Пятница, 13 Декабря 2019 10:49

Школьная история

Автор 
Оцените материал
(0 голосов)

  Школьная история

Большая перемена закончилась десять минут назад, но учителя в классе до сих пор не было. Ребята старались не шуметь, чтобы не привлекать особого внимания. Такое положение дел их более чем устраивало, ведь по английскому сегодня намечалась проверочная работа, а познаниями в данной области в классе сильно-то никто не блистал.

Вдруг дверь резко распахнулась, и в класс влетел раскрасневшийся Сашка, который сквозь одышку прокричал:

- Биологичка в столовой дерётся с англичанкой!

Парты полетели вверх тормашками, за несколько секунд класс опустел. А ещё через несколько секунд в столовой собралась толпа учеников обступивших образовавшуюся арену, на которой валяли друг дружку две уже не слишком учительского вида дамы. 

***

- Так! – заключила директор школы Зоя Михайловна на вечернем заседании, собрав в своём кабинете всех учителей, - нет ребятушки, дорогие, так дело не пойдёт. Кто позволил вам, уважаемая Клавдия Матвеевна и вам Александра Изольдовна устраивать драку в столовой..., не предупредив остальных. Без тотализатора, понимаешь, без достойной зрительной аудитории. Вы что думаете, нам всем не интересно было бы на это посмотреть и подзаработать?

Коллеги осуждающе кивнули головами, поддержав слова директрисы.

- Вы понимаете, что дракой вопрос не решить, в преимущественно женском коллективе? – продолжала она, - то, что кто-то из вас повыдёргивает волосы коллеге по спаррингу, совершенно не обещает какого-то исхода встречи. Скажем, сегодня одна другой рожу исцарапает, а завтра другая первой   подольёт чего-нибудь в чай. Мы это уже проходили, толку никакого!

После этих слов Зоя Михайловна хотела отпить принесённый ей секретаршей кофе, но проводив девушку дружелюбным взглядом, всё же отставила стакан в сторонку.

- Из-за чего хоть подрались-то?

Виновные стороны молчали, злобно обмениваясь взглядами.

- Молчите? Ну-ну... а то мы как будто бы тут все без глаз и ничего не видим.  Да всем известно, что вы никак не можете поделить трудовика! – возмущённо крикнула директриса. – Валерий Степанович уже добрые лет пять треплет нервы женскому коллективу. И ни кому, сволочь, не даётся!

Тут Зоя Михайловна как-то неожиданно резко сменила тактику, тембр, и максимально вежливо обратилась к единственному мужчине, сидящему за столом:

- Не так ли? Уважаемый Валерий Степанович? Или может, мы чего-то не знаем?

Трудовик смутился и даже немного покраснел.

- Так..., по глазам вижу, что так, - не дождавшись ответа, продолжила местная власть. – Думаете, я не мечтала, чтобы этот наш «Аполлон» отодрал меня как последнюю шалашовку на дальнем верстаке трудовой? Да сейчас! Разбежался! И пальцем не тронул! Даже не подмигнул ни разу, скотина, сколько я ему не улыбалась и не ставила в ведомостях дополнительных часов.

Валерий Степанович чувствовал себя сконфуженно под всеобщими осуждающими взглядами  дам.

- Все тут на него глаз клали! А он на всех нас клал отнюдь не глаз! Так что же вам даёт право думать, милые женщины, - обратилась директриса к учительнице биологии и английского языка, - что этот незаурядный тип вдруг возьмет, и поддастся на ваше влияние? Чем это интересно знать обладаете вы, чем не обладают остальные женщины школы?

Сотрудницы впились в затейников драки терзающими взглядами.

- Знаете, - отозвалась учительница английского, - я не знаю, что тут у вас в школе было до меня и признаться, меня это не сильно интересует. Свою личную жизнь, я предпочитаю не обсуждать! Да, мы с коллегой чуток повздорили, с кем не бывает, но будем считать, что мы обоюдно решили этот вопрос и более подобного не повторится. Приношу извинения со своей стороны за временную потерю контроля над эмоциями.

Зоя Михайловна перекосилась в лице.

- Так, девки, похоже, у нас намечается сегодня ещё один мордобой! – строго глядя на Александру Изольдовну, проговорила директриса.

- Пятьсот на Зою Михайловну! – полетели голоса от коллег.

- Девочки, у меня только триста, займите.

- Тысячу ставлю на директора!

- Полторы на Зою Михайловну – донеслось ещё откуда-то сбоку.

- Стоп! – хлопнула по столу власть. – Я пошутила. Пока пошутила. Уважаемая Александра Изольдовна. Вы в нашем коллективе совсем недавно, а уже начинаете вносить мятеж в дружный сплоченный коллектив. У нас не принято что-то скрывать от коллег. Мы все вместе решаем общие и частные проблемы. Где-то словом, где-то делом. Вы молоды и амбициозны, и это здорово, но послушайте умудрённого опытом человека. Поодиночке в этом мире не пробиться. Он сломает, растопчет и сожрёт не поперхнувшись. Поэтому извольте в следующий раз, перед тем как давать волю чувствам поставить в известность коллектив, или хотя бы меня.

- Я вас услышала, - не желая вступать в перепалку, тактично ушла из-под удара учительница английского языка.

- Я надеюсь! – подытожила директриса.

***

Собрание закончилось традиционно обобщающими вопросами, а именно у кого ближайший день рождения, по сколько скидываться и кто что будет пить. После чего все разошлись по домам.

Александра Изольдовна пришла работать в школу почти сразу же после того как окончила ФИЯ в педагогическом университете. Успела немного попутешествовать, понимая, что если не сейчас, то потом уже в жизни вряд ли когда-то представится такая возможность. И, в общем-то, если не уповать на чудо, её рассуждения были не лишены здравого смысла. Европа своим английским дала ей понять, что теория и практика несколько отличаются. И что переводчиком её сейчас на работу не возьмёт ни одна серьёзная организация. А вот школа примет с распростёртыми объятиями. Да, в общем, так оно и вышло. Директор школы показалась ей мировой тёткой, с юмором, что приятно. Зарплата, конечно, оставляла желать лучшего, но приятный момент в этой школе всё же ещё один имелся. Этим моментом стал Валерий Степанович, который зашёл ненароком во время собеседования в кабинет директора со словами:

- Зоя, это какой-то звездец, а не пятый «Б». А, заняты, простите, я тогда попозже с кляузой загляну.

Этот взгляд с хитринкой, который поймала на себе Александра, как он обжёг ей сердце лёгким своим прикосновением. На лице проступил румянец, губы растянулись в улыбке, обнажив передние зубы. Словом, девка запала и мимо опытного глаза директрисы это не прошло.

- Послушай, девочка, - строго сказала она, - ты на этого красавца сильно-то не рассчитывай. Не то что бы он занят, нет, он как раз не женат, но... За ним пол школы бегает. Учителя, старшеклассницы и даже, что уж там, время сейчас свободное, осуждать грех, как говорится... даже парочка старшеклассников по нему пускают слюни. Короче говоря, в очередь. Тут у нас с мужиками не густо. Совсем не густо. Так не густо, что удавиться хочется порой, но я каждый раз решаю этот вопрос малой кровью и удавливаю кого-нибудь другого, шучу. Хотя челяди полно на ком можно бы потренироваться. У нас в коллективе все женщины, даже на физкультуре детей гоняет Татьяна Павловна, в прошлом мастер литейного цеха. Так что выкручиваемся, как ты понимаешь... как можем. Мужик у нас один, мы его холим и лелеем. В обиду не дадим.

- Да я и не собираюсь никого обижать.

- Вот! Это ключевой момент! Постарайся никого не обижать. У нас девки все хорошие, но ради несостоявшегося чужого счастья да на старых дрожжах своих каких-то неразделённых чувств...

- Я поняла.

- Давай, осторожней с ним, с этим нашим «Буратино» из мастерской. Лучше вообще к нему не подходи близко, так, здоровайся издалека, но не вздумай ручкой помахать, потому что если наши бабы за это только волосы могут повыдирать, то старшеклассницы – те вообще бешенные, могут и в харю кислотой брызнуть.

- Что даже такое бывало?

- Пока нет, точнее, была попытка, но Клавдия Матвеевна успела обезвредить девочку учебником биологии по затылку. Благо никто не видел, а то бы могли засудить. У нас же знаете как. Учителю ученик может гвоздь забить в грудную клетку и при этом ты обязана соблюдать нейтралитет и уважение, но вот попробуй чуть громче сказать что-то ученику – всё, ты уже применяешь насилие, ты уже опасна для общества и ни при каких обстоятельствах не можешь больше работать в школе. Закон целиком и полностью на стороне учащихся, а они тем и пользуются.

- Да, интересно-интересно. Ну что же, давайте попробуем?

- А чего пробовать, приступайте!

Так Александра Изольдовна стала преподавать в школе английский язык. Первые недели две она осваивалась. Учебный план, программа, коллектив, взаимоотношения с учениками, которые и до этого-то не блистали знаниями по английскому, потом ещё пару месяцев вообще никто не вёл предмет и вот наконец-то вместо окна, появился урок английского, которому школяра были «несказанно рады».

И, тем не менее, отношения удалось выстроить и с учениками и с учителями вполне дружелюбные. Учеников Александра сильно не утруждала заданиями, а коллег особо не грузила собой.

- Слушай, Саш, - обратилась к ней как-то учительница по биологии Клавдия Матвеевна, - ты уже две недели у нас работаешь, а мы с тобой толком и не поболтали ни разу. У меня сейчас окно, если не занята, может по чайку?

Так началась дружба между учительницей биологии и учительницей английского. И всё бы ничего, если бы всешкольное зерно раздора – Валерий Степанович, не поранился как-то раз во время демонстрации перед учениками очередного восхитительного паса «золотых рук», а проще говоря, не удачно козырнул. Конечно, в мастерской был предусмотрен и бинт и дезинфекционные средства, но забинтованный палец не имел шансов обойти внимание Александры Изольдовны, когда трудовик явно испытывая неудобства, старался покалеченной рукой положить себе в поднос первое и второе.

- Что с рукой, Валерий Степанович? – с искренним интересом спросила она, жалостливо наблюдая за тем, как мужчина пытается справиться с примитивной задачей.

- Бандитская пуля..., точнее нож. Слишком хорошо наточил, золотые руки, оказывается, могут нести и вред, не только пользу! – отшутился преподаватель труда, - вы ведь учительница английского, верно?

- Да, я... можно Саша, - протянула руку Александра Изольдовна, испытывая самые трепетные чувства.

- Трудовик, Валера, - в ответ протянул руку с забинтованным пальцем мужчина.

- Так, господа учителя, не задерживайте очередь, мне ещё детей надо накормить успеть, перемена скоро закончится! – поторопила повариха.

- Саша, вы не могли бы мне помочь? Вон те блинчики и супчик бросьте ко мне на поднос..., пожалуйста.

Имела ли учительница английского хоть какой-нибудь шанс отказать в просьбе импозантному мужчине? Казалось, так бережно и нежно она никогда ещё в своей жизни не орудовала приборами столового этикета. Кушать сели за один стол.

- Не подумайте, ради бога, что я в претензии, я охотно выполнила вашу просьбу и если что-то нужно – всегда помогу ещё ни один раз, просто...

- Вы хотите спросить, не приходила ли мне в голову мысль орудовать левой рукой, пока травмирована правая? – улыбаясь, спросил Валерий, так заглянув в глаза, что Саша едва не подавилась от смущения.

- Ну..., не в такой форме, но в общем да, - безуспешно стараясь спрятать улыбку, ответила она.

- Всё нормально, вполне здравый вопрос, что тут такого. Спрашивайте не стесняйтесь.

- Можно на «ты», - отозвалась Саша.

- Так вот Саша, я имел наглость попросить тебя поухаживать за мной по двум причинам. Во-первых, мне очень приятно, когда красивая молодая девушка ухаживает за так себе красивым и не очень молодым человеком.

Александра покраснела.

- А во-вторых, левой рукой я орудовать... не слишком замечательный человек. Вилку держать - могу, но в рот попасть могу уже не в свой.

Саша рассмеялась.

- В таком случае мне стоит немного отодвинуться, поскольку вилка как я могу наблюдать, у тебя сейчас как раз в левой руке.

Трудовик внимательно посмотрел на свои руки.

- Тьфу, чёрт, точно. Похоже, нож задел не только палец.

Саша улыбалась всю трапезу. Трудовик что-то шутил, из-за соседних столиков доносилось периодическое хихиканье. И только после обеда, Саша, словно отойдя от гипноза, вспомнила о предупреждении директора, когда её окружили злобные завистливые взгляды маленьких стервятниц на выходе из столовой.

- Что? – спросила она у девчат.

Ответа не последовало, но глазёнки школьниц сверлили насквозь. Оценив ситуацию, учительница английского про себя подытожила:

- Блин, похоже, я попала...

***

Клавдия Михайловна выскочила из класса как ошпаренная, плотно прижимая трубку телефона к уху:

- Что? Ухаживала за ним? Смеялись? Оба? Долго? Всё время? Нет, ну это уже ни в какие ворота не лезет. Спасибо, дорогая, сочтёмся.

Клавдия отключила вызов, крепко сжав телефон в руке.

- Я этого так не оставлю, она у меня будет знать, как... смеялись они.

Учительница биологии шагнула в класс и яростно хлопнула дверью.

Итак, собрание закончилось, драку между учителями в столовой обсудили, все точки над «и» вроде бы и расставили, но... Всегда же находится какой-нибудь червь, который начинает точить сознание, и не успокаивается до тех пор, пока либо всё не испортит, либо всё не испортит совсем. Саша ничего такого, собственно говоря, и не сделала, за что можно было бы получить в столовой пару оплеух, но ведь она их уже получила. А поскольку получила за то, чего, по сути, не совершала, вывод напрашивался сам собой – совершить. Валерий Степанович был человек довольно приятный, интересный и весёлый. А что ещё нужно для скромного женского счастья?

- Валерий Степанович, доброе утро, - приветствовала Александра на следующий день дорого стоящего ей подранка, столкнувшись с ним в коридоре.

- Доброе утро, Александра... не помню как по батюшке. Я что-то путаю или мы вчера на «ты» перешли?

- Перешли, - с печалью в голосе ответила учительница английского.

- Случилось чего? О, что за царапины на лице? Вчера на собрании их не было.

Девушка прикрыла ладонью лицо:

- Видно да? Я тоналкой старалась скрыть, надо значит ещё немножко носик припудрить...

- Да что случилось-то?

- Да ничего особенного, просто мы вчера так с тобой перешли на «ты», что у меня теперь пол школы врагов и завистниц. Что-то услышали, что-то додумали... ну вот, результат на лицо... точнее на лице. Девочки – старшеклассницы.

- Саш... давай..., - трудовик осмотрелся по сторонам и сказал шёпотом, - зайди ко мне в мастерскую часа в четыре. У меня уже никого не будет, да и в школе в это время потише, проныры разбегутся по домам. Сможешь?

- У меня сегодня последний урок в пять!

- Нормально, я подожду, найду, чем заняться, там и заготовки для шестых классов надо делать и... в общем, я жду... Да?

- Да... – тихо ответила девушка, и прошла в учительскую.

День пролетел быстро и местами даже эмоционально. Что не говори, а есть что-то приятное в том, когда тебя шёпотом завёт мужчина к себе в коморку. Никто никому ничего не обещал и даже не намекал, но всё-таки... Может сама интрига, а может быть какие-то глупые мысли в голове, но что-то определённо создавало какое-то праздничное состояние предвкушения.

В пять часов окольными путями учительница английского проникла в мастерскую. Валерий не сразу её заметил, таким образом, у девушки было несколько минут на то, чтобы посмотреть со стороны насколько рукастый школьный трудовик, который внимательно и аккуратно размечал брусок.

- Я смотрю, ты неплохо научился орудовать правой рукой. Как рана? Полегче?

Трудовик обернулся на голос. Опёршись на косяк, стояла улыбающаяся девушка с распущенными волосами.

- Саша..., рад тебя видеть. Проходи не стесняйся.

Девушка с интересом осмотрела мастерскую.

- Уютно у тебя здесь, запах такой приятный.

- Да, люблю работать с деревом. Рука..., - Валерий посмотрел на свой забинтованный палец. – А что рука, нормально рука.

- Погоди-ка, погоди. Так ты это... ты притворялся в столовой! Жулик!!!

- С чего это... Я был предельно честен. Ну, вспомни! Я сказал, что мне приятно, чтобы за мной поухаживали. Это так. И ещё я сказал, что левой рукой я не слишком молодец орудовать. И это тоже правда. А на счёт того что я не могу работать правой рукой, я ничего не говорил. Там ранка-то пустяшная...

Трудовик расплылся в улыбке.

- Ах ты, мошенник! – Александра возмущалась исключительно с добрыми намерениями, - ты меня развёл!

- Я тебя даже ещё не поженил!

- А...., кстати да, я не замужем. Ну, пожени, я не против.

Взгляды пересеклись в смущённых улыбках с привкусом хитринок.

- Ну, вообще есть у меня один кавалер на примете, - отреагировал трудовик, - ничего такой в целом мужчина, правда чуть-чуть тебя постарше.

- Интересно-интересно. Продолжай.

- Что ты хотела бы о нём узнать? – продолжал Валерий Степанович.

- Ну..., какой он? – играя по-полной, нажимала Александра, уютно разместившись на верстаке закинув одну ножку на другую.

Трудовик, не стесняясь своего пристального оценивающего взгляда, облизнув губу, продолжил:

- Ну..., он такой...

- Ну, какой-какой? – не унималась девушка, теребя волосы.

Трудовик надул щёки и прищурил глаз. Саша приоткрыла рот, её томный взгляд однозначно гипнотизировал, да ещё как...

- Он очень... он... такой...

- Не говори, - нежно шепнула девушка и приставила указательный палец к губам Валерия, - лучше покажи.

Верстак скрипнул от резкого движения, которое породило яростное соприкосновение губ.

Хорошо, что в это время в школе было не так много людей. Мастерская оставалась незапертой и господа учителя очень сильно рисковали. Однако..., всё завершилось благополучно.

- Теперь, самое время познакомиться поближе, - предложил Валерий Степанович, заправляя в штаны рубаху.

- Да, самое время, что и говорить, - согласилась учительница английского,  поднимая с пола трусики и пряча их в карман.

- Я бы сходил в кафе.

- Давай часа через два, мне нужно и душ принять, после такого бурного рассказа, про этого твоего знакомого, да и ещё есть несколько неотложных дел.

- Забили. Через два часа на Невском!

- Есть идея получше. Что если мы поужинаем не в кафе, а..., например у меня?

- О как. Смело.

- Ну а чего уже нам теперь бояться? Из школы мне вероятнее всего придётся уволиться, причём через какого-нибудь юриста, а не лично, иначе есть риск, что трудовая с записью об увольнении будет выдана посмертно.

- Да, я же ведь тебя чего звал-то? Как раз хотел предупредить, чтобы ты была со мной поосторожней...

- Эх, - перебила Саша, прильнув своими губами к губам мужчины, - хорошо, что не успел.

- Нда... – протянул Валерий.

Девушка протянула лист бумаги, на котором успела написать свой адрес.

- Так что, расскажешь мне за ужином, почему мне следует быть с тобой поосторожней?

- Теперь уже и не знаю. Стоит ли...

- Стоит-стоит. Так я жду?

Мужчина прочёл адрес на листке и вернул его девушке.

- Что такое? – изумилась она.

- Жди. Я запомнил.

- Смотри мне! Не придёшь – накажу! – игриво ответила Саша.

- Ох, и учителя пошли, - с наигранной горечью протянул трудовик, - что принести? Копчёную курицу, пиццу, рыбу, пельмени?

- Вот это подход. Мне нравится твой знакомый, слушай, - подыграла Александра, - согласна на всё, но постепенно. А сегодня будь налегке! Я приготовлю.   

Затейники разошлись, озираясь по сторонам.

***

Нельзя сказать, что Валерий Степанович звал коллегу в мастерскую для того, что непосредственно имело место быть. Хотя, признаться, учительница английского произвела на него весьма волнительное впечатление самого хорошего смысла. Он всего лишь хотел пояснить ситуацию на свой счёт, что действительно в сложившихся обстоятельствах стоит быть осторожными, особенно на глазах учительницы биологии Клавдии Матвеевны, поскольку эта дама уже много раз совершала попытки сблизиться, но трудовик жёстко стоял на своём. Однако это не убавляло пыла одинокой школьной учительницы, которая продолжала возлагать свои надежды, что всё ещё может быть.

Позволить себе прийти к даме с пустыми руками Валерий не мог, он взял суши, бутылочку чего-то слегка одурманивающего и нарезку салями. Выбор не слишком связный и романтичный, но зато вполне хозяйски и практичный.

Александра предстала перед своим кавалером в шикарном виде, а именно в домашнем халате слегка нарастопашку и тапочках.

- Форма одежды – легкоснимаемая, - про себя оценил трудовик, планируя про себя как бы успеть объясниться до пришествия второго акта, который сулил быть неизбежным.

- Заходи! – по-хозяйски пригласила девушка, не забыв улыбнуться и поцеловав в щёку робеющего мужчину.

По совести говоря, Валерий Степанович по натуре своей был человеком скромным. Да, он отдавал себе отчёт, что пользуется завидной популярностью на работе, да и не только на работе. Были и соседки и знакомые, которые время от времени зондировали почву в надежде каких-то ответных чувств. Но все они не трогали сердца мастера столярного дела. И при всём при этом, он оставался человеком достаточно открытым, незаносчивым и в меру скромным, что подкупало вдвойне и время от времени давало новые мотивации на старых надеждах имеющимся воздыхательницам.

Квартира Саши была вполне приличной.

- Мой папа был директором завода вон того, - показала в окно девушка, - жили, в общем-то, безбедно, но сейчас уже всё давно поменялось, пользуемся так сказать дарами былых времён. Я ведь не мечтала стать учительницей в школе, даже и не думала об этом. Английский – язык международный, а я очень любила путешествовать. В отелях мои познания пригождались, да и так, чего спросить на улице, с акцентом, но всё же понимают..., некоторые.

Девушка улыбнулась.

- Продолжим знакомство с твоим приятелем?

- Да, он, кстати, тут вот передал джентльменский набор.

Валерий протянул пакет с покупками.

- Оу, так мило. Не надо было, но... знаешь. Передай ему вот это, - сказала девушка и надолго прильнула к губам мужчины.

На ужин был салат, картофельное пюре с котлетами и к чаю в вазочке стояло овсяное печенье.

- Ты когда всё это успела сотворить? – удивился мужчина, когда шагнул в зал.

- А я... я же золушка. А ты думал Шарль Перро с кого писал свою сказку?

- Теперь я понял, надо будет перечитать теперь уже под другим углом.

- Итак, золушка встретила своего принца на балу. Бал имеется, - осмотревшись, заключил Валерий, - принц подстать, давай начнём пировать что ли?

- Охотно, ваше Светлейшество, - в реверансе ответила девушка.

Ужин состоялся.

- Так что ты хотел мне сказать там, в мастерской? – спросила Саша, когда они уже сидели на диване, переключая каналы для фона соответствующего домашней обстановке.

- Я хотел рассказать тебе о Клаве.

Девушка напряглась и на какой-то миг замерла с пультом в руке.

- Нет, ничего такого, просто она за мной бегает уже не первый год. Не знаю, что она там себе навоображала, но проходу, словом, не даёт.

- Не даёт?

- Прохода.

- Аааа... Ну, тогда понятно, чего она на меня набросилась.

- Да, я вот и думаю, как бы нам теперь всё это дело грамотно обстряпать.

- Можем просто расстаться, - совершенно спокойно сказала Александра, глядя в экран телевизора.

Мужчина насупился.

- Да шучу я, господи ты, боже мой, поверил что ли? Так я тебя и отпустила. Я лучше расстанусь со всей школой, чем с тобой.

Александра обняла объект своих вожделений, он ответил взаимностью.

- Я думаю, что нам лучше вообще ни с кем и ни с чем не расставаться. Что если мы просто никому ничего не скажем? Будем делать вид, что мы с тобой практически не знакомы. Ну что мы поняли недовольство коллектива по данному вопросу, всё обдумали тщательнейшим образом и осознали. И теперь даже не здороваемся друг с другом. И вообще мы друг другу противны и неприятны.

Валерий сделал такое лицо, как будто он только что выдал что-то претендующее на Нобелевскую премию.

- Ну..., на счёт противны и неприятны – это я не знаю, но в целом задумка может быть и путная. Правда нас всё равно рано или поздно разоблачат. Не в школе, так где-нибудь увидят вместе.

- Увидят наверняка... когда-нибудь, но, во-первых, мы можем ведь столкнуться, например, в магазине случайно с тобой или на улице или в кровати твоей квартиры...

- Ну, так-то да..., тут не поспоришь! – подыграла девушка.

- А во-вторых, - лучше позже, чем рано, поиграем пока в шпионов, это даже интересно, а там может всё-таки утихомирятся наши коллеги. Влюблённые старшеклассницы выпустятся, а для новых я с каждым годом буду всё старее и старее, как следствие менее ликвиден.

- Убедил. Давай попробуем. Ну а сейчас есть предложение продолжить начатый разговор в мастерской, только уже на диванчике, что не говори, а верстак с опилками – не самое удобное ложе.

Второй тайм продлился намного дольше, и не было в округе судьи способного остановить этот матч...

***

На следующий день, Зоя Михайловна,  что-то высматривала в общешкольном расписании, которую то и дело отвлекали здоровающиеся ученики.

- Тамара, подойди, пожалуйста, - обратилась она к учительнице по химии, которая едва успела ступить на порог школы.

- Доброе утро, Зоя Михайловна.

- Доброе утро. Физики не будет неделю, Юлия на больничном, звонила мне вчера вечером. У тебя там просадка с седьмыми классами, давай как раз вместо физики своих подтянешь, пока есть такая возможность.

- Да можно бы, но у меня же окна не совпадают с уроками Тамары?

- Вот смотри, тут передвинем сюда, здесь освободим вот это и тогда получается сюда поставить седьмой «А», вот тут седьмой «Б», а вот здесь можно провести смежный урок и для тех и для этих.

Тамара Сергеевна внимательно посмотрела на расписание, обречённо вздохнула и кивнула головой.

- Ну, вот и решили, - напоследок сказала директор школы, не дожидаясь ответа и развернувшись уходить, вдруг увидела проходящего мимо учителя труда.

- Валерий Степанович, загляните ко мне, - строго крикнула она так, что Тамара Сергеевна облегчённо вздохнула, осознав, что по сравнению с  тем, что ждёт сейчас учителя труда, она ещё легко отделалась.

Валерий Степанович отдал журнал кому-то из учителей и с приветствием вошёл в директорскую.

Зоя Михайловна сидела на своём кресле и властно всматривалась в глаза сотруднику. Её укоряющий взгляд говорил о крайней степени её раздосадованности.

- Чем могу, Зоя Михайловна? Опять парту где-то сломали?

- Нет, мой дорогой, на этот раз поломка в школе посерьёзнее.

Валерий Степанович оптимистично потёр ладони.

- Я трудностей не боюсь. Говорите где непорядок?

- Присаживайтесь, пожалуйста, я сейчас расскажу вам, где у нас, что сломалось в двух словах.

Трудовик сел, директор встал.

- Итак, в не столь отдалённом прошлом, мы со всем нашим дружным коллективом имели не самый лицеприятный разговор на предмет местных взаимоотношений.

- Было дело! – подтвердил Валерий Степанович, - так что сломалось-то?

- Сломалась структура так долго и упорно выстраиваемая в нашем коллективе!

Зоя Михайловна как-то странно посмотрела на невозмутимого трудовика, ещё сильнее нахмурила брови и строго в упор спросила:

- Ты издеваешься что ли? Я, почему каждый день получаю сигналы об очагах возгорания страстей? Что у тебя с этой Таней из десятого? Ты хоть соображаешь что она ещё несовершеннолетняя? 

- А что у меня с Таней? Судя по всему, вы знаете больше моего, что и где. Поведайте, а то я не в курсе.

Зоя Михайловна достала из кармана телефон и показала Валерию Степановичу фото.

- Вот, полюбуйся, - сказала она, - зашла вчера вечером в женский туалет.

На фотографии учитель труда увидел красивым почерком написанное помадой по кафелю: «Валерий Степанович – смысл моей жизни! Таня». Дальше было нарисовано несколько сердечек и крупно слово «ЛЮБЛЮ».

Трудовик внимательно посмотрел на фотографию, потом достал свой мобильный и предъявил директору похожее фото.

- А это вот, Зоя Михайловна, я обнаружил сегодня в мужском.

На фото красовалась надпись сделанная синим мелом по кафелю: «Валерик – лучший! Думаю о тебе постоянно. Иван»

Зоя Михайловна тяжело вздохнула и села рядом с трудовиком.

- Что же нам с тобой делать- то дорогой ты мой человек. Безобразить тебя что ли?

- Так себе вариант, - незамедлительно ответил Валерий Степанович.

- Есть ещё вариант. Давай скажем всем, что ты теперь со мной, на меня пасть открыть никто не посмеет, а если посмеет, я быстро ноги повыдёргиваю и девочкам и мальчикам и тётечкам и дядечкам, если такие тоже найдутся.

Зоя Михайловна положила свою ладонь сверху на руку Валерию Степановичу.

- Тогда лучше первый вариант, - быстро отреагировал трудовик, убрав свою руку из-под директорской ладони.

Зоя Михайловна встала с места и прошлась по кабинету.

- Так, я могу идти? – выждав определённую паузу, спросил местный сердцеед.

- Сидеть! – строго ответила директриса. – Ещё есть один вопрос на повестке дня. Александра Изольдовна, учительница английского... мне ей самой волосёнки повыдёргивать, или отдать на растерзание коллегам?

- Да как хотите, Зоя Михайловна, я бы тоже поучаствовал, пару педелей ей навешу с удовольствием, а то ходит не здоровается. Мне она конечно до фонаря, но пример-то ученикам кто будет показывать как не мы? Элементарная этика. Я всё с ней никак не пересекусь, так чтобы ребятишек рядом не было, преподать урок вежливости. Вы кого вообще набираете? Это же не училка, а проститутка какая-то. Юбка короткая, каблук, блузка с расстёгнутыми пуговичками. Её старшеклассники зажмут где-нибудь за углом, я впрягаться не буду. Причём ладно, фигурка бы была точёная, это же ни там, ни здесь, ни вот здесь. Спрячь ты эту стыдобу, не позорься, так нет же, ходит прямо так. Ну, я понимаю, у вас, Зоя Михайловна есть, что людям показать, тут вопросов нет, но там-то! Или вы...

Трудовик скорчил хитрую гримасу.

- А..., - протянул он, -  я понял,  это вы специально это страшило приняли, чтобы на её фоне ещё выгоднее смотреться.

Зоя Михайловна расплылась в улыбке.

- Ну... да, у меня конечно... всё при мне в отличие от некоторых. Но, стоит ли уделять этому вопросу особое внимание. Девки помоложе - все никакие, выбирать не из чего. Кости, кожа, да тонна макияжа. Своего ничего нет. Но сейчас экология такая, добрую женщину днём с огнём не сыщешь. Так что ты подумай, Валера, подумай, вот это всё! – Зоя Михайловна обхватила руками грудь, - ещё может стать твоим.

- Ой, Зоя Михайловна, не травите душу. Пойду я.

Трудовик встал со стула и направился к выходу.

- Иди, иди. И подумай хорошенько. Время идёт, я ведь вечно ждать не буду.

Валерий Степанович по воинскому уставу отдал честь и вышел из кабинета директора с гордой выправкой.

***

Урок биологии близился к завершению. Опрос по домашнему заданию прошёл в лёгкой форме, очередной параграф успели изучить без лишних отступлений, до конца урока оставалось ещё десять минут. Предложение учительницы просто посидеть тихонько и позаниматься своими делами, ребята восприняли на ура.

Клавдия Матвеевна копошилась для вида в журнале, но заглянувшая в дверь директор разоблачила её с первой секунды.

- Зоя Михайловна? Класс, встаём.

- Сидите, сидите, - отмахнулась директор, с улыбкой войдя в класс. – Прохожу мимо, слышу так тихо, как мышки притаились. Ну, думаю, дело не чисто. Заглянула – точно. Сидят голубчики кто в телефоне кто в мрачных думах.

Зоя Михайловна с хитринкой перевела взгляд с учеников на учителя.

- Да мы закончили, Зоя Михайловна, ребята сегодня молодцы, хорошо подготовились и славно потрудились. Всё уже сделали, ждём окончания урока.

- Молодцы, - бодро отреагировал надзиратель, - ну тогда если шуметь не будете – можете пойти в столовую, пока там очереди нет. Покурить успеете, по читку раздавить, но только за углом, чтобы не на территории школы! Давайте, разомните. Косточки, чего сидеть как истуканы.

- Зоя Михайловна? – развела руками учительница биологии.

Ребята непонимающе переглянулись.

- Да шучу я. Выпить и покурить отменяется. Успеете ещё организм угробить, в столовую - пожалуйста. Ну, давайте, освободите уже помещение, нам с Клавдией Матвеевной поговорить надо.

Ребята, играя гримасами, хихикая и стараясь сильно громко не смеяться, покинули класс.

- Что-то случилось, Зоя Михайловна? – спросила учительница биологии, закрывая дверь за последним выходящим учеником.

- Да не то что бы. Скорее наоборот, - устраиваясь на столешницу парты, ответила директриса, - я сегодня с трудовиком..., со звёздочкой нашей ясной чересчур ярко блистающей общалась.

- Так...

- Что так? Ему эта англичанка нафиг не нужна, так что зря ты беспокоишься. И меня понапрасну тревожишь. Я так деликатненько ему дала понять, что, мол, кудри этой новенькой повыдираем всем коллективом, если он не перестанет с ней шашни крутить, а он говорит – выдирайте на здоровье, сам подключусь, говорит, тоже с радостью пенделя навешу. Она с ним не здоровается, оказывается, поставила нашего лицедея в неловкое положение перед учениками. Стало быть, усвоила урок. Это и хорошо, что она к нему не подходит.

- Правда?

- По глазам – не врёт. Да и смысл ему. Сказал, что этой кошке драной, не место в нашем коллективе.

Дамы расхохотались.

- Прошёлся по её наряду, по фигуре, которая не рыба – не мясо. Вообще Валерий Степанович мужик толковый. Если видит что человек дрянь, так прямо и говорит.

- Да, да. Я с ней поначалу пыталась дружбу наладить, а потом поняла, что с этой самовлюблённой особой водиться не стоит. Ничего интересного. Совершенно.

- Да. Ну, учителей по английскому не так много, пусть работает, тем более, что с трудовиком у неё явно ничего не светит.

- Да, да, конечно. Пусть работает. Может быть, как учитель она и не плохая. Всё-таки главное дети, всё ведь для них.

- Всё для них, окаянных, - вздохнула Зоя Михайловна и спрыгнула со столешницы, - пойдём тоже чего-нибудь поедим.

Через пару секунд раздался школьный звонок.

***

Александра Изольдовна провела сегодня день без особых происшествий. Отвела уроки, поймала на себе несколько насмешливых взглядов «коллег по цеху» и мудро поступив, ни придав особого значения ни одному из них, отправилась домой, где её ждали суши некогда принесённые школьным учителем труда. Они кстати оказались очень даже вкусными, хотя такие блюда не были в привычном рационе девушки.

Вечер уже совсем погрузился в полумрак, когда в дверь позвонили. Александра посмотрела в сторону двери и отвернулась, словно звонили не ей. Звонок прозвучал вновь. Потом в третий раз, после чего дверь всё же отворилась.

- Александра Изольдовна, - с поклоном приветствовал учитель труда, держа в руках букет цветов, - добрый вечер.

Девушка облокотилась на косяк, прильнула к нему склонившейся головой и нечего не отвечала.

- Саш? Что-то случилось? – убрав с лица улыбку, спросил Валерий.

- Всё хорошо, - ответила девушка, едва улыбнувшись, - просто пытаюсь вспомнить, когда последний раз мне кто-либо дарил цветы... не получается. Стою вот так и думаю... А не кажется ли мне вот это всё?

Мужчина ступил в квартиру и обнял девушку.

- Не знаю, Саш, может и кажется, - негромко сказал он, - но если это так, то пусть кажется как можно дольше. Мне этот мираж очень мил и другого я искать не стану.

- Правда? – тихо спросила девушка, взглянув в глаза Валерию.

- Правда, Саша, правда. У нас с тобой всё так быстро завертелось, я думаю это не случайность.

- Я должна тебе сказать.

- Что такое?

- Пройдёшь?

- Конечно, - мужчина положил цветы на комод, разделся и прошёл в зал.

- Валера, - начала девушка, присев на кресло и потупив взор, - я..., понимаешь...

- Ты больше не хочешь со мной встречаться? Если так, то просто скажи «да», я не стану тебя пытать, просто уйду и всё.

Валерий встал с дивана после этих слов.

- Нет, постой, не уходи. Пожалуйста... не уходи.

- Хорошо.

Мужчина опустился обратно и пристально посмотрел на девушку.

- Валера..., ты не подумай, я очень хочу быть с тобой, очень. Но я должна это сказать, потому что... Между нами всё должно быть честно.

- Конечно, конечно всё должно быть честно, а что было до этого не честно?

- До этого не всё было честно...

- Очень интересно. Продолжай.

- Понимаешь..., ты мне понравился, правда, очень. Но просто как человек. Симпатия была, да, но... Я как-то не думала о том, чтобы что-то с тобой начинать. Ко мне клинья подбивал один товарищ из интернета. Так ничего серьёзного, но просил о встрече уже месяца два. Я всё не соглашалась. А за день до того, как ты на меня набросился, согласилась.

- Я на тебя набросился?

- Ну, или я на тебя...

- Ты всё сделала для того чтобы...

- Да, - перебила девушка, - да и ни на секунду не жалею об этом! Но я сделала это не из-за того что запала на тебя, а из-за того чтобы не быть обиженной зря! Знаешь такую поговорку: «Если тебя обидели незаслуженно – вернись и заслужи!»

- Да... не плохо так заслужила.

- Ты на меня должно быть сердишься. Я ведь по сути тобой воспользовалась, хотела утереть нос этим вашим дамочкам.

- Ну и правильно сделала. Я не то чтобы не расстроился, я тебе благодарен за эту чёрную месть. И кстати, я тебе там цветы принёс, давай поставим куда-нибудь, чтобы не завяли, потом можем чего-нибудь поужинать, и я уеду, больше тебя не потревожив.

Александра кинулась к ногам мужчины.

- Валера, я не хочу с тобой расставаться. Сегодня мы должны были встретиться с тем парнем, я ему написала, что он может быть свободен, что я нашла себе достойного человека. Я не могла тебе это не сказать, ты должен всё знать, почему так произошло и к чему это всё привело. Ты мне за несколько дней стал очень дорог, Валера. Пожалуйста, не думай, что я так легко меняю мужиков, у меня никогда ничего подобного в жизни не происходило, и я надеюсь, что больше не произойдёт. Валера, я за эти сутки чуть c ума не сошла. Не оставляй меня пожалуйста... пожалуйста...

- Саша, милая. Всё в порядке. Да, твой ход был весьма... экстравагантным, но человеческая жизнь или если угодно – судьба, она как раз и куётся из таких вот от части - глупых, от части - смелых, местами неоправданных, но почти всегда очень значимых действий. Что будет завтра – никто не знает. А то, что есть сегодня – меня более чем устраивает. Кстати ты ещё можешь успеть на ужин с тем парнем. Точно не передумала? – с украдкой спросил трудовик.

- Да пошёл ты! Я же серьёзно, а ты шутишь, - надулась Александра.

- Да, я шучу, заметь, шучу! Серьёзных мыслей я не допускаю в отношении ещё кого-то среди нас с тобой, и даже думать об этом не хочу. Ну что суши там ещё остались?

- Я все съела..., - виновато ответила девушка.

- Всё? Прямо всё-всё?

- Да... Но салями ещё остались. Хочешь, кашку сварю на скорую руку?

- Хочу. А давай может, я сварю, а ты попробуешь? Геркулес есть?

- Есть, ты, что его любишь?

- Терпеть не могу, так же как и большинство, но есть один секрет, как приготовить его вкусно.

- Интересно – интересно, - немного развеялась девушка.

- Всё зависит от...

- Чччччччччч... – приставила палец Саша к губам мужчины. Я не хочу знать. Пусть лучше мой мужчина один будет обладать секретом того, как сделать что-то необычное.

- Хорошо. Тогда, я на кухню, а ты...

- А я в магазин пока смотаюсь, возьму чего-нибудь, к каше..., например хлеба.

- Идёт. Только не долго. Через 20 минут всё будет готово. Да, молоко есть у тебя?

- Стакана два найдётся.

- А большего и не надо. Ну, всё беги, да не задерживайся...

- Я мигом!

Александра сбегала в магазин, запаслась продуктами. Что не говори, а два человека – это уже не один, тут планировать иначе приходится. Когда девушка вернулась, её ждал накрытый стол. Она и не знала этого запаха уюта. Когда ты приходишь, а дома всё приготовлено и тебя кто-то ждёт. Это очень приятный и трогательный запах. Очень дорогой сердцу запах.

- Мммм, слушай, а вкусно! – без доли лести оценила девушка, - правда вкусно. Я чувствую тут какие-то приправы. Соль – понятно, какие-то перцы, сахарок как будто, да?

- Есть и сахар и приправы...

- Но есть ещё какая-то хитрость, да?

- Да...

- Хорошо, не говори мне, так интересней.

- Но это привязывает меня к готовке, ты будешь каждый раз говорить: «Дорогой, а сделай, пожалуйста, кашку такую вкусненькую как ты умеешь». И мне придётся всё время готовить.

- Тебя не проведёшь...

- Ты так думаешь?

- Я так говорю, но так не думаю...

- Ах ты...

Пара рассмеялась.

- Ладно, строить из себя профана, ты тоже не так прост, - отмахнулась Саша. – Тебя вон, сколько девиц охмуряли, не поддался же. А я успела понять серьёзность намерений коллег, девчонки-молодухи,  ладно не в счёт, но учителя, училочки... Давно бы был под директрисой, если бы не твой стержень, который меня и покорил.

- Стержень? Оригинальная трактовка...

- Да я вообще не об этом, - смутилась девушка, - хотя этот стержень тоже что надо, но речь сейчас о характере, о том, что делает тебя таким мммммммм....

- Ну, будет-будет, купать меня в лаврах, я смущаюсь.

- Я знаю... хочу тебя засмущать, потом вскружить голову и воспользоваться моментом, склонить тебя к интимной связи.

- План дерзок, не отрицаю. Смел, хитёр, коварен! – на полном серьёзе ответил мужчина, - просто достоин лучшего применения, что называется!

- Ну..., тогда что..., применим?

- Охотно, Александра Изольдовна, охотно...

Квартира девушки прежде никогда ещё не видала таких страстей в своих стенах.

***

Урок труда подходил к концу.

- Так, ребята, давайте всё убираем, сметаем стружку с верстаков, дежурные наводят порядок и можете быть свободны, - провозгласил Валерий Степанович проходя между рядов, оценивая результаты работ, - кто не успел – не переживайте, на следующей неделе доделаем. В нашем деле важна не спешка, а аккуратность.

Дверь в мастерской скрипнула, учитель труда увидел пронырливую мордашку Клавдии Матвеевны.

- Ещё не закончили? – спросила она, держа в руках какой-то свёрток.

- Да почти, - ответил трудовик, отметив для себя «антиприродное» появление здесь биологички.

- А..., ну ясно, - ответила она, шныряя глазами то туда, то сюда.

- Что-то случилось, Клавдия Матвеевна? – не растерялся мужчина.

- Да тут одно дело... Заканчивайте, я подожду.

Ученики закончили свою работу, дежурных Валерий Степанович отпустил, чтобы не задерживать и сам взялся за щётку - смётку.

- Так чем обязан вашему появлению, Клавдия Матвеевна?

Учительница смутилась и несколько раз отчаянно сконфужено улыбнулась.

- Ну что же вы так официально, Клавдия Матвеевна, Клавдия Матвеевна. Называйте меня просто – Клава. Я вот тут вам принесла одну работёнку. Не знаю, как она вам по силам или нет?

Учительница развернула свёрток, мастерская наполнилась ароматом пирогов.

- Утром постряпала по новому рецепту, вроде ничего получились. Отведаете?

- О как... Я вообще-то стряпню не очень, боюсь оказаться не объективным для вынесения вердикта качества.

- Не надо бояться, давайте пока горяченькие, я их в термосе держала, чтобы не остыли.

Учительница взяла один пирожок и протянула трудовику.

- Поверьте, Клава, мне не хочется вас обидеть, но я думаю, что моя девушка не будет счастлива, узнав, что меня подкармливают на работе, а ей я причинять страдания не хочу тем более. Поэтому давайте лучше поступим иначе. Если вам действительно важно моё мнение, то я очень уважаю тех девушек и женщин, которые умеют готовить в принципе. К вам я отношусь уважительно. Сегодня вы это мнение вполне подтвердили, а пирожками лучше всё-таки угостить того, кто сможет оценить их по достоинству без каких либо внутренних конфликтов.

Клавдия Матвеевна переменилась в лице. Она понимала, что вряд ли вот так с ходу возьмет быка за рога. Но отказа никак не ожидала. Пособия по женским хитростям и форумы с обсуждениями пестрили одной простой старой, как мир истиной, что путь к сердцу мужчины лежит через его желудок. Кулинарными ухищрениями Клавдия Матвеевна вполне могла бы это сердце завоевать, и она это прекрасно знала, но что всё упрётся в нелепый отказ угоститься... это вызвало не просто возмущение, это выводило из себя.

- Жри тварь! – хотелось ей закричать во всё горло и запихнуть пирог в глотку трудовику, но она всё же сумела себя пересилить.

- Я поняла, Валерий Степанович, прошу меня извинить, глупо это всё, наверное, выглядит. Должны же быть в жизни какие-то маленькие радости, вот я и подумала... ну не важно. Так у вас есть девушка? Поздравляю, я не знала. Давно встречаетесь?

- Ради Бога, Клавдия Матвеевна, я чувствую себя как на допросе.

- Простите, конечно, это ваше личное дело вы не обязаны...

Учительница биологии не спешила уходить, она всё так же мялась с ноги на ногу и всё чего-то ждала. Трудовик взял совок, щётку, и стал убирать стружки в мешок.

- Ну да, да – да, конечно. Извините,  - пролепетала гостья и вышла из мастерской.

***

Вечером после уроков в учительской собрался весь бомонд, не было только Валерия Степановича, заседание было тайным, его намеренно не предупредили.

- Итак, - взяла слово директриса, - я собрала вас сегодня для того, чтобы сообщить принеприятнейшее известие!

- Грядёт проверка? – предположила своим шаблонным химическим мозгом Тамара Сергеевна.

- Если бы! – обрубила Зоя Михайловна, - дело обстоит куда хуже.

- Господи, да что произошло? – отозвалась Татьяна Павловна, застёгивая тренерский костюм, который обычно жил в спортивном зале.

- Проблема возникла там, где её никто не ждал, - трагическим тоном произнесла директриса. Давай Клава, заноси.

Учительница биологии внесла большую коробку и поставила на стол. Когда убрала верхнюю крышку, то присутствующие обнаружили торт, выполненный в траурном стиле. Несколько венков венчали какую-то замысловатую вишенку.

- Вот, девки, сегодня мы провожаем в последний путь нашу светлую несбыточную мечту. Вишенку, которую так и не удалось сорвать никому из нас. Валерий Степанович завёл роман на стороне, тем самым предал весь наш женский коллектив. Убил в нас то неуловимое, что витало в воздухе школьных стен все эти годы.

Женщины коллектива поникли и опустили головы. Клавдия Матвеевна разносила чашки, то и дело, смахивая слезу со щеки.

- Давайте, девочки, отметим, как водится, - сказала, выдержав должную паузу, Зоя Михайловна и достала из-под стола бутылку водки.

***

- Слушай, я честно не ожидала, - рассказывала Александра трудовику, с ухмылкой смотрящего на подвыпившую даму сердца, - они там такой сабантуй устроили. Конечно больше пафоса, так, по сути дела повод набраться, но, тем не менее, специальный торт заказали.

- Что там сильно меня чихвостили?

- Да ты знаешь - нет. Прозвучала речь, потом разлили, стали кто есть, кто пить. Водка с тортом это вообще что-то из рук вон выходящее. Там конечно высказывали предположение о том, что за сволочь тебя охомутала, но я особо не встревала в разговор. Ты же мне не интересен... ну, как бы не интересен, соответственно и твоя личная жизнь меня не интересует. Так больше разговаривали о делах, о том, как четверть закрывать будем, про старшеклассников немного поговорили, так, в целом ни о чём. Но правда, скажу, что когда я уходила, видела Клавдию, она в кабинете у себя сидела. Такая мрачная. Может, конечно, перепила, но может и... в общем, будь с ней поосторожней, кто знает, что у неё на уме.

- Да, дама с гуськами определённо.

- Но знаешь, ты ведь действительно у меня видный мужчина, от тебя запросто можно голову потерять.

- Может ты и права. Клинья подбивали многие, это правда, но... наверное, я ждал всё это время тебя...

- А я... Я не ждала, наверное, всё-таки, но очень благодарна тому, что всё получилось именно так.

***

Александра и Валерий до сих пор работают в этой школе. Конечно, со временем их тайна прояснилась, и буря негодования не обрушилась на них с той силой, с какой могла бы шарахнуть, узнай об этом коллектив сразу же. Учителя за глаза, конечно же, их обсуждают, хоть и обзавелись за это время своими семьями почти все. Зоя Михайловна несколько раз подходила ещё после того к трудовику поинтересоваться не желает ли он познать на себе прелести измены, но её предложение было деликатно отклонено.

  Прошло довольно много времени, трудовик и англичанка живут вместе, не ругаются и с лёгким ностальгическим удивлением вспоминают те сумасшедшие действия, на которые когда-то давно решились. Их многие не любят, им многие завидуют, ещё большее количество людей просто не понимают, потому что они не похожи на другие семьи. Там где с годами отношения гаснут, у них страсти пылают ещё сильней. Там где начинаются измены – у них приходит понимание того, насколько это всё не нужно. Они действительно странные, поддерживают друг друга, ценят друг друга и спустя много лет, до сих пор не позволяют себе того, что не позволили бы на первом свидании. Они имеют наглость быть счастливыми... 

P.s.

Для обложки книги использовалось фото настоящей школьной учительницы, с которой пришлось договариваться по данному вопросу. А книгу писал настоящий учитель труда! :)

 

 

Добра Вам и Света!!!

 

Николай Лакутин

   

 

Обложка книги разработана автором в дизайнерской программе и является интеллектуальной собственностью Николая Лакутина.

 

Официальный сайт автора http://lakutin-n.ru

 

Прочитано 2957 раз Последнее изменение Пятница, 13 Декабря 2019 10:53

Поделиться с друзьями

Николай Лакутин

Группа вконтакте

Последнее в блоге