знаке, давно покинули этот мир, - задумчиво произнёс Ярус, и, обернувшись к Линкорну, спросил, - как ты узнал, что это именно я?

 

- Догадался.

 

Линкорн довольно улыбнулся и добавил, как ни в чём не бывало:

 

- Оказалось, что характерник тратит десять лет жизненных сил за пятнадцать минут боя. В истории Земли таких людей было всего несколько человек. Одним из них был ты, Ярус. Впрочем, почему же был... ты есть.

 

- Всё это занятно, даже очень занятно, однако и ты не всё знаешь! – сурово произнёс Исаев, обратившись к Линкорну.

 

- Так просвети?

 

- Тот писарь, который оставил информацию про Яруса.

 

- Яхорд? – перебил капитана Линкорн.

 

- Да, так вот тот самый человек был убит сегодня утром от твоей руки. Это и был Яхорд.

 

Линкорн сначала усмехнулся, но проследив за реакцией своих новых знакомых, понял, что капитан не шутит. Быстро сопоставив факты, он понял, что истинные мотивы ликвидации его жертвы были вовсе не те, что озвучила женщина на закрытом заседании глав семей. Его, как и многих других обманули.

 

- Почему же он дал себя убить? Ведь это был очень не простой человек, надо полагать, он был способен на многое? – печально спросил неизвестно кого Линкорн.

 

- Почему тот писака из дворца спокойно принял пуля в затылок? – в свою очередь адресовал свой вопрос капитан Ярусу.

 

- У меня сложилось впечатление, что он ждал меня. Что он с точностью до минуты знал свою дату смерти и более того, сам себе её запрограммировал, - ответил ликвидатор.

 

- Браво маэстро, - сказал Исаев, - Яхорд поступил точно так же. Как-то всё похоже в этом мире. Он знал, что ты придёшь за его жизнью, он сказал нам об этом за несколько секунд до того, как ты свернул ему шею. Он ждал тебя, он всё рассчитал и всё предвидел. Он знал. Он мог сделать всё что угодно и с тобой и со мной и с ним... – указав на Яруса, промолвил капитан, - с кем угодно, но он принял именно такое решение. Похоже, что он ушёл насовсем.

 

- Как и писатель, - печально добавил Ярус.

 

***

 

В отдалённом малоизвестном посёлке, у заваливающегося дома стояло пять чёрных автомобилей с тонированными вкруг стёклами. Восемь охранников расположились по периметру дома, ещё несколько дежурили в машинах на рациях, непрерывно держа связь с теми, кого оставили у въезда в село. Начальник охраны сидел на кухне, держа на прицеле входную дверь. В соседней комнате лежала женщина, которая неделю назад собирала глав семей в небольшом зале для закрытых совещаний. На полу рядом с ней валялось с десяток баллончиков, похожих на тех, что применяют астматики. Ещё один новый, она доставала трясущимися руками, лёжа на кровати. Вид у неё был не просто болезненный, она уже даже слабо походила на человека.

 

Вокруг кровати безостановочно кружила низкорослая старуха. Глаза её были закрыты, в руках она держала несколько сухих веток, которые то и дело спрыскивала водой из ковша. Она брела вокруг кровати в каком-то гипнотическом сне и без умолку что-то шептала себе под нос.

 

- Илья... – прохрипела слабым голосом женщина, позвав начальника охраны.

 

- Да, мисс Гара, - отозвался боец крепкого телосложения, подойдя к хозяйке.

 

- Мне так и не удалось найти себе достойную замену. Слишком быстро распространяется болезнь, - сквозь кашель и постоянные впрыскивания лекарства, шептала женщина, задыхаясь, - скажи... Яхорд всё ещё жив?

 

- Не знаю, мисс Гара, араб куда-то пропал, мы третий день не можем выйти с ним на связь.

 

- Пошлите других... пошлите всех... мне нужна его жизнь, слышишь?

 

- Мы уже дали соответствующие распоряжения, мисс Гара, вчера даже Ребик отправился за ним. Сказал, что нашёл объект, обещал принести его голову не позднее сегодняшнего вечера.

 

- Хорошо... Дожить бы... А где Линкорн? Его тоже отправили?

 

- Нет, мисс Гара, Линкорн вчера отбыл в Японию, там нужно решить некоторые вопросы с должниками корпорации.

 

- Хорошо. Не надо его отправлять на это задание. Он нужен внутри корпорации, для внешних дел полно других исполнителей.

 

Старуха, бродившая вкруг кровати, вдруг остановилась и открыла глаза.

 

- Что-то не так? – спросил её строго начальник охраны.

 

- Всё... больше удерживать её не смогла. Отмучилась твоя хозяйка, - присев на край кровати ответила старуха.

 

Илья глянул на женщину и ужаснулся. Ещё мгновение назад он разговаривал с ней, теперь же на кровати лежал разлагающийся труп, которого словно оставили здесь пару месяцев назад, не предав земле или кремации...

 

***

 

- С чего начался твой путь познания? – поинтересовался Исаев у Линкорна доев мороженное.

 

- Зачем тебе?

 

- Любопытство... хорошее качество, но если секрет, то извини.

 

Линкорн задумался, но спустя какое-то время ответил:

 

- Я с детства интересовался сакральным смыслом сказок. Мне ведь читали те же книги на ночь, что и всем остальным, однако, я понимал, что несут в себе эти строки. Так с самых ранних пор меня стало привлекать то, что за гранью, что зашифровано, но дано. Переломным моментом в моей жизни стала встреча с одним писателем.

 

- С писателем? – удивился Ярус.

 

- Да. Это может показаться странным, но именно он раскрыл мой потенциал. Писатель оказался вовсе не фантастом, он описывал очень не простые истории. Сначала я познакомился с его книгами, а после встретился лично. Он держался очень осторожно, но я услышал всё, что хотел услышать. Через несколько лет мы встретились вновь. Тогда я задал интересующие меня вопросы. И он на них ответил.

 

- И что же тебя интересовало?

 

- Я тогда активно изучал подсознание человека и его влияние на жизнь, на возможность коррекции судьбы, которую мы сами же себе устанавливаем. Меня заинтересовал случай, который описал этот человек в одной из своих книг. Речь шла об африканском населении, живущем в отрешенном от основного мира состоянии. Они жили натуральным хозяйством, своей общиной, ничего из техники и всего того, что использует в повседневной жизни современный человек, они не знали. И вот к ним приехала съёмочная группа. В разговоре выяснилось, что эти поселенцы никогда в жизни не видели самолёт и не понимают, о чём спрашивают гости. Всё бы ничего, если бы ни одно но! Каждый день над этим селением пролетало два самолёта на протяжении десятка лет. Прямо над их поляной пролегали рейсы. Но поскольку они не знали, что существует самолёт, они не могли их идентифицировать. Смотрели в небо, но не видели и не слышали. Подсознание делало для этих местных жителей самолёты не просто не видимыми, а даже не существующими.

 

Это понимание раскрывал огромные возможности. Я договорился о встрече с этим автором и расспросил его о том, действительно ли это так.

 

- И что он ответил?

 

- Он привёл свой пример из жизни.

 

- Расскажешь? – попросил капитан.

 

Линкорн посмотрел на Яруса, сидящего рядом, печально опустил взор и начал рассказ:

 

- В 2005 году на этого автора было совершено покушение. Человек, который намеревался его убить, уже имел на своём счету один труп. А поскольку срок за убийство, что за одного, что за двоих – не отличается – он ничем не рисковал. Вечером в запланированном месте произошла встреча. Убийца вогнал нож под рёбра писателю по самую рукоять. Но автор, как ни странно, стоял как ни в чём не бывало, более того, в ответ разминал кулаками физиономию опешившего душегуба. Он нанёс второй удар, третий. Рукоять вновь и вновь упиралась в тело, но писатель вёл себя так, будто ничего такого не происходило. На пятый удар, кто-то из прохожих неподалёку крикнул – нож! У него в руке нож! Этот удар прошил тело писателя на пятнадцать сантиметров вглубь, после чего он был доставлен в хирургическое отделение, зашит и через какое-то время поставлен на ноги.

 

Врачи говорили – родился в рубашке. Ни одного жизненно важного органа задето не было. В теле была только глубокая рана.

 

Когда он вернулся домой и стал сжигать окровавленные вещи, то с удивлением обнаружил, что в куртке, в которой он был в тот роковой вечер пять широкополосных дыр от ножа. По ширине разреза было понятно, что нож каждый раз проходил сквозь куртку до максимального расширения. А уже в кофте и теле его была лишь одна пробоина. Куртка не могла сложиться сама в несколько раз, порезы находились рядом, но всё же...

 

Он рассказал мне, почему всё произошло именно так. Дело в том, что в тот вечер ножа в руке убийцы автор не видел. По обыкновению он смотрел в глаза, противнику, а не на руки, ноги и что-либо ещё. То, что удары наносились ножом – автор не знал. И лишь когда кто-то крикнул что в руке нож, тогда подсознание пропустило этот факт, в пространство писателя, и последний удар поразил его. До этого момента в подсознании жертвы ножа не существовало, поэтому четыре пореза на куртке искажали каждый раз пространство. Убийца каждый раз загонял нож по самую рукоять в тело жертвы, но жертва этих ударов не ощущала, потому что для неё ножа не существовало. Эти миллиметры между курткой и кофтой делали то, что объяснить себе логика не может. На самом деле это делало подсознание.

 

С тех пор я стал усиленно изучать этот вопрос и через одно стал выходить на второе, через второе на третье. Имея доступы через родственные связи к тайным библиотекам, я достаточно быстро получил то, к чему стремился.

 

- А где сейчас этот писатель? – спросил Исаев.

 

Линкорн с упрёком посмотрел на Яруса.

 

- Что? – изумился тот.

 

- Помнишь два своих последних заказа? – спросил Линкорн Яруса.

 

Капитан переменился в лице, начиная понимать, что к чему.

 

- Старик в роскошном доме, Виктор Александрович Барышников и следом его сестра, - ответил ликвидатор.

 

- Этот старик и был тот самый писатель... – проговорил Линкорн, - твоя пуля, Ярус, забрала его жизнь!

 

Молчание повисло вокруг. Ненависти, ярости место не было в этом повисшем молчании, в нём чувствовался привкус плановой утраты. Это должно было произойти, это произошло. Как канут в водную пучину материки, когда смещаются полюса Земли, как взрываются планеты, образуя собой ядра новых жизней, новых начал, новых планет.

 

Исаев первым нарушил тишину, спросив у Линкорна:

 

- Если позволишь, что ещё интересного тебе поведал тебе этот писатель?

 

- Многое, но распространяться слишком не буду. Расскажу лишь ещё один эпизод, который имеет место быть. Когда я об этом узнал, то сначала очень сильно удивился, а потом просто понял, как люди применяют сакральные знания в бизнесе.

 

Эта история произошла в двадцатом веке. Речь идёт об очень известном..., а может даже о самом известном боксёре тех лет. Он был невысокого роста, не самого большого веса, но он побеждал. Подкидывал своими хлёсткими ударами воротил в два раза больше себя. И сам не падал от их ударов. Имени не буду называть, поскольку в нашем деле осторожность - прежде всего, но вы и так, я думаю, догадываетесь о ком речь. Да, цвет кожи его был... в общем - он меня заинтересовал. Я искал информацию о нём в различных источниках, но в большинстве своём ничего дельного найти не удавалось. Пресса списывала его удаль на постоянные тренировки, хотя он не так много тренировался по сравнению с теми, кого отправлял в нокаут. Местами проскальзывали намёки на какие-то эзотерические вмешательства, но как это могло относиться к делу, я не понимал. Не понимал, до встречи с писателем.

 

- Я понял о ком речь, меня он тоже сильно интересовал, эдакий непобедимый воин, - вступился Ярус, - я тоже понимал, что дело здесь не в тренировках, думал, что всё дело в анаболиках, в новейших технологиях применяемых тайно и опробованных на этом бойце.

 

- Ты очень удивишься, приятель, но те, кто принимал анаболики – выставлялись против него! – ответил Линкорн.

 

- Так кто же он? – не выдержал Исаев.

 

- Я расскажу. Когда я задал этот вопрос писателю, он посмотрел на меня с очень интересным выражением лица. Я сразу понял, что он знает ответ на мой вопрос, но не спешит эти знания раскрывать. И всё же мне удалось «выпытать», правда, на это понадобилось несколько лет. Наша встреча с ним произошла в Молдавии.

 

Мы сидели на склоне обрыва, любовались изгибом реки. Я тогда учился слышать «шелест утренних звёзд». Вдруг он спросил, интересует ли меня ещё спортсмен, о котором я хотел узнать четыре года назад. Да, прошло четыре года с того момента, как я первый раз подошёл к нему с этим вопросом. После пытался ещё несколько раз, но всё напрасно. И вот, у берега реки, он вдруг решает рассказать мне эту тайну. Конечно, я ответил положительно.

 

Он начал издалека. Рассказал о четырёх сущностях, которые сопровождают человека всю жизнь, о том, как доминируют в определённые периоды жизни одни над другими и о том, как это проявляется в жизни. Этой информацией я уже тогда владел, правда, в значительно более скромном понимании. И вот, этот человек рассказал о том, как можно дополнительно подселить сущность в человека с помощью оккультных знаний, взаимодействуя с другими мирами. Этих сущностей люди издревле называли бесами. Хотя это не совсем так. Впрочем, когда узнаешь о том, на что способна одна такая сущность – первая мысль, которая приходит – это конечно нечистая сила. Сегодня, состояние с подселенцем условно называют одержимостью. Есть несколько мест на планете, специально предназначенных для освобождения человека от того, кто несанкционированно решил в нём пожить. Так вот, оказалось, что существуют специальные люди, которые занимаются тем, что взаимодействуя с другими мирами, подселяют сущность определённому человеку. В зависимости от того, кого заселили, проявляются те или иные способности. Человек может начать лазить по прямым стенам, как паук, кстати, человек - паук – был прописан в комиксах именно с такого подселенца, только он конечно паутиной не стрелял. Человек может начать летать, правда, его полёты обычно очень неумелые. Сущности нужно много времени, чтобы освоиться в теле человека. Но иногда, подселяют такие сущности, из более низших мерностей, которые являются перворазрядными воинами. Они не умеют больше ничего, кроме как воевать, но воевать умеют мастерски. Если в человека, скажем, в бойца, в боксёра заселить такую тварь, то он становится непобедимым для человека. Он сам уже не человек. Он – это синдикат сущности другого мира, которую местными приёмами и средствами победить нельзя. Боксёр в этом случае не чувствует боли, не чувствует жалости, не чувствует страха, кто бы перед ним не стоял. У него одна задача – победить. Иногда убить, это оговаривается отдельно на момент заключения договора с подселенцем. Конечно, гостю из другого мира в ответ потом приходится тоже оказывать услугу, но об этом я говорить не буду. Там всё ещё более мерзко, чем на Земле. Так вот, в большом спорте, там, где миллионы и миллиарды долларов крутятся, бои, или другие соревнования порой устраивают не между людьми, а между вот такими подселенцами и роботами. Роботы – это люди, от которых человека почти не остаётся. Их тела накачивают препаратами, их разум ломают и вшивают свои программы с помощью современных средств управления подсознанием. Внешне – сражаются два человека, но, по сути – ни один из бойцов человеком на момент боя не является. Отсюда двенадцать раундов, которые они стойко переносят, молотя друг друга, поддерживая ажиотаж. Хотя логически мы все понимаем, что после одного такого удара, какие там летят – жизнь оставит любого, даже самого крепкого спортсмена. История большого спорта скрывает много тайн. Раньше для того, чтобы подогревать публику договаривались с тренерами и бойцами, делали договорные матчи, по сути – шоу. Потом всё сделали проще. Бои стали идти настоящие, самые ожесточённые и самые яростные. Только бои эти уже не между людьми, а между разработками техногенной эры и эзотерическими знаниями, последние, кстати, всегда побеждали.

 

- Как понять, кто перед тобой стоит? – уточнил Ярус.

 

- Отличие бойца с подселенцем – невиданная ярость. Ненависть в глазах. Взгляд – вот что больше всего выдаёт бойца с подселенцем. Робот, накаченный анаболиками, не выделяется яростным взглядом, обычно он более чем сдержан. Ему незачем волноваться, переживать, проявлять какие-либо эмоции. У него есть задача и инструмент в виде модифицированного тела. Он просто идёт и выполняет эту задачу, вот и всё. С подселенцем же история совсем другая. В нём живая сущность, в нём беснуется, рвётся из тела, из сковывающих пут необузданная мощь. Отсюда ярость, отсюда все последствия.

 

- Откуда же об этом узнал писатель? – поинтересовался Исаев.

 

Линкорн улыбнулся.

 

- Понятно, ладно, извини, и так много уже рассказал, - закрыл тему капитан.

 

Однако Линкорн ответил:

 

- Всё, что знал писатель – он знал на себе. Случай с сущностями у него вышел довольно забавный. Врагов у него было много, это правда. Друзей мало, потому что дружить с ним было очень опасно, даже просто общаться. А вот врагов – очень много. Ведь он обладал знаниями, а это сила, это конкуренция, это опасность. Кроме всего прочего, писатель отличался своей непредсказуемостью. Он мог вытворить всё что угодно и сделать это так, что мы с тобой, Ярус, по сравнению с ним – гимназистки румяные. Словом, концов от его хитросплетений найти было невозможно. А непредсказуемая сила – всегда несёт опасность для тех, кто привык держать всё под контролем. Его много раз пытались убить, но все попытки в итоге были тщётными. Есть несколько личностей в истории мира, которых не могли достать ни снайперы, ни другие ликвидаторы. Он был одним из них.

 

- Как же я тогда смог его убить? – возразил Ярус.

 

- Он сам назначил себе день, вид смерти и того, кто всё реализует. Он ждал именно тебя, Ярус, - ответил Линкорн и продолжил, - после серии неудачных попыток ликвидировать писателя, было принято решение – заселить в него сущность, которая убьет его изнутри. Подселение прошло на удивление гладко. Но результатов не последовало. О его самочувствии справлялись постоянно под видом друзей и знакомых – он всё время искренне отвечал, что всё в порядке. Тогда заселили ещё одну тварь. Но и после этого он продолжал жить, как ни в чём не бывало. Тогда подыскали сущность более высокой иерархии, способную на то, о чём даже подумать страшно. Вот тут-то всё и произошло.

 

- Расскажи! – взмолился Ярус.

 

- Третья сущность стремительно проникла в тело. Писатель рассказывал, как он ощутил в себе очередного визитёра, заметно отличающегося и размерами и мощью. Эта сущность едва вместилась в тело и стала пытаться в нём адаптироваться, вправляться.

 

Линкорн увидел в глазах слушателей непонимание.

 

- Сущность стала примерять тело, как одежду, пытаясь уместиться в нём, расправиться, натягивать это тело на себя, - пояснил он. - В этот момент, по словам писателя, помимо мягко говоря, дискомфорта, он ощутил злобу, ярость, ненависть. Все самые низменные качества, которые активировала новая сущность в сущности имеющейся – левой – той, что есть у каждого из нас. Но он сказал себе – ей – я не стану с тобой воевать, я не стану тебе потакать, потому что я – есть ты, потому что ты – есть малая часть меня. Я просто использую все твои резервы для того во имя чего пришёл сюда.

 

Взгляды Исаева и Яруса были предельно внимательны. Они слушали как заворожённые. Линкорн продолжал:

 

- Как эта сущность ломанулась прочь из тела, а вслед за ней и две предыдущие. Они поняли, что их мощь просто использовали, да ещё и не в разрушительных целях, а в созидательных. Вышли все три через рот.

 

- Да, я слышал, что изгнание происходит именно через рот, - подтвердил капитан.

 

- Много интересного мне поведал писатель он, научил меня чувствовать любовь бегущего ручья, слышать нежность ветра, ласкающего лицо, понимать гармонию и всю простоту сложности мироздания!

 

Линкорн задумался, прикрыв глаза, потом открыл их вновь и строго произнёс:

 

- Всё, господа, больше прошу по поводу писателя вопросы мне не задавать, ещё увидимся, а сейчас прошу прощения, вынужден откланяться, дела.

 

Линкорн растаял в воздухе, Исаев и Ярус остались сидеть на скамейке в провинции Германии.

 

- И как мы теперь отсюда будем выбираться? – спросил Ярус капитана.

 

- Хороший вопрос. Яхорд нас, по крайней мере, вернул обратно, а этот милый человек... – с сарказмом произнёс Исаев.

 

- Я чувствую в себе некую силу с тех пор, как Яхорд оставил этот мир. Прежде я делал нечто подобное для проникновения в особо контролируемые места, по долгу службы так сказать, но там была больше техника скрадывания, а что если мы...

 

Ярус не успел договорить, капитан остался один на скамье, его друг исчез.

 

- И этот исчез! Нет, они издеваются, - досадовал капитан. Он встал со скамьи, сделал несколько шагов в сторону дороги, как вдруг перед ним появился Ярус, капитан даже отпрыгнул от неожиданности. С Яруса буквально стекала вода. Одежда, волосы, всё было хоть отжимай. Но лицо его сияло.

 

- Не понял! – кратко резюмировал капитан.

 

- Всё просто, дружище, я понял, как это работает, ответил Ярус. Он подошёл к другу, прошептал ему что-то на ухо, загадочно улыбнулся, отошёл в сторону и перед тем как исчезнуть вновь, успел кинуть последнюю фразу:

 

- Только место проектируй тщательней!

 

***

 

 

 

Исаев появился в допросной комнате, когда бригада монтажников устанавливала новую дверь.

 

- Здорово, парни! – бодро крикнул он им, повергнув в шок работяг. Никто из них не видел, как он сюда вошёл, когда они приступали к работе, помещение было пустым.

 

Капитан вышел из допросной и направился в своё родное отделение, однако у входа в здание ему преградил дорогу Степан Ильич.

 

- Где пропадал, Игорь Семёнович? – недобро спросил он.

 

- Выполнял непосредственное приказание генерала Нурова, - ответил Исаев, не останавливаясь, но коллега остановил его, крепко преградив дорогу рукой.

 

- Я не закончил, капитан! – сурово произнёс он, - спрашиваю ещё раз. Где ты был? Что произошло в допросной?

 

- Кто ты такой, чтобы я перед тобой отчитывался? Сейчас наберу генералу, договорюсь о встрече и лично ему доложу.

 

- В таком случае поехали вместе, поскольку генерал Нуров поручил мне это дело после твоего исчезновения.

 

- Исчезновения? – очень натурально удивился Исаев.

 

Степан Ильич посмотрел на коллегу, прищурив глаз. Махнул рукой, водитель подогнал авто, на котором служивые отправились к генералу.

 

Просидев в приёмной четверть часа, Исаева пригласили. Степан Ильич вошёл следом.

 

- Товарищ генерал! – доложил он со спины Исаева, - капитан Исаев появился у ворот четвёртого отделения сорок минут назад, на вопросы отвечать отказался, и был немедленно доставлен к вам!

 

- Исаев вёл себя спокойно, с лёгкой иронией взглянув на докладчика.

 

- Что случилось, Игорь Семёнович? – обратился к капитану генерал настроенный крайне решительно.

 

- Товарищ генерал, не могу ничего дельного сообщить, поскольку сообщать нечего, - ответил Исаев.

 

- Что значит нечего? Где ты пропадал всё это время?

 

- Какое время, товарищ генерал, прошу уточнить? – рапортовал капитан.

 

- Генерал переглянулся с вверенным сотрудником. Вид у того был настороженный.

 

- Выйди-ка, пока, Степан Ильич, - попросил его генерал.

 

Сотрудник вышел из кабинета.

 

- Ты знаешь что-то, что всем знать необязательно? – изменив тон, спросил Нуров.

 

- Товарищ генерал, я буквально недавно докладывал вам о том, что мой сотрудник ведёт допрос, но результатов пока нет. Поскольку время было не на нашей стороне, я принял решение лично продолжить допрос, но войдя в камеру, никого в ней не обнаружил. Обернулся, увидел монтажную бригаду, чинящую дверь, что произошло, я не понял, поэтому поспешил первым делом доложить об этом вам. На пороге меня встретил Степан Ильич и заговорил со мной враждебным тоном. Что произошло за этот час, пока я доехал до спецподразделения и обратно?

 

Генерал, внимательно выслушав Исаева, лишь переспросил:

 

- Час, говоришь?

 

- Сорок семь минут, если быть точнее, товарищ генерал. Я что-то не понимаю, что происходит?

 

Генерал встал со стула, подошёл к Исаеву, внимательно посмотрел ему в глаза, потом отошёл к окну и, глядя в него, произнёс:

 

- Объект допроса найден мёртвым в камере, на фото и видеофиксации отражены три объекта в камере, ты, твой человек и объект допроса. Потом на несколько секунд появился четвёртый объект, а потом вы все исчезли. С тех пор как ты вошёл в камеру, капитан, прошёл не час и не два. Ты что-нибудь можешь сказать по этому поводу?

 

- Никак нет, товарищ генерал, не понимаю, как это могло произойти. Так объект допроса мёртв?

 

- Да, ему свернули шею.

 

- Кто это сделал? Как это возможно в контролируемом помещении?

 

- Разбираемся, капитан. Иди пока, занимайся своими делами, нужен будешь – позову.

 

Исаев с растерянным видом подошёл к двери.

 

- Спасибо, капитан, - услышал он вслед.

 

- Простите, товарищ генерал, за что?

 

- За то, что помог... по крайней мере, попытался что-то сделать.

 

Исаев печально кивнул, приставил руку к фуражке и вышел.

 

***

 

Проведя насыщенный день, Ярус поздно лёг, даже не снимая кофты и штанов. Ему снились какие-то люди, каменные джунгли, самолёты, города. А потом вдруг картина сменилась. Он оказался в прекрасном саду. Ласковое щебетание птиц доносилось откуда-то издалека. Отовсюду чувствовались ароматы свежести, непередаваемого ощущения свободы и лёгкости. Солнца на горизонте не было видно, но в саду было светло. Этот свет как-то отличался от привычного глазу солнечного света. Он был как бы белей, легче, разряженней..., и исходил отовсюду. Ни откуда-то из-за горизонта, а отовсюду, от каждого растения, от каждого цветка.

 

Ярус поднял руку, и внимательно посмотрев на неё, заметил, что такой же всеобъемлющий свет исходит и от его руки. То же самое было и со второй рукой, и от ног и от всего тела концентрация этого свечения исходила сильней и всё больше она рассеивалась по мере удаления от тела.

 

- Странное место – подумал бывалый ликвидатор, который за свою жизнь успел много где побывать.

 

- Место... – послышался приятный голос со смешком где-то рядом, - это описание скорее подходит к той местности, в которой ты провёл последние тысячелетия. Вот там место действительно странное. Мы уже и сами перестали понимать, во что регенерировала некогда созданная курортная зона вселенной. Здесь же всё просто, честно. Открыто.

 

Ярус обернулся кругом, никого не было видно. Ландшафт простирался на многие километры во все стороны, высота трав и цветов не превышала высоты колена. Спрятаться в этой траве было не просто. Проведя профессиональным взглядом в сторону исходящего голоса и примерно рассчитав место геолокации объекта, Ярус осторожно стал приближаться к месту предполагаемого нахождения обладателя речи.

 

- Ты сейчас дома, Ярус, иди свободно без опасений, тебе здесь ничего не угрожает, - вновь прозвучала речь из ниоткуда.

 

На какой-то миг, доносящийся голос показался Ярусу знаком. Он совершенно точно не был плотно знаком с этим человеком, но когда-то в жизни как будто бы встречал обладателя голоса. Только где когда и при каких обстоятельствах, вспомнить не удавалось.

 

- Закономерный вопрос, - послышался тот же голос, - я бы рад представиться, да моё имя тебе ничего не скажет. Мы были лично знакомы слишком давно... да и имя моё тогда звучало несколько иначе. Давай уж лучше я предстану перед тобой, узнаешь ты меня, наверняка...

 

Ярус остановился в задумчивости.

 

- Ты готов? – прозвучал голос.

 

Ярус насторожился в готовности к встрече с неприятелем.

 

- Готов... – утвердительно, но мягко продолжил голос.

 

Прямо из пустоты, из расступившегося ландшафта на расстоянии десятка метров навстречу Ярусу вышел писатель. Тот самый его заказ, который он с блеском выполнил неделю назад.

 

- Вы...? – изумился Ярус, - я что умер?

 

- Так ли это, в сущности, важно? – ответил приближающийся улыбающийся человек.

 

- Остановись! Стой!

 

Писатель остановился.

 

- Что происходит?

 

- Ты сейчас спишь... вернее спит твоё нынешнее тело, а ты... именно ты, как раз в данный момент бодрствуешь, бодрствуешь как никогда. Я позволил себе пригласить тебя на короткую встречу, знаю, что твоя душа жаждала этого. Я выполнил её просьбу. У нас мало времени, советую его не терять понапрасну. Говори, всё, что хотел сказать – добрым открытым голосом проговорил писатель, сопроводив речь нежным любящим взглядом.

 

- Простите, - виновато, неумело и сконфужено произнёс Ярус. - Простите меня, я не знал, кто вы. Тогда не знал.

 

- Всё хорошо, Ярус, я перехоронил огромное множество своих врагов, точнее тех, кто считал себя таковыми. Ты мне не враг, скорее друг и верный помощник. Именно тебе выпала честь освободить меня от телесных пут. Я долго ждал этого момента, действительно долго. Ни одну жизнь и даже не дюжину. Я очень благодарен тебе за то, что ты сделал. Кстати с сестрой я встретился довольно быстро, спасибо, что выполнил просьбу.

 

Старик улыбнулся.

 

Ярус не знал, как отреагировать на эту улыбку.

 

- У нас действительно мало времени. Ты скоро вернёшься назад, поэтому если всё ещё хочешь задать свои вопросы – советую поторопиться...

 

- Хорошо, - ответил Ярус, переведя дух, - я хотел бы узнать... Вы – это действительно...

 

- И ты тоже! – перебил ответом писатель. Следующий вопрос.

 

Ярус растерялся, по телу его пробежали мурашки от понимания скорости восприятия и обдумывания ответа.

 

- Тогда зачем всё это?

 

- Потому что ты этого пожелал! Ты захотел, чтобы всё было именно так.

 

- Когда?

 

- Давно, по меркам Земли, но всего лишь миг назад, по меркам первозданной системы отсчёта.

 

Ярус задумался. Писатель мог прочитать его мысли, но ему и это не требовалось, ведь он уже знал обо всём, что хотел спросить Ярус, и, тем не менее, ждал вопросов.

 

- Я хорошо сыграл свою роль? – изменившись в лице и интонации, спросил Ярус.

 

- Пока об этом рано говорить. Но вступление было хорошим. Меня, признаться, всегда интересовал в большей степени финал. Я с удовольствием досмотрю твою постановку.

 

- Только мою?

 

- Твою в частности, как маленькую, совсем мельчайшую частичку общего спектакля, грандиознейшего из творений, за которым с упоением наблюдаю не только я.

 

- Почему вы выбрали в качестве последней роли именно роль писателя?

 

- Я много кем был, Ярус, писателем был тоже. Мне очень понравилась эта дорога. Да, она отличается своей несерьёзностью, в плане отношения людей. Сначала к тебе относятся несерьёзно, до тех пор, пока ты не становишься знаменитым и влиятельным. Потом на какой-то период отношение к тебе меняется, но позже, когда люди начинают активно тобой интересоваться, читать, понимать или пытаться понять, через какое-то время вновь отношение становится праздным. Причин тому множество. Чаще всего не понимание, иногда – зависть, иногда обида, разумеется - на себя, но выражаемая в обиде к автору. Это путь не менее тернистый, чем путь любой другой, но этот путь отрешённый. Для того, чтобы стать писателем и не сломаться в первые годы, иногда первые десятилетия непризнания и насмешек, нужно бросить вызов миру. Тому миру, в который  ты приходишь. Их, как ты знаешь, огромное множество.

 

Ярус кивнул.

 

- Так вот я был писателем уже несколько раз, читал себя спустя века, видел результаты деятельности, будучи кем-то, другим для остальных, сознательно оставаясь собой. Это интересный путь, это достойный путь. Нас многие не воспринимают серьёзно, потому что деятельность писателя нельзя потрогать, она крайне редко приносит финансовые плоды достойные уважения. И, тем не менее, именно перо заставляет крутиться этот... и не только этот мир.

 

- Вы хотите сказать, что Вам удавалось изменить ход истории?

 

Писатель вновь улыбнулся, опустил глаза, свёл руки в ладонях и исчез...

 

В следующий миг Яруса выбросило из сновидения. Он открыл глаза и сел на кровати, прекрасно помня всё то, что привиделось во сне.

 

- Ну и сон, - вялым сонным голосом пробормотал он, - ну хоть извинился перед стариком, и то ладно.

 

После этих слов он скинул кофту, штаны, залез под одеяло и сомкнул веки.

 

***

 

Капитан Исаев вот уже не первый год негласно управлял несколькими теневыми структурами. Некоторые из них готовили профессиональных ликвидаторов для самых высших правительственных кругов, некоторые печатали деньги с таким качеством, что даже банки не могли их отличить от государственной валюты. Одно из подразделений  работало исключительно в информационной сфере, но по всем направлениям. Необычность этих структур заключается в том, что после получения аванса по заказу на зачистку, все выходцы - ликвидаторы устраняли заказчика, а не того, на кого поступал заказ. Результаты подобной деятельности сводились к 170-ти персонажам попытавшимся убрать тех, кто мешает курсу единого правительства. Они не могли найти концы этого движения, и с опаской через третьих лиц обращались к доверенным снайперам, однако, даже это часто не помогало остаться в живых теневому заказчику. Именно так Исаев и познакомился с Ярусом, волком одиночкой, с которым его свела судьба в местном трактире для призраков и теней. Исаев обращал невежество против самого невежества, чем и подкупил Яруса. Деятельность единого правительства серьёзно пошатнулась с приходом этой структуры. После проведения успешной операции ликвидатор менял внешность, получал новые документы и входил в криминальный мир уже с совершенно иным послужным списком и рекомендациями в поисках новых заказчиков.

 

Вечером, вернувшись из отдела, капитан получил сообщение по закрытому каналу из информационного отдела своей организации. В письме сообщалось, что ниточки четырёх заказов из имеющейся базы клиентов вели к генералу Нурову. А все заказы поступали через контактёра, промежуточное звено, коим являлся ни кто иной, как Степан Ильич.

 

- Теперь всё сходится, - прошептал капитан. - Я всё не мог понять, почему правительственные круги разместили заказ на поимку Яхорда в МВД. Генерал – это промежуточное звено всей системы, который моими же руками стремился получить все необходимые сведения от объекта, а другая часть той же самой структуры отдала приказание на ликвидацию Яхорда, что и сделал Линкорн. Генерал крутит мне мозги, представляясь верным защитником родины, хотя поставлен на своё место как раз в целях служащим противоположным ориентирам.

 

Исаев ввёл специальный код, после чего отправил короткое сообщение:

 

«Устранить обоих. Немедленно! Продолжайте копать».

 

***

 

Генерал Нуров и Степан Ильич ужинали в ресторане, в специально оборудованном и отведённом месте для VIP- персон.

 

- Как думаешь, под дурака косит, или действительно ничего не помнит? – задал вопрос генерал, оценивая вино в бокале презренным взглядом.

 

- Я бы не стал ему доверять. Мы оба знаем, что Исаев не так прост, как кажется, но теоретически, могла возникнуть такая ситуация, что он пробыл всё это время в прослойке времени, так же как и две опергруппы направленные на задержание Яхорда.

 

- То-то и оно. Но если он всё-таки что-то знает... мы не можем рисковать, слишком многое на кону.

 

- Никаких проблем, я всё устрою, - сказал Степан Ильич так, словно попил воды.

 

- Только аккуратно, не так как в прошлый раз. Не хочу подставлять в очередной раз погоны из-за дилетантской ошибки твоих воротил.

 

- Всё будет в лучшем виде, товарищ генерал. Не в первый раз. А за прошлый нюанс мы предоставили вам щедрое извинение за все моральные издержки. Разве тот вопрос ещё не исчерпан?

 

- Исчерпан, всё нормально. Но попрошу не расслабляться! Это не рядовой пехотинец, - бегая глазами, ответил Нуров.

 

В здании напротив, расположенном в десятке километров от ресторана, где ужинал генерал, сидели два человека.

 

- Генерал на мушке, второй может соскочить, если сейчас начать.

 

- Да, я тоже второго не вижу, могу промазать, тогда наделаем шуму. Пускай выйдут, тогда и ресторан будет ни при делах, это тоже правильно. Ребята тут ни при чём, не будем им портить славу.

 

- А если они выйдут не вместе?

 

- Вероятнее всего они будут выходить в разное время, но то, что выходить будут – это факт. На случай если через чёрный ход кто решит, там тоже наши люди на стрёме, так что это при любом раскладе их последний ужин. Не будем мешать наслаждаться последними минутами. Все люди, уважение к жертве – прежде всего.

 

- Да... поработаешь с тобой, заодно и окультуришься. Хорошо. О, смотри, кажется, один из них собрался.

 

- Ребята! Внимание! Работаем! Первый пошёл, - передал по рации человек с винтовкой.

 

Степан Ильич попрощался за ручку с генералом и вышел из VIP- зоны. На улице он не появлялся. Уже и вышел генерал, а его вверенного сотрудника всё не было.

 

- Ребята, машина подъезжает, рассредоточится всем. Генерал мой! Вы ищите второго! – приказал человек с винтовкой и взял на мушку Нурова.

 

- Серёгу отправили в ресторан, пусть пронюхает там, что к чему, а то зря, что ли смокинг заказывал, - ответили в рацию.

 

Генерал махнул рукой, водитель подогнал служебную «Волгу», открыл дверь и усадил генерала на заднее сидение. Машина поехала по тихой улочке, держа курс за город.

 

- Товарищ генерал, - обратился водитель, - звонил Алексей Никифорович, просил ему перезвонить на домашний, как только вернётесь.

 

Генерал молчал.

 

- Товарищ генерал, простите, это срочно, мне велено передать!

 

Генерал не отвечал. Водитель посмотрел в зеркало заднего вида и с визгом остановил машину на перекрёстке. По склонившейся голове генерала текла нарастающая капля крови. Водитель выскочил, открыл пассажирскую дверь, и поймал вываливающееся тело Нурова. Он был мёртв. Машина была цела, стёкла целые, а в задней части черепа генерала кровоточила свежая рана от огнестрела полученного неизвестно при каких обстоятельствах.

 

- Генерал готов, что у тебя там со вторым, Серёга? – послышался голос в наушнике спецагента.

 

- Людей выводят из ресторана. В туалете второй. Удавкой его кто-то приговорил до нас. Спокойно удаляюсь, никого не раздражая, - ответил человек в смокинге.

 

- Видно многим дорогу перешёл этот «бравый парень». Хорошо, снимаемся.

 

***

 

Исаев нашёл в телефоне запись «турагентство» и набрал номер.

 

- Да, - отозвался Ярус.

 

- Скажите пожалуйста, - вежливо обратился к другу конспиратор, - у вас как ситуация с путёвками сейчас? Есть какие-нибудь горящие туры?

 

- Нет, ничего нового.

 

- Точно? Может на одно место найдётся что-нибудь на ближайшее?

 

- Ничего, уверяю вас. Мы вообще подумываем о том, чтобы свернуть бизнес, перелёты стали слишком дорогими, не выгодно заниматься данным видом деятельности, ответил Ярус.

 

Капитан положил трубку.

 

- Значит, Ильича не Ярус прищучил. Да и почерк ни его, но проверить всё же надо было. Ладно, замнём это дело. По заслугам получил этот деятель, - решил Исаев и убрал в архив не начатое дело по гибели человека в туалете ресторана.

 

Ярус больше не жаждал крови. Он мог многое, теперь он был способен практически на всё. Но эта мощь была в надёжных ответственных руках. Если раньше Ярус относился к своим заказам крайне щепетильно, отклоняя более восьмидесяти процентов обращений, то теперь решил вовсе завязать с ликвидацией и переключиться на другие ценности. Денег он заработал достаточно на жизнь, а вот семью себе позволить не мог. Ему вспомнились слова Яхорда о семье. Что самая тяжёлая работа на Земле – это работа семьянина.

 

Кроме капитана у Яруса не было никого, кто мог бы ему дать дружеский совет в вопросе образования семьи. Проветрив голову в парковой аллее, он набрал номер друга:

 

- Здоров. Занят?

 

- Говори, - отозвался капитан.

 

- Соскучился.

 

- Не верю, но приятно. Чего хотел?

 

- Поговорить.

 

- Проблемы?

 

- Да нет, о жизни... о добром, светлом, вечном...

 

- Неожиданно. Ты где сейчас?

 

- Парк Горького.

 

Капитан положил трубку, а уже через несколько секунд шёл по центральному скверу, приметив Яруса на скамье.

 

- Смотрю, ты во всю пользуешься новой способностью. Я слышал, что прыгать постоянно не слишком хорошо, в нужный момент может просто не хватить энергии, если так разбазаривать...

 

- Всё нормально, - перебил друга Исаев, - я чувствую в себе столько силы, столько энергии и рвущейся из плоти мощи, что просто не знаю, куда всё это можно реализовать, а очень надо. Прямо разрывает изнутри.

 

- У меня не так всё явно, но в целом... ладно. Я хотел спросить тебя вот о чём.

 

- Так, - с интересом отозвался Исаев сев рядом.

 

- Ты ведь был женат?

 

- Ну?

 

- Как ты это сделал?

 

- Что? Развёлся?

 

- Да нет, наоборот, как ты это всё... провернул что ли... просто у меня не было девушки... уже давно.

 

- Хочешь, чтобы я помог тебе накинуть омут на шею?

 

- Вроде того.

 

- Не узнаю тебя, дружище. Ты никогда прежде не поднимал таких тем.

 

- Оттого и не поднимал, - ответил Ярус с серьёзным просящим видом, - что тема эта болезненная для меня.

 

- Погоди... так ты что, ещё того, что ли?

 

- Да. Как-то не случилось.

 

- Ну и дела.

 

Капитан удивлённо скривил губы.

 

- Ладно. Я понял, уверенность должна быть у тебя, не кисни. Хлюпиков не любят нигде. Женщины не отличаются новизной в этом вопросе. Но и быковать нельзя. Надо уметь балансировать между уважением и жёсткой мужской политикой, стержнем, так сказать. У тебя он есть, не сомневайся.

 

- Уже хорошо. Как мне познакомиться? О чём говорить? Сколько примерно должно пройти времени с момента начала общения до разговора о замужестве?

 

- Много вопросов, дружище. Давай сделаем так, - капитан осмотрел парк, - видишь ту девушку?

 

У фонтана стояла одинокая девушка, держа в обеих руках сумочку.

 

- Красивая, - одобрил Ярус, - но мне не по зубам. Мне кажется надо начинать с чего-то пострашней.

 

- Ты что? На помойке себя нашёл что ли? Эта девчонка не Мэрилин Монро, но вполне себе ничего. Примерно по возрасту лет на шесть тебя младше.

 

- Так это же не правильно?

 

- Не правильно было бы, если бы она была старше тебя лет на двадцать, тогда как-то сомнительно, а так – отлично.

 

- Но с чего ты взял, что она одна? Может у неё кто-то есть? Может она ждёт как раз своего парня или мужа?

 

- Плевать. Мы со своей стороны сделаем нужный пас, а она уже в свою очередь даст понять, есть у неё кто-то стоящий, или ..., в общем, действуем так!

 

Ярус направился в сторону фонтана, держа наготове телефон. Не доходя до девушки метров пять, капитан набрал номер друга и протараторил:

 

- Алло, здравствуйте, это распространители билетов, мы хотели бы вас пригласить на премьеру в ТЮЗ. Комедия для взрослых о любви. Цена билетов пятьсот рублей, могу предложить вам два места на первом ряду, пока ещё есть свободные.

 

- Я бы рад, - ответил Ярус, в трубку, подойдя к девушке, и остановившись в паре метров от неё, - да только одному мне идти как-то не с руки, а позвать некого. Какой театр говорите? А ТЮЗ. Так это же для детей? Нет? А ну да, вы сказали, взрослый спектакль. О любви. Здорово конечно, но...

 

Девушка обернулась, услышав приятный мужской голос за спиной. Ярус поймал на себе нежный заинтересованный взгляд.

 

- Погодите минутку, - громко сказал в трубку Ярус и обратился к девушке, - простите, девушка. Нелепая ситуация, я понимаю, но... меня приглашают в ТЮЗ на премьеру, а мне не с кем идти. Не составите мне компанию?

 

Сердце у Яруса колотилось как никогда. Первый опыт в вопросе взаимодействия с противоположным полом не забывается, даже в такой лёгкой устной, но очень волнительной форме. Девушка обернулась, улыбнулась и несколько смутившись, ответила:

 

- Действительно, нелепая ситуация. Но в принципе... почему нет? Я люблю театр, давно не была. А когда премьера?

 

- Секунду, - ответил Ярус, - а когда премьера? – задал он вопрос в трубку.

 

Капитан закрыл рот рукой. Он не рассчитывал, что эта девушка вот так просто согласится пойти в театр с Ярусом, просто хотел дать какой-то опыт общения с дамами и примерно показать, как это работает. Вопрос был неожиданный, не продуманный, но требующий срочного ответа.

 

- Через неделю, в пятницу в 19.00, - ответил капитан, зная, что по пятницам в это время обычно идут спектакли. А что и где – это уже будет не так важно. В конце – концов, можно будет ещё десять раз всё переиграть и вывести в нужном контексте.

 

- В пятницу на следующей неделе. В семь вечера. Сможете? – умоляюще спросил Ярус.

 

Его искренность ещё больше подкупила девушку, она улыбнулась шире и произнесла:

 

- Да!

 

Обменявшись номерами телефонов и тёплой улыбкой, Ярус предложил девушке прогуляться.

 

- У меня есть ещё минут пять, - любезно согласилась она.

 

Капитан с умилением наблюдал эту картину, сидя на лавочке, как вдруг услышал рядом:

 

- Ловко вы девчонку провели.

 

Обернувшись, Исаев увидел рядом сидевшего на скамье Линкорна.

 

- Здравья желаю, капитан, - приветствовал он.

 

- Давно здесь? – протянул навстречу руку Игорь Семенович.

 

- Минут пять. Занятно за вами было наблюдать. Главное, сработало ведь!

 

- Сам в шоке.

 

- Вижу, вы прекрасно справились с вопросом ориентации в пространстве. Вернулся через час в Германскую провинцию, а вас и след простыл. Освоили значит технику?

 

- Освоили. В некотором смысле ты в этом посодействовал.

 

- Так, а то ж! – с довольным видом произнёс Линкорн.

 

- Как дела у семей? – с подвохом спросил капитан.

 

- А... ну их... рушится там всё. Похоже, Яхорд успел перед отходом бросить бомбу замедленного действия в самую верхушку. Ты знал барышню известную как мисс Гара?

 

Капитан знал, кто это, даже пытался добраться до неё через свою структуру, но никак не удавалось подступиться. Он не подал вида, что знает, о ком речь.

 

- Не важно, теперь уже. Она погибла странной смертью, а вслед за ней, подобно эпидемии стали валиться главы элит. Я как-то всегда был вне системы, хоть и находился для всех внутри. Мне это было выгодно, до поры до времени.

 

- Сейчас что-то изменилось? – серьёзно спросил капитан.

 

- Приоритеты и курс.

 

- Отчего так?

 

Линкорн посмотрел в сторону дороги, по которой недавно прошли Ярус с новой знакомой, глубокомысленно вздохнул и ответил:

 

- Он сказал мне одну вещь...

 

- Ты о писателе? – уточнил Ярус, подоспевший со счастливой улыбкой.

 

Линкорн кивнул и продолжил:

 

- Он сказал на последней нашей встрече о том, что когда ребёнок вырастает, он покидает семью. Родители его больше не оберегают, ребёнок пускается в свободное плавание, ищет свой собственный путь, сам пробивает себе дорогу, полностью берёт ответственность за свою жизнь. Так он становится взрослым, так он получает свой опыт.

 

- Ты разве этого не знал? – удивился Ярус.

 

Капитан молчал, он понял смысл этих слов.

 

Линкорн взглянул на Яруса, улыбнулся, потом сделал прощальный кивок и растворился в воздухе.

 

- Слушай, я что-то...

 

- Ребёнок, это Земля, дружище. Похоже, что мы наконец-то взрослеем, вот почему Яхорд оставил нас. Он не стал вмешиваться в процесс взросления. Довёл своё дитя до переломного момента становления и предоставил нас самим себе, как это и происходит в семьях... Пора взрослеть и брать ответственность за свои действия.

 

- Как-то тоскливо осознавать, что мы остались одни...

 

Капитан опустил глаза, потом поднял взор и, устремив его вдаль, сказал:

 

- Да... Это то самое чувство... когда ты понимаешь, что детство кончилось...

 

Добра Вам и Света!!!

 

Николай Лакутин

 

 

 

<< Первая < Предыдущая 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 Следующая > Последняя >>
Страница 8 из 60

Николай Лакутин

Группа вконтакте

Последнее в блоге